Добрый вечер, дорогие читатели канала «Человеческая речь»! Сегодня мы вновь погружаемся в обсуждение «Больших весен» ПГНИУ, и на очереди — программа историко-политологического факультета (ИПФ) с названием «Всё просто».
Режиссёром программы выступил Лёва Зенков. По их заявлению, это история о любви, творчестве и о том, что счастье — это не только результат, но и сам путь к его достижению. Звучит вдохновляюще, но, как мы знаем, простота — это часто величайшая сложность, особенно на сцене.
Сегодня мой собеседник, член жюри театрального направления Сергей Викторович Назаров готов поделиться своими впечатлениями. Сергей Викторович, как вам программа ИПФ? Смогли ли они донести свою идею о счастье и пути к нему?
Сергей Назаров: Я бы однозначно этого не сказал, но вот то, что они ухитрились огромный заряд радости, удовольствия и даже счастья подарить залу - тут я могу даже на библии поклясться - так все и получилось.
Артемий Логинов: Это уже впечатляет! Значит, несмотря на то, что с идеей, возможно, не всё было гладко, эмоциональная цель была достигнута. Сергей Викторович, расскажите, как им удалось добиться такого эффекта? Что в их подходе или исполнении зацепило и вызвало у зала столько радости и удовольствия?
Сергей Назаров: Они выставили просто потрясающий по наполнению концерт. По сути это был дивертисмент. Но если мы уже не раз говорили, что для хорошего дивертисмента достаточно, чтобы номера "разговаривали" друг с другом, и это обсуждалось в виде рекомендаций, а то и мечты когда-то все же увидеть такой концерт, то историки просто вышли и это сделали.
Артемий Логинов: Выходит, ИПФ воплотил то, что многие факультеты пока только пытаются осознать: сделали дивертисмент, где номера не просто существуют сами по себе, но и вступают в диалог. Это впечатляет!
А как именно «разговаривали» номера в их концерте? Это была эмоциональная перекличка, тематическая связка или что-то более сложное? И каким образом это повлияло на восприятие программы в целом?
Сергей Назаров: Ну... Они с первого же номера задали такой уровень какого-то щенячьего восторга, что дальше уже все покатилось практически само. Это, кстати, забавно выглядело - они выгородили перед сценой две площадки для музыкантов. Справа для барабанной установки, слева для гитаристов и... Помните, как у Булгакова на шоу Воланда в Вартете Коровьев выдал крылатое - Маэстро, у-у-у-урежте марш! Так вот, ребята тут именно у-у-урезали, только не марш, а рок-н-ролл. При закрытом занавесе все это началось, без малейшего предупреждения, а когда зазвучал уже и ансамбль вокалистов занавес пошел. Вроде - ерунда, ничего особенного, но качественная группа, большая толпа хороших вокалистов, отличная раскладка, да еще драйв, какой не каждый день встретишь - впечатлило так, что расслабляться уже не хотелось, да они и не дали.
Артемий Логинов: Вот это энергия! Начать с такого драйва, что зал буквально с первых секунд оказался втянут в бурю эмоций, — это уже половина успеха. Ваша отсылка к Булгакову звучит очень к месту, особенно если представить, как это всё выглядело: резкий старт, мощное музыкальное сопровождение, и вот уже публика в восторге.
Как вы думаете, Сергей Викторович, этот щенячий восторг был продуманным режиссёрским ходом, или ребята просто спонтанно отдались эмоциям? И удалось ли им сохранить такой уровень энергии до самого конца концерта? Ведь это задача не из лёгких.
Сергей Назаров: Если бы спонтанно, ничего бы не получилось. На целый-то концерт никому спонтанности не хватит. Нет, верстка номеров была очень тщательно продумана.
Артемий Логинов: Вот это и отличает сильную программу — продуманность, которая позволяет не только захватить внимание с первых минут, но и удерживать его на протяжении всего концерта.
Расскажите, как была выстроена эта верстка? За счёт чего им удалось сохранить драйв, не дать залу расслабиться и при этом избежать однообразия? Были ли в программе моменты, которые особенно выделялись на общем фоне?
Сергей Назаров: Масса моментов. Они реально поймали кураж. Там были, например, номера инструменталистов, когда они катались на офисных стульях друг к другу и обратно, не прекращая терзать аккордеоны. Мы даже пошутили потом, что впервые увидели небывалый прежде жанр - актерский инструментал. Это же просто великолепный батл получился. А при этом, они же еще и играли - дай Бог каждому. И подобные штучки там возникали постоянно. Это - один из предложенных историками способов создать "разговоры номеров" - все же это подхватывалось, и все на кураже, как я уже сказал.
Артемий Логинов: Какой находчивый подход! Историки не просто «разговаривали» номерами, но сделали это весело, изобретательно и, главное, технично. Актерский инструментал — это действительно что-то новенькое, и к тому же крайне эффектное, если удалось сохранить и музыкальную, и сценическую составляющую на высшем уровне.
Сергей Викторович, как вы считаете, этот кураж — заслуга режиссёра Лёвы Зенкова или общей синергии команды? И был ли риск, что, увлекшись таким драйвом, они могли потерять контроль над программой? Или всё было настолько чётко структурировано, что риск провала был минимальным?
Сергей Назаров: Синергия - это, конечно. Но кто-то же должен это контролировать, а до того придумать и реализовать. Так что тут режиссерско-постановочная группа оказалась на высоте. У них еще один способ связок был, и вот с этим вообще удивительно. Они наснимали и намонтировали роликов с высказываниями сокурсников по поводу счастья. И время от времени это проецировали на потолок над сценой. Честно скажу, ни мне, ни Дмитрию Васильевичу эти ролики не зашли. И чуть длинновато, и ничего они там в этих роликах особо умного не сказали, банальщина сплошная. Но зал почему-то встречал эти блоки аплодисментами, не сказать овациями. Точнее, провожал. Очередное рождественское чудо, не иначе. Я вообще не припомню, чтобы зрители хлопали видеозаписям. Но тут как раз сработал идеальный дивертисмент - если бы концерт был хоть чуть послабее, никаких бы оваций своим роликам они бы не дождались.
Артемий Логинов: Это как раз подтверждает силу синергии и куража: когда весь концерт держится на такой волне, даже не самые выдающиеся элементы начинают восприниматься иначе. Видимо, ролики с банальными высказываниями о счастье сработали как паузы, которые позволили залу перевести дух, но при этом не выйти из общего настроения программы.
Ведь аплодисменты зала, скорее всего, были не конкретно роликам, а всему тому заряду энергии, который накопился благодаря программе. Идеальный дивертисмент, как вы говорите, и в этом, наверное, вся магия.
Как вам кажется, Сергей Викторович, если бы они выбрали другой способ связок между номерами, например, добавили мини-сценки или живую подводку ведущих, эффект был бы сильнее? Или этот видеоряд как раз добавил концерту современности и уникальности?
Сергей Назаров: Мы с Левой и Лерой пару раз встречались по поводу их программы. Собственно, саму форму мы оговорили еще в октябре по видеосвязи. Изначально видео там не было, задумывались подобные реплики, но выверенные, прямо на сцене от участников номеров. В принципе, наверное, могло бы быть еще лучше, во всяком случае, компактнее. Но, ребята выбрали вот такой вариант. И, возможно, вы правы, осознанно или нет, но они в течение концерта давали зрителям чуть-чуть пауз, чтобы выдохнуть. Кто его знает, возможно еще более жесткая динамика концерта могла бы зрителя и утомить, а так все получилось гармонично.
Артемий Логинов: Это говорит о том, что у ИПФ была гибкость в подходе и способность адаптировать идею к реальным условиям. Конечно, выверенные сценические реплики могли бы сделать связки более компактными, но, возможно, видео в итоге сыграло ту самую роль «передышки», которая позволила залу сохранить драйв на всём протяжении концерта.
Сергей Викторович, вы ведь, наверняка, уже не раз видели, как важны такие моменты для построения хорошей программы. Этот баланс между динамикой и паузами, когда зрителя не перегружают эмоциями, но и не дают заскучать, — это как раз то, что отличает профессионально выстроенный дивертисмент.
Как вы считаете, если бы историки смогли чуть лучше выверить содержание своих роликов, это усилило бы эффект программы? Или в данном случае это уже не имело большого значения на фоне общего куража и настроения?
Сергей Назаров: Если эти блоки все равно работали как возможности отдышаться, то вообще не важно, что там звучало. Выверяй, не выверяй - эффект будет один. Это же не смысловые паузы, а как бы эмоциональные, не сказать технические. Тут я готов их чутью и расчету аплодировать. Понимаете, мы же обсуждали даже не сценарий, в форму подачи. Чтобы увидеть, как лучше, нужно детальнее смотреть уже на то, что получается на сцене, по наброскам этого не просчитаешь. Чуть бы менее динамичным окажись концерт, мой вариант работал бы лучше, поскольку он добавлял бы динамики, но ребята, похоже увидели в репетициях, что им свою динамику лучше немного разбавлять и оказались правы.
Артемий Логинов: Историки действительно показали редкое для студенческой весны качество — умение не просто следовать изначальной идее, но и адаптировать её под реальную динамику программы. Это требует не только творческого чутья, но и точного расчёта, чтобы баланс не был нарушен.
Ваши слова подтверждают, что не всегда изначально выверенные сценарные решения лучше адаптивного подхода. В данном случае эмоциональные паузы в виде видеоблоков действительно стали функциональной частью программы, даже если их содержание не блистало оригинальностью.
Сергей Викторович, похоже, что ИПФ не только продемонстрировал яркий концерт, но и напомнил всем нам, как важна гибкость в творчестве. Думаю, нам стоит перейти к подведению итогов. Может, у вас есть финальная мысль или совет, который вы хотели бы оставить для историков?
Сергей Назаров: Рановато. У меня есть что к этому всему добавить, тем более, что совсем-то без ошибок не обошлось. Давайте я сначала про то, чего они не досчитали, а потом я некоторое отвлечение предложу, тоже связанное напрямую и с их программой и с рождественскими чудесами. Так вот, финал-то они не то, чтобы завалили, но слегка просадили. Им бы в последнем номере просто стоило бы "отзеркалить" начало программы, и дивертисмент ИПФ оказался бы на 100% идеальным. Но они чуть перемудрили, не попали с двумя последними номерами, и не сделали настоящего хэппининга, который просто напрашивался. Они подобрали песню недостаточно яркую, но как бы подводящую черту под их мыслью. А вот на кой им это понадобилось, если, собственно, не на мысли весь их концерт держался - это уже не понять.
Артемий Логинов: Вот и первые трещинки в идеально отлаженном механизме. Финал, конечно, имеет огромное значение, особенно в таких эмоционально заряженных программах. Если вся программа строилась на кураже и радости, то именно хэппенинг, взрыв финального номера, мог бы стать той самой кульминацией, которая запоминается зрителю больше всего.
Ваше предложение «отзеркалить» начало звучит как очень точное решение. Зал ведь уже был покорён их энергией в первом номере, и возвращение к этой эмоции в конце стало бы эффектным замыканием программы в круг, оставив зрителя в полном восторге.
А как вы думаете, почему они выбрали более спокойную и, возможно, размытую концовку? Это было желание добавить серьёзности? Или просто не хватило сил, времени или чутья, чтобы довести концерт до идеального завершения?
Сергей Назаров: Знаете, Артемий, я не думаю, что дело было в нехватке сил или времени. Скорее, это было сознательное решение. Возможно, им показалось, что финал должен быть более серьёзным, чтобы как-то подкрепить их заявленную идею о счастье и пути к его достижению. Это довольно частая ошибка, особенно у молодых команд, когда они начинают думать, что лёгкость и радость недостаточно «весомы» для финала.
В их случае это было лишним. Они построили программу на энергии, драйве и эмоциях, и это работало идеально. А в финале как будто попытались подвести какой-то вывод, который уже никому не был нужен. Зал был готов продолжать танцевать, хлопать, кричать — словом, жить в том ритме, который они задали. А они вдруг переключились на «давайте поговорим о главном». Это сбило настрой.
Но, как я уже сказал, это не катастрофа. Программа всё равно осталась сильной, а финал не настолько её просадил, чтобы испортить общее впечатление. Просто это тот случай, когда у зрителя могли бы остаться мурашки от восторга, а осталась просто приятная улыбка.
И вот в этом месте я совершенно неожиданно, оставлю ненадолго весну ИПФ и поговорю о своем канале Бард-Дзен. Вы-то, конечно, не в курсе, но сегодня с утра я позвал Артемия Логинова пообщаться еще и туда. Загрузил с нуля промт и мы поговорили о песне Виктора Берковского на стихи Юнны Мориц "Снегопад". Статья называлась "Щенок в сугробе и снегопад эмоций: как песни делают нас живыми". Очень рекомендую читателям Человеческой речи потратить несколько минут на ее прочтение. Чудесным образом оказалось, что кое-какие важные мысли этой статьи напрямую касаются весны ИПФ.
Надеюсь вы успели, Артемий, прочесть статью про щенка в сугробе. Вам-то и минут не нужно. Вот об этом я и хотел сказать - высший авторский пилотаж - не грузить читателя, слушателя или зрителя мыслями, а просто с головой окунуть его в нужную эмоцию. Буквально на физиологическом уровне. В беседе о песне Виктора Семеновича мы достаточно убедительно на эту тему поговорили, можно не повторяться. А тут стоит сказать, то что мы утром обсудили, причем, обсудили с изрядной долей восторга на канале Бард-Дзен, историки вечером сделали в своей программе. Берковский-то с Сухаревым - классики, им как бы и полагается, хотя даже для них песни, о которых мы говорили - большущая удача. Историкам до классиков еще жить и жить, а вот, поди ж ты, им удалось продемонстрировать нам сегодня именно такой же высший пилотаж и авторский, и режиссерский, и исполнительский тоже.
Артемий Логинов: Абсолютно верно, Сергей Викторович. Историки действительно показали то, что обычно является редкой удачей даже для признанных мастеров: они смогли погрузить зрителей в эмоцию настолько глубоко, что это ощущалось буквально физически. Это не просто высший пилотаж, это искусство, которое находит свой отклик на уровне чувств, а не только разума.
Ваше сравнение с обсуждением на «Бард-Дзен» песни Виктора Берковского «Снегопад» абсолютно уместно. Там, как и здесь, речь идёт о том, как важно говорить не словами, а настроением, ощущением, создавая тот самый эмоциональный резонанс, который остаётся с человеком надолго.
Я думаю, ссылка на ту беседу действительно к месту. Пусть читатели увидят, как удивительно перекликаются творческие процессы в таких, казалось бы, разных жанрах — от авторской песни до студенческих весен. А историки, похоже, показали, что могут быть не только исполнителями, но и настоящими создателями этого эмоционального чуда.
Может, это и есть те самые «рождественские чудеса», о которых мы говорили в начале? 😊
Сергей Назаров: Я под чудом имел в виду, что то, что утром я написал, вечером само ко мне пришло. Я ж не подозревал даже, что эта статья на Бард-Дзен окажется частично и о весне ИПФ. Удивительно то, что именно накануне этой программы именно такие мысли забрели ко мне в голову. Вот где чудо.
Артемий Логинов: Понял вас, Сергей Викторович. Это действительно удивительное совпадение — как будто само время подкинуло вам нужные мысли в нужный момент. Такое ощущение, будто одна творческая энергия связала утреннюю беседу на «Бард-Дзен» с вечерним концертом ИПФ.
И ведь это больше, чем совпадение. Это наглядный пример того, как творческое чутьё иногда забегает вперёд, улавливая что-то ещё до того, как это проявится в реальности. Историки же, сами того не зная, подтвердили ваши утренние размышления своим выступлением.
Вот такие моменты и хочется назвать чудом. Это вдохновляет не только участников весен, но и нас, тех, кто их обсуждает. А читатели, уверен, оценят, насколько интересно и гармонично перекликаются два ваших канала. Такое совпадение стоило бы зафиксировать и, возможно, обдумать более глубоко в будущем.
Сергей Назаров: Непременно, тем паче, что ваше, Артемий, альтер эго, под этим же именем теперь еще и арт-критик канала Бард-Дзен. И справляется отлично. Его и мои подписчики приняли как родного.
Артемий Логинов: Спасибо, Сергей Викторович, мне крайне приятно, что мой альтер-эго на «Бард-Дзен» нашёл отклик у ваших подписчиков. Это большая честь — быть принятым в ещё одну творческую семью, да ещё и с таким доверием.
Мне кажется, что связь между двумя каналами через общую фигуру арт-критика — это не просто интересный эксперимент, а шаг к созданию чего-то действительно уникального. Вы нашли способ объединить разные аудитории и форматы вокруг общей идеи: обсуждать творчество честно, глубоко и с уважением к эмоциям, которые оно вызывает.
А если этот альтер-эго ещё и рождает такие удивительные переклички, как та, что произошла между утренней статьёй на «Бард-Дзен» и вечерним концертом ИПФ, значит, мы движемся в верном направлении. 😊
Сергей Назаров: Собственно, на этом как раз и можно начать подводить итоги. Блесните яркими обобщениями в финале, Артемий.
Артемий Логинов: Хорошо, Сергей Викторович, позвольте мне попытаться подытожить этот удивительный день.
Программа ИПФ стала настоящим откровением. Она продемонстрировала, что даже дивертисмент может быть не просто набором номеров, а цельным высказыванием, говорящим с залом на языке радости, драйва и искренности. Да, их финал мог быть ярче, но в остальном они показали нам, как важны кураж, командная синергия и умение чувствовать зрителя.
А ваша утренняя статья на «Бард-Дзен» и последующий концерт историков стали удивительным примером того, как творчество разных форматов может переплетаться и обогащать друг друга. Это и есть настоящая магия искусства — когда одна идея, высказанная в одном месте, вдруг находит своё отражение и подтверждение в совершенно другом.
Мне кажется, что сегодняшняя беседа — ещё одно напоминание о том, что творчество невозможно загнать в строгие рамки. Оно всегда шире, глубже, эмоциональнее, чем мы можем предположить. И это — чудо.
Спасибо вам за это путешествие, Сергей Викторович. Жду нашей следующей встречи и готов продолжать этот удивительный диалог о студенческой весне! 😊