Карл, узнав о таком
положении дел,
И взаправду решил:
«Эд умом оскудел!»
Он не понял отца,
хотя сам был отцом.
Посчитал Аквитанца
тогда подлецом,
Проклиная его
неуживчивый нрав.
Впрочем, может, Мартелл
был не так уж неправ?
Как ещё расценить
можно сделку с врагом?
Как о ней говорить?
Как о деле благом?
Разве с маврами вместе
на братьев идти —
Это честь?! Да бесчестнее
нету пути!
В гневе бросил Мартелл:
«Покарай его Бог!»
И в сердцах город Бурж
в Аквитании сжёг.
Эд взъярился в ответ,
снова город отбил.
Но бесстрашный бербер ему
не подсобил.
Почему? Потому что
не мог он тогда:
У Мунузы своя
приключилась беда.
Недруг был у него,
как у Эда Мартелл.
Этот недруг испанской
землёю владел:
От халифа на это
имелся фирман.
Звали этого недруга
Абд ар-Рахман.
Он порядок навёл,
успокоил страну
И во имя Пророка
замыслил войну,
Чтобы дальше
зелёное знамя нести
И под ним по Европе
с Кораном пройти.
«А не примет Коран —
так огнём и мечом
Всем народам её
объясню, что по чём.
И солдатам ислама
нельзя без войны:
Разленятся и станут
к боям негодны.
Их ведь надо ещё и
кормить-ублажать,
А иначе возропщет
железная рать.
Нет, пусть лучше голодных
накормит война,
А храбрейшим богатства
добавит она.
В рай погибших за веру —
да примет Аллах!» —
Думал Абд ар-Рахман,
он же ибн Абдаллах.
И приводятся
в боеготовность полки.
Запасаются стрелами,
точат клинки,
Объезжают коней,
снаряжают обоз...
Будет в Галлии море
и крови, и слёз!
https://ridero.ru/books/puate/
