Часто мы слышим рассуждения о Конкисте под предводительством Кортеса, и о том, как он лихо расправился с могучей империей ацтеков. Конечно, во многом эти утверждения упрощены, и все было несколько иначе. Более того, возможно, вы удивитесь: такого образования, как Ацтекская империя, вовсе не существовало!
"Как же так?" — спросите вы, открыв Википедию и указав на большой пласт информации. Как и всегда, в истории все несколько сложнее, чем принято считать "в народе".
В школьных (и даже вузовских) учебниках американским континентам (причем обеим, и Северной, и Южной Америкам) посвящено удивительно мало глав, если говорить про историю местных народов до колонизации. И действительно, племенам индейцев, включая и майя, и ацтеков в Мезоамерике или инков в Южной Америке, не получится похвастаться огромной письменной историей с хроникой битв, завоеваний, предательств и так далее (что было в Европе и Азии). Меж тем, все это тут, конечно же, было, просто было оно... совершенно иначе, ведь мир за Атлантикой развивался абсолютно по другому пути, нежели Европа.
В статье я сделаю упор на раскрытие малоизвестных фактов об этом удивительном народе, а также Тройственном союзе, который почему-то упрямо называют империей ацтеков.
ГОСУДАРСТВЕННОЕ И ОБЩЕСТВЕННОЕ УСТРОЙСТВО
Несмотря на то, что почему-то ацтеков окрестили империей, никакой империей там и не пахло. Тройственный союз городов Теночтитлан, Тескоко и Тлакопан являлся конфедерацией, члены которой обязаны были приходить друг другу на помощь в войнах и вели общее хозяйство. И... все. По факту они были независимы, хотя со временем Тлакопан ослаб и попал в вассальную зависимость от Теночтитлана. Зато Тескоко все больше отдалялся от союзников, и во время Конкисты помог испанцам... но это уже немного другая история.
Действительно, Теночтитлан упорно тянул одеяло на себя. Со временем город, расположенный на живописном острове посреди озера Тескоко, рос и креп. Однако полноценной "столицей" он так и не стал — де-факто здесь располагался двор тлатоани, и многие храмы, однако это был точно такой же город, как и другие "золотые" города ацтеков, и например Тлашкала (извечные враги Тройственного союза) лишь немногим уступала по богатству Теночтитлану.
В остальном, конфедерация была устроена довольно сносно: чиновники занимались сбором дани и налогов, торговцы-почтека строили и чинили дороги (лучшие в Америке до колонизации, между прочим) и занимались перевозками груза (лошадей и колес не было, использовали лам и волоки), жрецы приносили кровавые жертвы на ступенях храмов-пирамид, а воины ходили в походы.
На удивление, общество было устроено довольно демократически: свободные люди были членами семей, которые входили в рода. Два десятка родов образовывали племя, каждый род мог вершить свои дела отдельно от остальных, особо важные вопросы решались на совете племени. Важные же для города вопросы решались на особом совете старейшин всех племен.
Рабы были, однако рабство не было наследуемым (дети рабов были свободными), более того, к рабам относились довольно хорошо, одевали их, неплохо кормили, и могли отпустить по истечение срока "службы". Некоторые бедняки добровольно шли в рабство, чтобы разделаться с долгами. Раб, проявивший себя на войне, мог быть освобожден и даже стать пилли (знатным), если проявит себя.
Тлатоани ("император") выбирался на совете старейшин из числа пилли (знати), в основном из династии Акамапичтли, но не обязательно. То есть, его регалии были не наследуемы, и четкой вертикали власти не было, что уже отличает Тройственный союз от империи.
Знать, или пилли, поначалу тоже не была наследуемой, но со временем регалии пилли стали передаваться и потомкам. Меж тем, до самого падения Тройственного союза любой воин, проявивший себя, мог стать пилли, даже имея сколь угодно низкое происхождение.
Масеуалли, или простые люди (крестьяне, горожане), составляли абсолютное большинство населения. Они не были ни крепостными, ни рабами (в основном), и вполне могли участвовать в жизни своего рода, племени, и всего города... если умели находить общий язык и имели средства под рукой.
Почтека, торговцы, образовались не сразу, и были отчаянно презираемы воинами и знатью, но меж тем, быстро стали богатейшим сословием Тройственного союза.
Жрецов было не много, в основном они были выходцами из пилли, знати, и их "способности" к общению с богами передавались в роду. Нельзя было обучиться говорить с предками и жаждущими жертв покровителями, только получить этот "дар" в наследство. Зачастую жрец был вторым человеком в племени после вождя, а иногда затмевал его по влиянию и значимости.
Как в любом околоплеменном обществе, тут куда больше решали уважение, репутация и поступки, чем деньги и родовитость. Ацтеки не успели дойти до феодализма, хотя некоторые шаги в эту сторону уже делали.
Письменность у ацтеков была, но была она довольно примитивной, и не позволяла записывать сколько-то длинные тексты. Они использовали двадцатеричную систему счисления, по числу пальцев на руках и ногах, что позволяло в целом вести бартер, на котором и основывалась их экономика.
И хотя можно считать Теночтитлан и другие города Тройственного союза вполне развитыми городами-государствами (по причинам сложного внутреннего устройства), в целом это объединение является конфедерацией. Но уж точно не империей.
ЭКОНОМИКА
Денег у ацтеков не было. Вообще. Прям совсем. Счастливые люди, надо сказать... или наоборот? Вся экономика строилась на натуральном хозяйстве и бартерном обмене. В ходу были рабы, перья редких птиц, драгоценности, одеяла, ламы, да что угодно, что представляло ценность. В том числе обсидиан и оружие в целом. Какого-то единого курса не было и близко, и даже дань подчиненные народы и города платили именно товарами, денег-то нет.
Плюсы этого устройства экономики найти крайне тяжело... Потому что без денег не было четкой стоимости труда, размера дани, и в целом это так-то удобная вещь, пусть и зло. В основном именно отсутствие денег как универсального мерила не дало им дойти до феодализма и застопорило развитие, на мой взгляд. С другой стороны, их общество было по-своему уникально...
Меж тем, хозяйство ацтеков было довольно прогрессивным для своих лет: фермы-чинампы на озере Тескоко представляют собой абсолютно уникальные, но притом очень простые конструкции. Ацтеки строили сваи на болоте, соединяли их плетнём и насыпали земли. При обильных дождях чинампы становились островами. Затем ацтеки создавали отдельные плавучие острова: сплетали каркас из веток и камыша и засыпали илом. Стандартный размер плавучей фермы — 30х3 метров. Удобрение плавучих садов производилось за счёт водорослей и ила со дна озера, а также за счёт отходов из города. Фермы приносили от трёх до семи урожаев в год. Основные культуры — кукуруза нескольких сортов и бобы. Также ацтеки выращивали тыкву, помидоры, перец и кабачки. С 1 гектара собирали урожай, которого было достаточно, чтобы прокормить 20 человек. Для сравнения, в Европе в те же годы один гектар мог прокормить от силы человек 5, иногда 7-8.
Особое сословие, почтека, занималось постройкой и обслуживанием дорог, которые считаются лучшими на обеих Америках до колонизации. В основном такое качество было связано с отсутствием лошадей и колес как таковых, то есть, все грузы переносились вручную, перевозились на волоках или ламах (редко), что требовало исключительно хороших дорог. Пеший гонец между городами Тройственного союза мог добраться по пересеченной гористой местности от места к месту очень быстро за счет хорошего качества трактов, а также наличия специальных построек почтека, пунктов обмена и отдыха, где он мог перевести дух и сменить обувь, поесть.
Кроме того, почтека занимались торговлей, пусть и без денег, но бартерный обмен процветал, что обогащало купцов, к вящей ненависти воинов и пилли-знати.
Роль рабов в экономике была довольно мала: в отличие от Древнего Рима и других античных государств, где большая часть хозяйства строилась вокруг рабства, здесь оно было скорее дополнением к общей картине, чем ее основой. В процентах от общего населения рабов было ничтожно мало, и они в основном были домовыми слугами, наложницами или счетоводами, например.
Таким образом, Тройственный союз оставался в экономическом развитии на уровне позднего племени, хотя были определенные уникальные и по-своему прорывные решения.
ВОЕННОЕ ДЕЛО
Как и у большинства развитых племен, у Тройственного союза была прослойка воинской элиты, воины-орлы и воины-ягуары. Это были профессиональные воины, которые тренировались с ранних лет, мальчиков отдавали в дом орла или дом ягуара, где их готовили и натаскивали ветераны множества набегов и походов. Проходя суровый обряд инициации, эти бойцы неплохо управлялись с копьями, макуауитлями (деревянными дубинами с обсидиановыми остриями по всей длине, что-то среднее между дубиной, топором и мечом), атлатлями (копьеметалками), в меньшей степени луком и стрелами или пращой. Использовались также деревянные круглые щиты, обтянутые кожей. Брони у воинов почти не было, лишь самые знатные, прославившиеся орлы и ягуары носили толстый хлопковый комбинезон тлавистльи, аналог европейской стеганки, если говорить проще. Часто его украшали перьями орлов, или шкурами ягуаров, смотря к кому принадлежал носитель.
Помимо этих элитных воинов, коих не было слишком много, и кои занимались только войной, были и простые ополченцы, которые собирались из масеуалли, простых людей, или даже рабов (которые часто зарабатывали себе свободу в ходе войн и набегов). Как и в Европе, эти ополченцы не были подневольными, их не забривали в армию насильно (кроме разве что рабов), в основном это были вольнонаемные бойцы, которые шли за долей трофеев и славой, в попытках выбиться в пилли, знать (напомню, любой отличившийся воин мог туда попасть, даже не ягуар или орел).
В остальном, никакой тактики просто не было. За счет своего опыта и слаженности орлы и ягуары могли выступать в качестве костяка, надавливая во время битвы там, где было нужнее всего. Остальные ополченцы и налетчики были, по сути, просто пехотным мясом. Весь бой племен распадался на множество отдельных стычек и малых свалок, где решали всего две вещи: численность и подготовка. Как и всегда, скажете вы! Но не тут-то было. Тут решали не средние цифры, а именно что подготовка каждого воина, и общая их численность. Не тактика, не стратегия, и даже не вооружение (оно примерно одинаковым было у всех племен в регионе), а просто два параметра, и все.
Правда, насчет вооружения надо сделать важную ремарку: все-таки отчасти оно решало. Например, централизованно силами свободных рабочих по приказу тлатоани неоднократно добывали обсидиан для оружия воинов-орлов и воинов-ягуаров, что, конечно, играло роль (это все же военная элита), но далеко не такую весомую, как могло бы в случае с железом, например. Которого ацтеки и окружающие их племена не знали совсем.
К слову, оружие у них было из дерева, с вкраплениями обсидиана для режущей кромки, иногда кости, очень редко — из меди (которую они сами обрабатывать не умели, а завозили с юга, из племен инков). Железо, или хотя бы оловянную бронзу, они не освоили по причине крайне малого количества залежей железа и олова в Мезоамерике, или же их слишком глубокого по тем временам залегания, а также местных вулканов. Потому что обилие вулканов сделало обсидиан куда более легким в добыче и освоении, а по остроте и боевым качествам он не уступает железу... Только ломается, зараза, быстро.
Что касается командования, армия Тройственного союза делилась на воинов-орлов и воинов-ягуаров, выступающих как два отдельных крупных элитных отряда, а также на всех остальных, которые подчинялись элите и назначенным с барского плеча тлатоани генералам и командирам. Подобие единоначалия там было, но очень хлипкое, никакого единого командования, дисциплины или слаженности не было и близко. Это еще сыграет свою роковую роль.
Конечно, это никоим образом не признак империи, у которой, как у Македонской или Римской, должна быть сильная, регулярная, дисциплинированная армия. Чего здесь, очевидно, не было. Ведь это просто племенное сборище воинов поопытней и воинов победней.
ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА
А вот с этим у Тройственного союза все было просто отвратительно. Нет, ну правда. Мало того, что он пытался подчинить всех соседей, так он делал это порой из рук вон плохо.
Начнем с того, что когда очередной тлатоани выступал в поход, чтобы оправдать выбор себя на место верховного вождя, он выбирал абсолютно, кажется, случайную цель, да желательно посильней, чтоб победа принесла побольше славы и репутации. Порой это выливалось в полную задницу, но об этом попозже.
Когда же Тройственному союзу удавалось подчинить какой-нибудь город или какое-то племя, они не включали его в свой состав, нет... Они обкладывали бедолаг данью, оставляли там своих наместников и уходили. Даже не убивали местную власть! Даже не изгоняли ее! Просто пришли, победили войско, обложили данью, оставили сборщиков дани и ушли! Отвратительно.
Некоторые соседние города, как та же Тлашкала и другие в долине Пуэбла, Тройственному союзу так и не удалось покорить, несмотря на множество попыток. Да к тому же, из-за того, что Теночтитлан тянул одеяло на себя, его ближайший союзник, город Тескоко, со временем отдалялся от союза и подумывал о перспективах смены власти. Что потом выльется в предательство местных вождей и помощь испанцам.
Что касается знаменитых "Цветочных войн", то это лишь версия ацтеков. По их рассказам, они порой устраивали войны с соседями не ради земель, а ради пленников для жертв богам и славы. Якобы они проводили битвы, где воины показывали свою удаль и свои умения, а не ради завоеваний. Однако у нас также есть совершенно другие слова от тех же тлашкальтеков и других племен долины Пуэбла, которые раз за разом сопротивлялись атакам ацтеков: по их свидетельствам, Тройственный союз вторгался к ним множество раз и проигрывал битвы, а "Цветочные войны" придумали тлатоани, чтобы оправдать свои поражения. Кому верить в этой истории, не ясно, ведь письменных источников не сохранилось, только записи монахов Конкисты со слов местных с обеих сторон.
Из-за того, что все завоевания тлатоани не пытались интегрировать в страну, как стоило бы делать и как делали обычно сильные державы, весь Тройственный союз представлял собой огромное, но неповоротливое, нелояльное, полное внутренних противоречий образование. Что тоже не подходит под критерий империи.
ИТОГИ
Думаю, вы и так уже поняли, что Тройственный союз не был империей от слова совсем. Когда пришли испанцы, Кортесу даже не пришлось напрягаться: плохо организованная армия, впервые встретившаяся с кавалерией и огнестрельным оружием, и привыкшая к тактике простого натиска, ничего не могла сделать закованным в стальную броню воинам не потому что была плохо вооружена. А потому что не имела дисциплины и слаженности, ведь зачем бежать вперед, когда очевидно: это сами боги спустились с небес и кидаются огнем, они непобедимы? Именно такое впечатление создавалось у большинства воинов, даже орлов и ягуаров, а вопли жрецов про бледнолицых богов лишь усиливали эффект.
И нет, это не было основной причиной падения ацтеков. Основной причиной выступила отвратительная внешняя и такая себе внутренняя политики, ведь когда в регионе появилась новая сила, все враги Тройственного союза и снаружи, и изнутри взяли и поддержали ее. В итоге, у Кортеса, помимо чуть более пятисот его людей, после пленения и убийства Монтесумы и побега из Теночтитлана, была целая армия Тлашкалы, других городов долины Пуэбла, переметнувшегося города Тескоко и другие нелояльные данники и вассалы ацтеков.
Учитывая, что никакой сильной державы Тройственный союз построить так и не сумел, по всем выше приведенным причинам и описаниям, ничего поделать в такой ситуации они уже не могли. В очередной раз при столкновении двух совершенно разных миров победил тот, который более приспособлен к уничтожению себе подобных. Но это было не столько заслугой европейцев, сколько глобальными просчетами индейцев... Правда, могли ли они жить иначе? Учитывая, как сильно влияние традиций на племена, вряд ли. Их судьба, увы, была уже предрешена неумолимой историей.