Дамы и господа, аудиофилы и меломаны, здравствуйте.
Добро пожаловать на Dzen-канал Аудиосалона "Русский Звук", посвященный аудиотехнике.
Наш Шоурум находится по адресу г. Москва, пр. Вернадского, 29. Приглашаем Вас в гости!
Напоминаем Вам о нашем сайте https://rus-audio.ru
Сегодня у нас очередная статья с просторов интернета, для ознакомления нашей Дорогой публики.
Авторы (источники) - Журнал Аудиомагазин. Статья: "Музыка и Звук".
Отдельно отмечаем, что мнение Аудиосалона "Русский Звук" может не совпадать с мнением авторов статьи.
Итак, поехали!
Вместо введения
Поднятая в предыдущей беседе с Леонидом Бурцевым тема о прямом сравнении звучания натуральных инструментов и звуковоспроизводящей аппаратуры получила на этот раз самое впечатляющее продолжение, какое только можно представить. Ведь этот сложный в техническом плане и в то же время весьма решительный эксперимент (по крайней мере, в том объеме и с такой тщательностью) был проведен впервые. И знаете, честно скажу: лестно оказаться среди первых участников событий такого масштаба. Несть числа всяким попыткам когда удивить, а когда и просто одурачить наивную публику, которая, к примеру, за широким киноэкраном должна была вообразить оркестр, хотя там располагались лишь несколько громкоговорителей.
Случай известный, но, понятное дело, тогда номер не прошел — не в цирке. Более поздние и куда более изощренные попытки тоже редко когда имели успех, а если и имели, то очень кратковременный и совсем неустойчивый. Природа человеческого слуха, в сущности, проста, если принимать во внимание само «устройство», но даже попросту взяться за то, чтобы описать принципы обработки полученного акустического сигнала, ох как нелегко, не говоря уже о создании адекватно действующего и хотя бы приблизительно так же анализирующего, как и человеческое сознание, и выдающего схожие результаты «макета».
Путь математических вычислений и умозрительного моделирования не всегда перспективен, но однозначно притягателен, особенно для людей не очень-то деятельных — ведь никакого спроса за содеянное не предполагается, а какая-никакая работа, глядишь, уже и выполнена. Пожалуй, напоследок разве что припомню еще фразу «наука есть удовлетворение личного любопытства за государственный счет» и закончу эти рассуждения, приведенные только для того, чтобы противопоставить их в качестве контраста тому подлинному чуду, с которым мне довелось встретиться. Насколько я знаю Леонида Бурцева, он теоретизирует лишь в области, непосредственно сопряженной со схемотехникой. Большего для разработчика и не нужно, а вторгаться в сферу деятельности ученых и неразумно, и самонадеянно. Леонид — одаренный практик-экспериментатор, полагающийся в своей работе на суждения бесспорно авторитетных музыкантов. По его мнению, искусство инженера состоит не только в технической прозорливости, но и в умении воспользоваться малым или хотя бы доступным, а самое главное — нужно любить музыку. Неважно, чем ты занимаешься, но нужно любить свое дело.
Любовь и ответственное отношение приведут к успеху, если только вся затея изначально основана не на коммерции, а на самоотречении ради поставленной цели. Коммерция диктует иные правила игры — когда ты работаешь за деньги, ни о каком самоотречении, подлинном энтузиазме и высоких идеях речи быть не может. Задумаемся над тем, что все самое лучшее, что создано людьми, было создано в первую очередь из любви к своему делу. Небольшое лирическое отступление впору продолжить, собственно, главным предметом обсуждения настоящего материала. Это — эксперимент со звукозаписью, состоящий из нескольких этапов, и, кратко описывая происходящее, можно выделить следующие моменты.
В небольшом, специально подготовленном специалистами компании НИИ Звука помещении стоял рояль C. Bechstein, там же находились звукозаписывающая аппаратура, микшерский пульт, АЦП и тракт воспроизведения, увенчанный уже известными нам по тестированию акустическими системами True & Clear Clavis III. Предстояло непосредственное сравнение в одном и том же помещении звучания рояля и колонок. Рояль предстояло записать. Микрофоны, пульт и АЦП — все это разработки True & Clear, в качестве рекордера задействовался прибор от Tascam.__ Хотелось бы особо отметить свойства помещения, в котором рояль буквально ослеплял яркими динамическими оттенками и поражал отчетливой вкрадчивостью негромких фрагментов. Казалось, что лучшее помещение для столь сложного инструмента отыскать трудно (тем сложнее, кстати говоря, будет сделать запись). Чувство, что ты словно находишься едва ли не внутри инструмента, — очень сильное чувство.
Виртуозный исполнитель Виктор Рябчиков играл прелюдию А. Лядова си-минор; попутно осуществлялась и запись. Едва закончив произведение, мы с Виктором стали слушать результаты работы звукозаписывающей техники. И они оказались ошеломительными — получилось практически полное совпадение! Разница чувствовалась лишь в том, что немного изменился характер музицирования, точнее, как будто едва изменилось настроение музыканта. Но в том, что касается звучания, было полное ощущение, что звучит именно рояль, стоящий неподалеку, а не колонки, расположенные немного впереди. Обратите внимание, что все происходило в одном помещении, а слушатели располагались на одних и тех же местах. Далее задача была еще более усложнена. Виктор сыграл одну из партий Канона А. Аренского для двух фортепьяно, которую записали и начали воспроизводить, в то время как Виктор стал исполнять вторую партию.
Получилось так, что часть этого произведения шла в записи, другая непосредственно исполнялась. Нам была предоставлена редкая возможность буквально на ходу, следя за каждым звуком, сравнивать и запись, и сам инструмент. Наверное, говорить о стопроцентном сходстве было бы и слишком коротко, и не совсем понятно, а может быть, и несколько дерзко. Попробую объяснить по-другому. Обсуждая этот отрывок, мы с Виктором сошлись во мнении, что никаких отклонений в тембрах, динамике и настроении не было, но было чувство, что произведение исполнялось на двух инструментах (как оно и задумывалось), а не на одном (как на самом деле). Здесь весьма к месту вспомнить изречение, что нельзя войти в одну и ту же реку дважды. Видимо, рояль (как и любой другой инструмент и даже электронный компонент) незримо и все-таки осязаемо звучит немного по-разному спустя даже недолгое время. Небольшой интервал в 5—10 минут — и все понемногу меняется, а точнее сказать, мы волей-неволей ощущаем течение времени.
И тем не менее столь сильное сходство звуков рояля и колонок, те ощущения, когда эти самые звуки можно буквально потрогать и, уже на тактильном уровне сравнивая их, обнаружить практически полное сходство даже «на ощупь», просто завораживает… Будет очень уместно остановиться подробно на удачных опытах оцифровки виниловых пластинок, что у всех присутствующих вызвало исключительное одобрение. Несложный тракт (виниловый проигрыватель — АЦП — рекордер — ЦАП — активные АС) сделал устойчивее и тверже уже сложившееся во время записи-воспроизведения рояля мнение, что для подлинно качественного звучания на деле не требуется много затрат и сложной техники! Никакого волшебства и магии, никаких чудес и изощренных способов — достаточно здравого смысла и здорового скепсиса в отношении новых форматов, которые уже стали плодиться по несколько штук в год.
Все сегодняшние опыты проходили с использованием PCM, и должен особо подчеркнуть, что лично я чувствую еще много нераскрытого потенциала в этом якобы устаревшем формате. Для любителей точных цифр отмечу, что степень достоверности оригинала на виниле и его копии на компакт-диске в соответствующем (повторимся, недорогом) тракте составляет как минимум 95%. Необходимо сильно напрягаться, чтобы поймать эти несколько процентов, но нужно ли? Я вполне счастлив, чувствуя мощь и особый драйв, присущие первым прессам виниловых пластинок, когда звучит хорошо записанный компакт-диск. Хорошо записанный — это значит, что в гармонично подобранном коротком тракте с использованием PCM при манипуляциях с преобразованиями.
Лучшего способа оцифровки пока не придумали. Придумываются все новые и новые названия и вариации на давно известную тему. Зачем? А хотя бы затем, что, мол, изобретен новый суперформат — и ошалевшая от счастья публика должна ринуться за новыми записями и новыми комплектами аппаратуры. Пройдет буквально год-два, и история повторится — будут закуплены записи в новом формате и новые комплекты аппаратуры. Это выгодно всем участникам индустрии, кроме потребителей конечно.
Давно пора притормозить этих изобретателей даже не технических новшеств, а все новых и новых способов изъятия наличности у доверчивых людей. Но сделать это можно, лишь полагаясь на здравый смысл и опыт специалистов, к которым есть доверие. Остановить разогнавшийся локомотив подобного «прогресса» невозможно, но достаточно отойти в сторону и не участвовать в изнурительной и дорогостоящей гонке. Ведь нам нужна лишь хорошая музыка, не правда ли? Так она уже есть и ждет нас! Вот сколько интересных мыслей породил этот необычный эксперимент…
Отмечу попутно, что звукозаписи сегодняшних опытов и оцифровки виниловых шедевров компания «Бурцев Аудио» будет презентовать всем желающим в своих салонах. Кроме того, во время экспериментов велась видеосъемка, и она будет доступна для просмотра на сайте компании. Леонид Бурцев шел к этому эксперименту путем многочисленных проб и ошибок пять лет и признается, что не был до конца уверен, что получит искомое именно сейчас. Но и Виктор Рябчиков, чей авторитет бесспорен, и я (не претендуя на эту высокую ступень, но все же специалист, работающий в области тестирования 15 лет, музицирующий сам, к тому же постоянный посетитель концертов) — мы оба сходимся в том, что такого безупречного результата работы звукозаписывающего оборудования до сих пор не встречали.
Леонид справедливо дополняет наши восторги замечанием, что для столь качественной звукозаписи не потребовались большая стопка баснословно дорогой аппаратуры и целый автобус со специалистами разного профиля. Оборудование не стоит сумасшедших денег, и для его обслуживания хватит нескольких человек. Все это радует тем, что искомое всеми нами качество звучания теперь и ближе, и доступнее. Вообще тот факт, что силами некрупной российской фирмы удалось сделать то, чего не могут добиться гиганты индустрии с их многочисленными исследовательскими центрами и колоссальными производственными мощностями, весьма показателен. В завершение — несколько выводов. Хочу еще раз отметить, что аппаратура True & Clear позволяет если и не стереть полностью, то значительно размыть ту грань, которая отделяет живой инструмент от звукозаписи.
Едва ли скоро придет время, когда появится сколько-нибудь серьезная альтернатива PCM, почему-то совершенно нет чувства, что мы в этом плане стоим на пороге будущего. Достигнуть звучания отменного качества можно с самыми минимальными затратами — сегодняшние опыты тому подтверждение. И самое главное — «цифра» как таковая не портит и не улучшает звук. Она вообще нейтральна. При умелом обращении цифровую фонограмму можно изготовить и воспроизвести так, что она будет звучать практически с той же степенью натуральности, какая присуща музыкальным инструментам в естественных для них условиях, и трудноотличимо от аналогового оригинала, если вести речь о копировании.