Засмотрелся на Венеру… Мой вопрос возник не вдруг. Скажет кто пенсионеру, Почему она без рук? Всё при всём; и грудь, и бёдра, И такой желанный стан… Но нести пустые вёдра, Шанс ей всё-таки не дан. Головы наклон прелестный; Облик нежен весь и мил. Но ваятель неизвестный, Взял и руки отломил. Что в руках Венеры было, Чтобы скрыть от тысяч глаз? Реставратора… на мыло! Археолог свой рассказ Оборачивает в шутку. Так, мол, явней естество. Что слепили проститутку, Не любови божество. Ныне есть модели краше… Как же женщине без рук Заниматься, тупо, пряжей В перерывах… от услуг. Иль была худая пряха Иль попался импотент!? Бабу подняли из праха, Воду вылили в цемент. Реставратор, таз в цементе Под воду ушли без мук. По сей день на постаменте Девушка стоит без рук… 1.12.24.
Засмотрелся на Венеру…
Мой вопрос возник не вдруг.
Скажет кто пенсионеру,
Почему она без рук?
Всё при всём; и грудь, и бёдра,
И такой желанный стан…
Но нести пустые вёдра,
Шанс ей всё-таки не дан.
Головы наклон прелестный;
Облик нежен весь и мил.
Но ваятель неизвестный,
Взял и руки отломил.
Что в руках Венеры было,
Чтобы скрыть от тысяч глаз?
Реставратора… на мыло!
Археолог свой рассказ
Оборачивает в шутку.
Так, мол, явней естество.
Что слепили проститутку,
Не любови божество.
Ныне есть модели краше…
Как же женщине без рук
Заниматься, тупо, пряжей
В перерывах… от услуг.
Иль была худая пряха
Иль попался импотент!?
Бабу подняли из праха,
Воду вылили в цемент.
Реставратор, таз в цементе
Под воду ушли без мук.
По сей день на постаменте
Девушка стоит без рук…
1.12.24.
