День добрый!
Всплыл в комментариях к статье об иезуитах и индейцах такой вопрос, который, как мне показалось, заслуживает заметки:
«Вы, Оса, пишете о том, что Папа запретил обращать в рабство крещеных индейцев.
То есть это как: характерно только для католиков, а протестанты на данный запрет плевать хотели?
Или когда язычник уже изловлен и стал рабом, его можно уже окрестить, и он все равно и сам, и потомки его останутся рабами?
Это я к тому, что негры-рабы на территории Штатов все были крещеные.»
Все довольно просто. У протестантов не было Папы и какого-либо единства.
А на Папу из Ватикана они и в самом деле в лучшем случае хотели плевать. Это к настоящему времени они стали толерантными (заставили), а на деле были крайне агрессивны.
Папа вызывал у них такую личную неприязнь, что не только лишь кушать не могли. Они бы его казнили самой мучительной смертью и сочли бы это за заслугу пред Господом.
Их преступления и жестокости преизбыточны. И во многом это было результатом того, что не было у них ни единоначалия, ни даже единого суда, типа инквизиции.
Чем-то это хорошо – чем-то плохо. Когда пошли споры относительно библейской легальности рабовладения, они во мнениях не сошлись и знойно цапались друг с другом.
Аргументы были у всех, но ни у кого не было абсолютных.
В таких условиях действительно неплохо бы обзавестись Папой, Патриархом или просто Xpeном с горы, который авторитетно разрубил бы гордиев узелок.
Поэтому, покуда «последователи лютеровой ереси» спорили и тыкали пальцами в Писание, в Северной Америке почти всё решили светские гуманисты и экономика.
Под них пришлось прогнуться и в итоге все церкви и деноминации пришли к единому мнению, лишний раз доказав правоту библейского тезиса, согласно которому «где споры и разногласия – там неустройство и всё худое».
Но в целом проблему можно охарактеризовать как попытку втиснуть современные реалии в текст написанный едва ли не при Гильгамеше.
Подобные диссонансы образуют социальные гордиевы узлы, которые может разрубить лишь тот, кто обладает силой.
Не хочешь заводить своего Папу – будешь слушаться чужого, например, в лице просвещенцев-аболиционистов.
Утешаться можно будет тем, что твой хозяин Папой себя не называет. Но суть – та же самая.
Любой крупной стае нужен вожак.
Нет вожака – нет стаи: есть только пасущаяся на данных просторах популяция, которую однажды кто-то поставит в стойло.
До встречи!