В 1699 году, на рубеже нового столетия, Лефорт умер. «Я потерял своего самого верного друга именно тогда, когда он был мне больше всего нужен», - сетовал Петр. Пробел, который Лефорт оставил в сердце царя, с тех пор заполнял Меншиков.
С этого момента Алексашка никогда не покидал Петра - ни на важных государственных делах, ни на шумных праздниках, ни в жестоких сражениях. Они вместе путешествовали по Европе. Пока Петр строил корабли в Голландии, Меншиков охотно осваивал плотницкое ремесло и даже получил официальный титул «корабельного подмастерья». Он проявил себя и на войне: из бесстрашного бойца он превратился в уважаемого офицера.
Во время Азовского похода Меншиков сначала служил в подчинении. Однако в дорогостоящей битве под Нарвой он уже сражался в чине поручика в Преображенском полку. Он бесстрашно защищал отступающие разбитые русские войска. При победоносной осаде шведской крепости Нотебург (позже названной Орешек) осенью 1702 года он вновь доказал свою храбрость. Распахнув рубаху, он во главе кавалерии вступил в бой и впоследствии был назначен первым комендантом крепости, которая впоследствии была переименована в Шлюссельбург (Шлиссельбург). Тем временем Меншиков прошел путь от бывшего пекаря до графа Священной Римской империи.
Когда после завоевания Ньеншанца Петр решил построить на болотистом месте новую столицу, Меншиков с неутомимой энергией воплотил этот амбициозный план в жизнь. Бывший уличный торговец стал первым генерал-губернатором зарождающегося Санкт-Петербурга.
Взлеты, падения и раскаяние: жизнь Александра Меншикова
От царского фаворита до могущественного правителя Меншиков пережил крутой взлет, затем глубокое падение и, наконец, этап смирения.
Будучи доверенным лицом Петра, Меншиков не только сопровождал его на полях сражений и на верфях, но и поддерживал его в личных проектах - политических или частных. В частности, он организовал изгнание первой жены царя, Евдокии, в монастырь. Он также сыграл ключевую роль в амурных похождениях Петра и помог расширить список его романов.
Однако, в отличие от многих монархов того времени, любовные похождения Петра не были бременем для государственной казны. Он сам гордился этим и давал понять окружающим. Сохранившийся разговор с датским королем наглядно иллюстрирует это:
Король: «Я слышал, брат мой, что у вас тоже много любовниц?»
Петр: «Брат мой, мои любовные похождения почти ничего мне не стоят, в то время как, как я слышал, вы тратите тысячи талеров на своих - деньги, которые можно было бы использовать гораздо лучше».
Если понравилась статья, поддержите канал лайком и подпиской, а также делитесь своим мнением в комментариях.