С удовольствием окунулся в этот "мир военпенсов". Вроде бы и знакомые байки, но соединённые воедино, они дают единую и такую близкую и родную картину..: Спасибо, Иван, за повествование, поднимающее "градус настроения"..: Удачи и новых творческих планов!
/Александр/
Серия «Байки военпенсов»
Часть I
Сибирь. Зима. Утро понедельника. 7.00. Василий выдвинулся из подъезда. На улице еще темно, морозец, но людишек уже много. Пехом 45 минут и.
— Наш батальон морской пехоты брошен в джунгли, на работу!
Орёт ещё от проходной, увидев курящих товарищей у входа в офис. В ответку Игорь, лепший кореш и мент в запасе в одной морде лица.
— Чего орёшь? Как будто тебе что-то дверью прищемили?
— Или орёшь, когда не пьян. Ведь так, Васёк?
Подхватывает Александр под полтинник возрастом мужик, отставной замкомбрига, из глаз которого никогда смешинка не исчезает. Василий:
— А царю можно! Вон у нас Вовка П… служил, так его все в части звали царем! Ведь в каждой уважающей себя части должен быть 'царь'. И у нас он был, афганец, прапорщик. Царь, хоть и ненастоящий, но имелся в штате. Как-то построение офицеров и прапорщиков на выгрузку разрядного груза. Начальник отдела хранения майор ‘Вихрь’ зачитывает расчёт:
— Прапорщик П…, старший на вагоне!
— Не могу!
— Почему?
— Я царь!
Строй грохнул хохотом.
Через несколько минут главный инженер проверяет расчёт:
— А почему прапорщик П.. не на вагоне?
— Он царь!
— Хм, ну ладно, царь так царь!
Ставит точку главный инженер.
— Так что, мужики, зовите меня просто хозяином!
Закончил Василий и посмотрел на часы. Время до начала работы есть. Погода хорошая, поэтому можно ещё потрындеть:
— Игорь, ты про ремроту вчера «заикался»?
А этому товарисчу только дай наводку:
— Ха! Служил я в славной ремроте у капитана Вити Чергасова. И были у нас в роте одни орлы. Например, ротный Витя - реальный каратист. Я тебе рассказывал. Как однажды его уличные хулиганы хотели обидеть. и что из этого получилось. Так вот, как-то на учениях наш каратист пошел с прессой в лесок заняться "политобразованием". Минут через пяток летит весь в крови и орет:
— Дайте автомат! Я эту с Цуку положу! Дайте мне автомат!
Витя, да кто посмел так с тобой? Ты же рукопашник знатный, зачем тебе автомат, А если понадобится, мы и так порвём любого, как Тузик грелку.
Срочная медпомощь: йод, бинт. Какая еще в армии медицина? Правильно, еще таблетка. напополам:
— Сынок, вот тебе таблетка, половина от головы, а эта от живота. Смотри не перепутай!
Ладно, короче. Витя, успокоившись, рассказал:
— Только зашел в лесок, расположился, развернул клочок газеты, глаз зацепил знакомые буквы. И тут на меня бросается собака. Откуда взялась? Не знаю! Порвала меня в хлам!
И Витино карате не помогло.
Были у нас в роте взводные "Папа Калитин" и Вова Гупочкин. Кренделя очень своеобразные, скажем, забубенные. Тот же Папа был специалист высшей пробы в бронетанковой технике. Оба прапора.
Про "Папу Калитина" кстати, Его весь полк звал так, в том числе солдаты. еще можно сказать даже охарактеризовать его так:
Бойцы, числом четверо, решили выпить, а из выпить было только литр антифриза. Сидят, думу думают. Один, самый страждущий, говорит:
— Офицеры нас дурят. Говорят, что яд, а на самом деле он на спирту. Я выпью.
Второй говорит:
— Нет, Петя, ты не прав. Вон даже "Папа Калитин" с глубокого похмелья его не потребляет. И я не буду.
С ним засолидарились двое других, а основной страждущий выпил и умер. Вот что значит сила личного примера "Папы Калинина", спасшего троих солдат!
А Вова? Одно слово - Вова! Вид у него был «конченного ботаникА»: среднего роста, очки на пол-лица, лохматый, как барбос, усы, как у моржа, закрывающие рот, и вечно в мятой мазутной форме одежды. Как-то Вовы на службе нет. Ротный посыльного к нему в общагу. Тот же холостяком существовал:
— Вызвать прапорщика!
Гонец вернулся:
— Он послал меня!
— Игорь, сходи!
Ротный мне. Прихожу. Вова на кровати лежит в трусах, книжку читает.
— Вова, там ротный сильно матом говорит, на службу тебя требует.
— Не пойду! Я форму постирал.
— Так надень другую!
— А у меня нету!
Отвечает прапор с десятилетним стажем службы.
Короче, еще тот орлик был. Но его сильно не забижали. Он безотказный был. Как Васин на всё согласен. Как-то в стволе БМП снаряд застрял. Как его добывать, пока все советовались:
Что делать?
Сидим, думу думаем, а он уже приносит снаряд: Я уже сделал! Вова же в это время нашел трубу меньше диаметром, вставил и кувалдой вышиб снаряд в салон. Так что пользы от него было больше, чем вреда, засмеялся рассказчик и тут же оживился:
— Как-то идем с ним по городку, во лбу по полкило плещется. Хорошо нам чуток добавить, думаем. Военный городок, надо сказать, большой был, несколько полчков, штаб дивизии и т. д. Ясно, всех знать невозможно. Навстречу нам идёт капитан. Обыкновенный капитан, но не повезло ему в этот раз. Видать, его такая планида была - попасться Вове на "зуб". За несколько шагов до офицера Вова, как строевой конь, взбадривается и молодцевато приветствует отданием воинского приветствия капитана. Тот глянул на него удивленно и пошел дальше. "конь" поворот на "всё вдруг" и догоняет капитана:
— Товарищ капитан! А почему вы не осуществляете воинское приветствие? Вы не уважаете меня? Я вас поприветствовал, а вы меня нет. Вы думаете, что вы, как старший по званию, можете не приветствовать прапорщика? Вы неправы! Давайте я ещё раз поприветствую вас!
Капитан ошалел, если не сказать проще, но доходчивее - припух (другое слово). Стоит и растерянно смотрит на уставного прапора. Вова отбегает на пяток метров назад и, переходя на строевой шаг, одновременно прикладывая копыто к черепу. Четкий поворот рыла в сторону офицера. Растерянный капитан вяло взмахнул "крылом". Вова к капитану:
— Товарищ капитан, а почему вы не по уставу приветствуете?
И тирадой вываливает уставные положения по отданию воинского приветствия. И в конце:
— Давайте еще раз попробуем!
Опять отбегает, разворачивается и видит, что капитан его не ждет, а развернулся и быстрыми шагами удаляется прочь. Вова, ошалев от такого неуважения к Строевому Уставу армии, догоняет его, хватает за галстук и несколько раз бьет кулаком в морду лица.
Пехотинец, конечно же, не ожидал такого поворота событий. Упал. Вова еще с ноги добавил. Видя такой беспредел, хватаю его за шиворот и оттаскиваю от поверженного. Уставник порывался вернуться и довести восстановление уставных требований до конца. Я еле его убедил, что это не есть гут:
— Вова, и нам надо делать ноги, иначе следующее утро мы встретим, как жирафы в клетке.
Кстати, черт чертом! А когда начали создавать дорожно-строительные бригады, он перевелся начальником типографии к ним.
Компашка посмеялась, и тут же свои «пять» копеек Александр:
– А у нас был прапор старшой с кликухой «Фурс», здоровый сучок обликом и буянистый, особенно как подопьет. Однажды в кабаке нажрался, и «фаза» у него перемкнула. Завязалась драчка. Расшвырял он всех. Естественно, мебель «подремонтировали».
Вызвали ментов, еле справились. К деревянному столбу наручниками приковали, а он вырвал столб из земли. Правда, на свободу не вырвался, столбом придавило,- засмеялся Саша.
Так вот, как-то поехал «Фурс» с компанией на охоту. И с ними был контрактник Валера! Ну, поохотились чуток, а потом? Потом сели за стол. Правда, они еще и в процессе охоты накрывали достархан, но это не в счет. К ним на хвост прицепился местный деревенский авторитет, отсидевший энное количество лет и державший мазу, так сказать, в округе.
Итак, сидят, пьют. Чё-то заспорили. И этот крендель местный выхватывает газовик, переделанный под мелкашку, и в лобешник Валере:
— Застрелю!
Стволом «пытается» дырку просверлить Валере во лбу. Тот опешил. А «Фурс»:
— Ты чё?
— Да ни ху-ху!
И стволом на него.
А у «Фурса» глаз и так налитой, а тут еще после пары «дам» по фамилии «литр» вообще багровый.
– Ты меня из ентой пукалки завалишь? Я душманов не боялся! А тебя с пукалкой!
Хватает полупустую бутылку и с размаха себе в лоб. Бутылка раскалывается. Стекло кругом! Кровища! «Авторитет» видит такое дело, хлобысь ластами вверх и глазки под лоб! Ну, типа, сильно задумался!
Крови, оказывается, он боялся.
«Фурс» к зеркалу:
— Ну ни фу-фу!
Сильно удивляется своему облику. А облик у него как у настоящей индианки, только вместо черной точки в середине лба осколок торчит. И кровь.
— А ерунда (другое слово)!
Вытаскивает осколок. Водкой окропил себя и на помощь к авторитету. С помощью народного средства выводить его из «зачарованного» состояния.
– Слышь, Саш, - обратился Василий к рассказчику, когда он замолчал. А ваш «Фурс» в десанте случайно не служил? А то вон Игорь тоже рассказывал о бывших десантниках, мол, все показывали крепость головы, бодая ворота или разбивая бутылки о головы. Хотя я в советских десантниках такого не наблюдал. Может, это веяние российское?
— Нет, по-моему, не служил. Знаю точно, что в 201-й дивизии был, а про десант - нет, не знаю.
Саша посмотрел на часы.
— Пойдем по «чайковскому» ударим и на трудовые подвиги!
И друзья двинули в кабинет, где их всегда ждал стараниями дежурной включенный с ранья чайник — термопот с кипятком.
Продолжение последует...