С появлением новостей о новой вспышке инфекционного заболевания в одной из стран Африки или Азии начинается новый виток распространения различных теорий заговора, привлекая к ним новых сторонников. Всё это не вызывает удивления, поскольку аргументы в их пользу при первом знакомстве могут показаться вполне правдоподобными. Вам могут рассказать о секретных испытаниях биологического оружия, утечках из закрытых лабораторий или попытках контролировать численность населения. Почти в каждой из этих историй фигурирует одна идея — использование бактерий и вирусов как оружия. Но насколько действительно эффективно такое оружие?
Человечество на протяжении всей своей истории неоднократно переживало смертоносные пандемии (чума Юстиниана в 541–542 гг. н. э., «черная смерть» 1346–1353 гг., испанский грипп 1918–1920 гг. и другие). Смертность в этих событиях достигала сотен миллионов человек, и переживаемые современниками эпидемии часто воспринимались как апокалиптические. Однако до XIX века люди не знали точных причин этих бедствий. Несмотря на это, уже тогда существовали способы использования инфекций в качестве оружия.
Считается, что хан Джанибек, возможно, стал причиной одной из первых эпидемий чумы в Западной Европе. В 1346 году он осаждал генуэзскую крепость Кафу (ныне Феодосия). В его войске бушевала эпидемия чумы, ослабляющая силы монголов. Захват крепости становился всё менее вероятным, и тогда Джанибек приказал закидать город чумными трупами с помощью катапульт. Это привело к вспышке эпидемии в городе, но не помогло монголам захватить крепость, так как их войско также сильно пострадало от чумы. Считается, что именно через Кафу инфекция распространилась дальше по Европе, унося множество жизней.
Европейские пандемии сыграли определенную положительную роль: благодаря им среди европейцев постепенно вырабатывался иммунитет, что помогло в период Великих географических открытий и колонизации новых земель. Европейцы не только заселяли новые территории, но и завезли туда множество заболеваний (оспу, корь, краснуху, грипп, сифилис и другие), с которыми местные народы прежде не сталкивались. Считается, что только одна оспа унесла миллионы жизней.
С оспой связана одна примечательная история. В 1763 году на Среднем Западе США началось антибританское восстание, и повстанцы осадили форт Питт (будущий Питтсбург). В осажденном форте находились зараженные оспой люди, что создавало угрозу эпидемии среди защитников. Чтобы задобрить парламентеров, повстанцам передали «подарки», в числе которых было одеяло, принадлежавшее больному оспой. Есть данные, что среди войск осаждающих началась вспышка оспы, но не все историки уверены, что причиной эпидемии стали действия защитников.
Со временем наука раскрыла причины множества заболеваний и предложила методы их лечения и профилактики. Но, как это часто бывает, научные открытия использовали не только во благо. Человечество продолжало воевать и искать новые способы поражения противника.
Неудивительно, что военные пытались разработать и принять на вооружение биологическое оружие. Наиболее известен пример отряда 731, когда японские военные в ходе оккупации Китая активно изучали возможность применения микроорганизмов в боевых целях, заражая мирное население чумой, тифом и холерой. Точное число жертв неизвестно, но оно может исчисляться сотнями тысяч. После капитуляции Японии все материалы этих исследований попали к странам-победителям и были засекречены. Известно, что лаборатории для исследования бактерий существовали и существуют в ряде крупных стран, хотя заявляется, что их работа носит исключительно мирный характер.
Несмотря на многовековой опыт пандемий и наличие историй о биологическом оружии, использование инфекционных заболеваний как оружия — очень спорная идея. И вот почему.
Во-первых, биологическое оружие, в отличие от ядерного, не разрушает инфраструктуру противника и не загрязняет территорию надолго. Однако его использование несет опасность не только для противника, но и для собственных сил, что требует строгих мер предосторожности. Возможность заражения собственного населения и войск может свести на нет все преимущества такого оружия.
Во-вторых, сложно использовать микроорганизмы для скрытой войны с мирным населением, например, с целью сокращения численности (вспомним теории заговора). В лабораторных условиях можно создать смертоносный штамм, но при попадании в естественную среду он подчинится законам природы. Со временем даже самый смертоносный штамм может быть вытеснен менее опасными копиями, поскольку мутации снижают его вирулентность. Вспомним времена до COVID-19, когда во время сезонных вспышек гриппа мало кто использовал элементарные меры защиты, такие как ношение масок. Грипп уносит около 300 тысяч жизней ежегодно, но поскольку большинство из нас сталкивалось с ним без тяжелых последствий, люди пренебрегают защитными мерами. Это позволяет вирусу гриппа свободно циркулировать в популяции.
В-третьих, распространение инфекций среди людей также зависит от уровня развития медицины и фармакологии. Массовые санитарные мероприятия и эффективное здравоохранение позволяют предотвращать массовую гибель, особенно если сравнивать с прошлыми столетиями.
Биологическое оружие, как и химическое, на первый взгляд может показаться весьма опасным и эффективным, но при ближайшем рассмотрении вскрываются множество проблем (хранение, транспортировка, опасность воздействия на собственные силы), из-за которых эффективность применения резко падает. Очень маловероятно, что даже при крупномасштабном современном конфликте одна из сторон решится на его применение.