30 ноября 1853 года российский Черноморский флот под командованием Павла Степановича Нахимова атаковал в Синопской бухте турецкую эскадру Османа-паши.
Многие граждане удивляются: почему нынешние успехи русского оружия в Сирии вызывают неприязнь наших западных партнёров? Мы ведь там как раз тех самых международных террористов глушим, которые признаны самым грозным врагом современного цивилизованного мира. Общее же дело делаем, разве нет?
Сегодня, в годовщину Синопского сражения, уместно поговорить о том, что блестящие победы зачастую не завершают войну, а напротив – провоцируют противника на решительные действия и становятся прологом нового конфликта, более масштабного.
Последняя битва под парусами
Синопское сражение можно было бы считать финальной точкой Крымской войны как очередного русско-турецкого конфликта, которые к середине XIX века уже и считать-то устали – настолько они стали привычными.
У турок было некоторое превосходство в числе кораблей (14 или 16 вымпелов против 8 или 11), но артиллерии было меньше (всего 520 орудий на кораблях и береговых батареях против 720). Турецкая оборона опиралась на береговые укрепления, зато на стороне российских моряков было решительное техническое преимущество: у них было некоторое количество «бомбических» (или – системы Пексана) пушек, которых у турок не было. Эти орудия, имея худшие характеристики, чем у обычных пушек, стреляли «бомбами», которые за счёт большой массы пробивали борта вражеских кораблей и взрывались внутри.
Вследствие этого итог сражения оказался немного предсказуемым: за несколько часов турецкая эскадра была полностью уничтожена (спасся лишь один корабль), потери составили около 3 тыс. человек убитыми и ранеными, в плен попал сам турецкий адмирал. Российский флот не потерял ни одного корабля, потери в личном составе были более чем в 10 раз меньшими, чем у турок. В общем – вторая Чесма.
В военно-техническом отношении Синопский бой стал последним крупным сражением парусных кораблей. Собственно, уже в нём принимали участие пароходо-фрегаты (за две недели до того произошел один из первых боёв пароходов вообще и уж точно первый – на Чёрном море), а в дальнейших боевых действиях англо-французской эскадрой использовались и бронированные плавучие батареи. Позже обе эти линии были реализованы в США в бое на Хемптонском рейде 1862 года между двумя чисто паровыми броненосцами.
Не оставить успех безнаказанным
Политические последствия были гораздо более масштабными: Англия и Франция, ранее уже объявившие войну России, приняли деятельное участие в боевых действиях. Кажется – впервые в такой конфигурации. Ранее Россия оказывалась то союзником Англии против Франции, то – наоборот, а то все три страны оказывались в одном лагере (например, в 1830 году – против Турции).
Дальнейшее – известно. Началась Крымская война, которая закончилась поражением для коалиции практически всюду, кроме ключевого театра военных действий – крымского. Именно в силу потери флота и разрушения его главной базы война считается Россией проигранной.
Вообще же, моментов, поразительно напоминающих нынешний день, в этом конфликте было довольно много.
Например, незадолго до этих событий, в 1838 году, Турция подписала «соглашение об ассоциации» и создала «зону свободной торговли» с Англией, в результате чего утратила экономическую самостоятельность. В результате, хотя Турция не имела сил и желания воевать с северным соседом, ей пришлось следовать английской политике ограничения влияния России (главным образом – в Средней Азии).
Французский император Наполеон III, пришедший к власти в результате государственного переворота в 1852 году, не был признан легитимным Николаем I и обиделся на пренебрежение с его стороны (Николай назвал Наполеона «дорогой друг», а не «дорогой брат», как было принято между монархами). Кроме того, французы жаждали реванша за 1812 год.
Британская пресса продемонстрировала совершенно типичные, как по нынешним временам, примеры двойных стандартов: тут и резкий разворот в отношении того же Наполеона, окружение которого ранее называлось не иначе как «паразитами, сводниками и проститутками»; и прославление турецкого правительства, ставшего на путь «цивилизационных реформ»; и возмущение зверствами этих ужасных русских, побивших турецких «онижедетей» «неконвенционным» оружием.
Всё, в общем, как сейчас. То же наблюдаем вокруг Украины и Сирии. Разве что российская дипломатия сейчас более эффективна, а западная коалиция менее слаженна и явно боится войны.