Современному человеку тяжело понять и оценить украшения, сделанные из волос, но в свое время они были знаком почтения и любви к членам семьи и близким людям. В прошлом существовали традиции, связанные с волосами, а сами волосы рассматривали как источник силы, знаний, здоровья, чести, а потому относились к ним с особым вниманием.
Выпавшие и состриженные волосы не выбрасывали, а аккуратно складывали в специальные шкатулки или мешочки.
Собранные волосы использовали для разных целей. Ими набивали игольницы, валики, на которые начесывались дамские прически, и, конечно же, собранные волосы шли на изготовление украшений.
В специальных мастерских из обезжиренных после кипячения в соде волос мастерицы изготавливали браслеты, кулоны, серьги, броши, цепочки, колье и даже целые картины. Отдельные короткие пряди укладывали в красивые завитки и замысловатые узоры и вставляли в медальоны, броши, браслеты, булавки для галстука, перстни.
Считается, что первые подобные украшения появились в XIV столетии. С XVII века украшения из волос вошли в обычную практику. На протяжении XVII и XVIII веков их дарили как в знак любви, так и в память об умерших близких. Особой популярностью украшения из волос пользовались в последней трети XVIII и на протяжении всего XIX века.
Украшения из волос, особенно в наши дни, почему-то относят к траурным украшениям, но это не совсем так. Волосяные украшения изготавливали по разным памятным событиям: по случаю рождения ребенка, крещения, помолвки, свадьбы, предстоящего отъезда. Броши, кольца и браслеты из переплетенных волос нескольких человек были знаком любви и дружбы. Так, Марта Вильмот в своем дневнике делает запись от 27 февраля 1808 года, где сообщает следущее: «В субботу ко мне пришла попрощаться генеральша Глебова и попросила локон моих волос. Ее подруга, госпожа Войкова, тоже написала мне записку с просьбой о локоне из “Узла Аполлона”. <...> В знак дружбы я подарила Анне Семеновне брошь в оправе из своих волос. <...> свои волосы дарю как часть самой себя в знак величайшего уважения к тем, кто меня любит и для кого они будут более или менее ценны в зависимости от их ко мне привязанности».
А вот отрывок из известного в России середины — второй половины XIX века романа «Барон Рейхман» Марии Семеновны Жуковой:
«– Берегите лучше подарки и репутацию некоторых дам.
Он бросил что-то с бешенством на стол. Левин схватил его со всею силою за руку.
– Господа, господа! – закричали офицеры, бросаясь к ним.
– Мы увидимся! – вскричал Готовицкий и скрылся.
Левин остался как пораженный громом: на столе между карт, золота, кусков мела лежал тоненький волосяной браслет с замком. В комнате было смятение; кто слушал ротмистра, кто шумел; молодые офицеры собирались разразиться кучею насмешек над бедным браслетом. Левин готовился вызвать на дуэль всех и каждого.
— Honni soit qui mal y pense! {Позор тому, кто плохо об этом подумает (фр.).} — сказал генерал, подходя к столу и закрывая браслет рукою. Он посмотрел значительно на офицеров, что остановило шутки их.
— Вот что значит быть опрометчивы, господа! Ваше деятельное воображение сочиняет уже целые романы по поводу этого браслета, и вы не видите, что г-н Левин забавляется вашими заботами.
Он положил дружески руку на плечо Левина и, улыбаясь, с совершенно непритворною веселостью сказал:
— Может быть, г-ну поручику нравятся некоторые предположения; он хочет, чтоб для него перебрали имена всех городских красавиц, но этого не будет; мы вас обличим. Этот браслет, господа, есть подарок сестры г-на Левина и при мне отдан был, при прощанье, помнится?
Можно посудить, что чувствовал Левин, видя в руках генерала прощальный дар прекрасной Натальи Васильевны! Генерал рассматривал его.
— Прекрасная работа! — сказал он и подавил тихонько пружину замка, неизвестную Левину. Замок открылся. Генерал показал Левину браслет.
— Не правда ли, как хорошо вырезан вензель вашей сестрицы, кажется?
Это был герб барона.
Генерал увлек за собою из кабинета Левина и, оставя его в зале, поспешно вышел.»
Как видно из отрывка, предметом неприятной сцены оказался волосяной браслет, подаренный баронессой Натальей Васильевной Рейхман своему возлюбленному Левину, и подарен именно как знак любви. Чтобы замять неприятную сцену, вмешался барон и спас честь своей супруги.
Украшения из волос получили широкое распространение как траурные украшения во второй половины XIX века, особенно в викторианской Англии и в США, во время войны Севера и Юга 1861–1865 годов. Изготовленные из волос умершего человека, они как нельзя лучше подчеркивали быстротечность жизни («Memento mori» – помни о смерти) и в то же время сохраняли память о горячо любимом человеке.
Популярность украшений из волос была настолько высока, что ювелирные лавки и многочисленные мастерские стали предлагать клиентам уже готовую продукцию из волос чужого для заказчика человека. Украшения начали выпускать в массовом количестве. Чтобы хоть как-то обезопасить себя от изделий из волос неизвестных людей, журналы и буклеты призывали изготавливать волосяные украшения дома и печатали подробные пошаговые инструкции.
Потеряв индивидуальность и оказавшись полностью обезличенными, украшения из волос утратили свои позиции. Научные публикации 1880–1890-x годов, в которых раскрывались вопросы негигиеничности использования волос в украшениях, тем более чужих людей, завершили начатое дело, и в начале ХХ века такие украшения вышли из моды. Популярность до наших дней смогли сохранить лишь небольшие медальоны, куда можно поместить фотографию и локон любимого человека, а также специальные памятные шкатулки, в которых родители хранят как семейную реликвию первый локон малыша.
По материалам книги «Тайны и истории забытых вещей» О. Прокофьевой (Кучково поле, Москва)