В конце 70-х годов XX века была построена железная дорога, соединяющая Уфу с поселком Инзер. С тех пор жители республики смогли по-новому оценить красоту нашего края. Любители загородных прогулок по достоинству оценили новую дорогу, и популярное ранее направление в сторону Симской несколько утратило свою привлекательность.
Новая дорога открыла людям красоту великих башкирских рек Инзер и Лемеза, величие высочайшей вершины Башкортостана — горы Яман-Тау, лечебные свойства минеральной воды в деревне Ассы, скалы у порога Айгир на реке Малый Инзер и многое другое.
Сегодня мы поговорим о живописном месте в Архангельском районе Башкортостана, расположенном на западных предгорьях Урала.
Те, кто хоть раз проезжал по этим местам на электричке, наверняка знают место, называемое в народе Французской поляной. В выходной день в каждом вагоне можно встретить человека, который с удовольствием покажет вам это место и расскажет о его достопримечательностях.
Когда электричка выйдет из-за поворота, слева откроется удивительный вид: широкий Инзер плавно несет свои воды по живописной долине, а на другой стороне реки раскинулась большая поляна, окруженная со всех сторон крутыми склонами гор. Именно сюда летом стремятся попасть отдыхающие, проплывая по Инзеру на надувных лодках, ведь здесь в зарослях высокой травы так много земляники!
Мы выходим на ближайшей остановке и направляемся к знакомому месту. Перейдя неглубокую реку вброд, мы оказываемся на краю поляны. Здесь можно поставить палатки, купаться, загорать, рыбачить, ведь на противоположном берегу в древнем русле Инзера — старице — вода буквально кипит от обилия рыбы.
В неспешных прогулках по поляне наше внимание привлекут огромные кучи из какого-то удивительно непонятного камня: ярко-синего, с прожилками, весьма причудливой формы. Человек, далекий от природы, который не стремится познать окружающий мир, пройдет мимо, а другой остановится, найдет среди кучи камней тот, что покрасивее, посмотрит на него в свете яркого летнего солнца, положит в рюкзак и потом непременно поинтересуется, что же это такое.
Уже почти 300 лет прошло с тех пор, как на Урале появились первые горные заводы. Богатство этого края, обилие полезных ископаемых, леса и рек уже тогда манило предприимчивых и богатых. Они выкупали у башкир земли, строили плотины, чугунолитейные и железоделательные заводы. По весне вниз по рекам сплавлялись караваны из деревянных плотов (барок), груженых железом и чугуном. Часть металла оставалась в Уфе, а часть плыла по Каме и Волге на крупнейшие в России ярмарки. Поэтому первыми специалистами по сплаву на горных реках можно считать крепостных крестьян того времени, которые сопровождали тяжелые плоты по бурной весенней воде. Много опасностей подстерегало сплавщиков в пути, часто гибли люди, тонул товар. На Белой есть живописное место, называемое в народе Митрошкиным камнем. По преданию, на этом месте лоцман Митрошка потопил барский плот с железом, за что был высечен до смерти.
Вот и здесь, на Французской поляне, когда-то был небольшой чугунолитейный завод. Находился он на Лемезинском участке Инзерской дачи и назывался Лемезинским, отчего длительное время исследователи ошибочно полагали, что он находится на реке Лемезе.
Завод построили в 1890 году братья Софроновы — Алексей и Федор — известные уфимские предприниматели того времени. В честь них в городе названа слобода и Софроновская пристань. В 1898 году завод был продан Урало-Волжскому акционерному обществу, правление которого находилось в Париже, а само общество создавалось французскими предпринимателями. Завод обошелся им более чем в 100 тысяч рублей серебром. Отсюда и название поляны.
К тому времени многие заводы Урала были в запущенном положении, поэтому зачастую не приносили прибыли. Французское общество быстро лишилось поддержки российских банков, и заводское хозяйство постепенно стало приходить в упадок, в том числе и на Французской поляне.
Тем не менее в 1902 году здесь из местных руд было выплавлено более 400 тысяч пудов железа, а в 1903 г. — всего 200 тысяч. В мае 1903 года завод прекратил свое существование, но на этом месте остался населенный пункт, где в начале 20-х годов в 43 дворах проживало 247 человек.
Много воды в Инзере утекло с тех пор. Сегодня здесь не дымят заводские трубы, не живут люди, не плывут по реке плоты с железом, лишь только изредка надувные лодки туристов пристают к берегу, который когда-то был обитаем.
И уже совсем по-другому вспыхивает ярко-синий камушек в лучах закатного солнца, ведь по сути только он — застывшая после плавки металла пустая порода, шлак из чугуноплавильной печи — помнит то, что здесь происходило когда-то.
