В этот юбилейный для Абанского района и Красноярского края год мы вспоминаем интересные и важные события, происходившие в жизни района и его населенных пунктах, вспоминаем деревни и сёла, которые волею судьбы были покинуты жителями, но не забыты. И это повествование об одной из таких деревень.
Александра Семёновна Жерносек, Татьяна Ивановна Артеменко, Евдокия Степановна Бобкова и Тамара Семёновна Свеженцева родились, росли и учились в деревне Державинка. Сегодня эти уже немолодые женщины с любовью, теплотой и особой тоской вспоминают свою родину, то нелегкое, но такое удивительно светлое время.
Детство троих из них пришлось на военное лихолетье, когда отцы были на фронте, а мамы с утра до вечера находились на колхозной работе. И они пяти-шестилетние девчонки уже имели по дому обязанности: навести в доме порядок, нарвать свиньям крапивы, встретить с пастбища корову, маленькими ведерками на коромысле наносить из родника воды. Но это ничуть не мешало им оставаться детьми. В свободное время девочки играли в куклы, сделанные из тряпок, из песка и глины «пекли» блины и «варили» кашу, играли в прятки. Зимой, укутавшись потеплее, катались на санках с горки…
Рождение деревни
Временная комиссии по вопросу об образовании из земель Почетской лесной казенной дачи Абанской волости Канского уезда Енисейской губернии заседала 19 декабря 1910 года по вопросу готовности участка для принятия переселенцев из центральных районов России. Из-за расположения участка на возвышенности ему было дано название Горка.
Под председательством помощника заведующего переселением и землеустройством Новосёлова, членов комиссии – заведующего Почето-Абанским подрайоном Александра Волконского, производителя работ Енисейской земельной партии Подгурского было решено участок Горка принять в границах проекта и определить норму душевого надела в 15 десятин удобной земли. По данным проектного плана на участке Горка имеется всей земли 4205 десятин, из них удобной – 3584 десятины.
Также ввиду недоступности реки Почет и неполного освещения вопроса о грунтовых водах не заселять участок впредь до результатов гидротехнического обследования места. Было решено для обеспечения заселения участка построить мост через речку Почет по дороге, ведущей из участка Ржавое на Лермонтово.
При обследовании участка был найден родник с чистой водой, которым стали пользоваться переселенцы. Этот родник и сегодня живет, давая новоуспенцам при острой необходимости питьевую воду.
Первые переселенцы появились здесь ранней весной 1913 года. Ими были Никифор Дуденков, Филипп Удельных, Андриан Сумин, Василий Лимонов. Прибыли они из Горкинской волости. Название нового места жительства Горка им не пришлось по душе, поэтому решили, что будет Горкино. Новое имя участку стало своим у переселенцев, а потом прижилось и у соседей из деревень Бортниково и Ржавое (Аржаво).
Но 9 июля 1913 года указом заведующего Почето-Абанским подрайоном и крестьянского начальника Александра Волконского за № 501 участок «Горка» был образован в самостоятельное общество под именем «Державинское». Так в полувековой истории существования участка и соседствовали три названия Горка – Горкино – Державинка.
На дорогу и на обустройство переселенцам на новом месте государственная казна выделила определенную сумму денег, на которую хозяева могли построить дом, надворные постройки, приобрести корову, коня и другую живность.
Прибывшим в Сибирь семьям понравилось новое место. Лес кругом строевой и его много. Недалеко протекает река Почет, по берегам которой можно полакомиться смородиной. Земли хватает, а свободы столько – дыши – не надышишься. И переселенцы, воодушевленные красотой и щедростью природы, простором тайги и огромным желанием зажить хорошо, трудились, не покладая рук.
По данным Всероссийской сельскохозяйственной и земельной переписи 1917 года мы можем судить о результатах труда горкинских жителей. На участке прописано 28 хозяйств с населением в 175 человек, из которых 88 мужчин и 87 женщин. Хозяева имеют 57 голов лошадей, 31 корову, 16 телят, 99 овец, 89 свиней. Засеяно рожью 36, 2 десятины, пшеницей – 8, овсом – 7,8, прочими культурами (просо, конопля, рыжик, картофель, ячмень) – 24,6 десятин (одна десятина равна 1,09 гектара).
Под покосами было 152 десятины. Переселенцы за четыре года крепко обустроились на новом месте. Создавались новые семьи, тем самым увеличивая число хозяйств на участке. Поповы, Романовы, Куропатины, Артеменко, Курчевы, Кузьмины, Лимоновы, Дуденковы, Удельных, Мишулковы, Комаровы, Николькины, Сумины, Федосовы стали одной деревенской семьей. Однако каждый фамильный род работал на своём поле, на своём подворье единолично. Многие поля своим названием и сегодня напоминают об их первых хозяевах – Константиново, Полонское, Ближнее, Андрияново, Комарово, Филиппово, Удельное, Романовское и Мишулково. Те семьи, у которых было много рабочих рук, успевали вовремя обработать землю, вовремя её засеять и вырастить урожай.
Такие семьи и становились зажиточными. Однако, как вспоминают мои собеседницы Александра Семёновна и Евдокия Степановна, несмотря на разницу в достатках, жили все дружно, вместе отмечали праздники, вместе переживали горе.
Коллективизация
Первая мировая война обошла небольшую деревеньку стороной, а вот гражданская война своим чёрным крылом зацепила жителей. Колчаковские воины в поисках провизии из Бортниково заглянули и в Горкино. Жестоко и бесцеремонно забирали у жителей всё, что попадалось на глаза. Выступивший против таких поборов у населения политический ссыльный Незнамов был убит, а его сожительница Алёна была засечена нагайкой.
В партизанском отряде под командованием Апановича, что противостоял колчаковским бандам в районе Зимника, воевали двое мужчин из Державинки. Имена их неизвестны, но то, что державинцы были в отряде, подтверждает архивная запись участников партизанского движения. В феврале 1919 года были убиты 27 партизан. Среди убитых – двое из Державинки. Похоронены в братской могиле на кладбище Зимника.
В деревнях Новоуспенского сельсовета коллективизация началась в 1933 году. Самые зажиточные семьи подверглись раскулачиванию, многие хозяйства признавались крепкими, и до них доводилось твердое задание по сдаче государству мяса, зерна, пеньки, волокна. За невыполнение обязательств полагался штраф от 250 до 300 рублей, которые нужно было уплатить в трёхдневный срок.
Попали под такие постановления и жители Державинки. К судебной ответственности привлекли Дуденкова Арсентия за невыполнение хлебосдачи августовского и сентябрьского планов. А затем и Дуденкова Филиппа, сдавшего зерна 7,82 центнера при плане 20,72. Оштрафовали на 360 рублей Сумина Якова и Лимонова Семена.
5 апреля 1935 года в Державинке образовался колхоз «Ударный труд». В общее хозяйство вступили 18 единоличных хозяйств. Председателем был избран Дуденков. Имени и других более подробных данных о нём нет. В общее хозяйство колхозники привели десяток коров. Боязнь за свое нажитое нелегким трудом сдерживало жителей отдать колхозу и другую свою живность. А полтора десятка семей не рискнули вступить в общее хозяйство.
Те, кто вступил в общество, старались вместе ухаживать за небольшой группой коров и участвовать в хозяйственных работах. Дояркой небольшого стада стала Лимонова Аксинья Захаровна. Все рабочие процессы на маленькой ферме, начиная с дойки и заканчивая переработкой молока, были ручные. Тут-то помощь сельчан и была как нельзя кстати.
Первоначально у колхозников не было навыков совместного труда, как не было их и у председателя. На ошибках и на хороших результатах учились крестьяне вести коллективное хозяйство. Время шло, жизнь в колхозе налаживалась. Каждый колхозник ежедневно получал от председателя задание на день и ответственно его выполнял. В посевной и уборочной, в заготовке кормов для скота принимали участие все члены семей колхозников.
Первое время техники не было никакой. Пахали на конях, на быках. Сеяли вручную, убирали зерновые конной косилкой, но больше серпами и косами. Обмолоченное зерно сушили, рассыпав его по полатям в деревянном здании, отапливаемом дровами. Погрузка и разгрузка зерна тоже велась вручную. Труд был очень тяжелый. Подспорьем во многих делах были лошади. Они являлись основной тягловой силой в деревне. Поэтому за ними был особый уход – лучше накормить, вовремя напоить, не перегружать возы, чтобы лошадки не уставали. Конюхом работал Перфирий Андрианович Сумин, а сторожил и выгонял на пастбище ночью Семён Васильевич Лимонов.
В 1939 году колхоз получил трактор «Коммунар», за рычаги которого сел Николай Ильич Романов, который прошел обучение при Долгомостовской МТС.
Евдокия Степановна говорила, что это железное чудо напугало жителей старшего поколения.
Первые борозды удивили стариков, а потом гектары вспаханной пашни за день вызвали радостное оживление. Гул трактора вселял в колхозников веру в завтрашний день, а вспаханные гектары восхищали. Но один трактор не справлялся со всеми делами колхоза, поэтому по-прежнему преобладал ручной труд.
Через год в колхоз вступили и другие семьи. В хозяйстве появились свиньи, овцы, увеличилось дойное стадо. В помощь доярке Лимоновой была направлена Анастасия Фроловна Артеменко. Овцеводами стали сёстры Валентина и Акулина Поповы. На полях выращивали рожь, овёс, ячмень, коноплю, пшеницу и масленичное растение рыжик, из семян которого в Высоко-Городецке отжимали масло, и по пол-литра правление колхоза выдавало каждой семье Державинки.
Военное лихолетье
Особенно тяжело было в годы Великой Отечественной. На фронт ушло два десятка мужчин, и воз колхозных работ лег на плечи женщин, стариков и подростков. Задача стояла не ослабить производительность труда в колхозе, не снизить урожайность и продуктивность животных. Каждый день с раннего утра до позднего вечера труженики находились на колхозной работе.
А дома у каждой хозяйки были малые дети, которых приходилось оставлять дома одних. Внимания требовало и собственное хозяйство, с которым приходилось управляться за полночь, а на сердце была – постоянная тревога за мужа, брата, отца…
Но трудности не сломили колхозниц. Успевали они провести и посевную, и уборочную, заготовить корма. Со слезами и потом каждый день одерживали они победу на поле и на ферме. В минуты недолгого отдыха женщины пели песни и плакали, радовались и горевали. Летом, украв время у сна, женщины на своем огороде старались вырастить брюкву, репу, картошку, капусту. И хорошо, если год был урожайным.
Евдокия Степановна вспоминает, как в один военный год овощи совсем не уродились. Чтобы как-то дожить до тёплых дней, она с братом ранней весной собирала на колхозном поле мерзлую картошку. Мама клубни вымывала, терла и пекла лепешки – мерзавчики. Каждый кусочек чёрного жёсткого хлеба делили на всех членов семьи.
Ещё одной бедой были волки. Зимой голод гнал их к человеческому жилью, они залазили в хлевы, разоряя крыши, загрызали скот, нанося материальный ущерб семьям.
Не легче голода и других житейских проблем было ожидание вестей с фронта. Они приходили в письмах-треугольниках. Почту доставлял из Новоуспенки молодой паренек Иван Чекунов. Встречи с ним ждали и боялись.
– Тётка Марья, тётка Аксинья, вам треугольники, получите! – издали извещал тружениц почтальон. И радости от вестей, что жив, что бьёт врага и гонит его с нашей территории, не было предела. А если была официальная бумага, паренек боязливо, опустив голову, совал женщине в руки листок и старался быстрее уйти.
Смерть своего жителя-воина оплакивала вся деревня. Горе не обошло эту деревеньку стороной. Погибли сыновья Лимонова Алексея Васильевича Иван и Михаил, его брат Евдоким, отец Татьяны Ивановны – Артёменко Иван Игнатьевич, два её дяди – Николай Игнатьевич и Никита Игнатьевич. Не вернулись с поля битвы и еще 6 человек. Всего деревня не дождалась домой 12 своих сыновей.
После войны
Закончилась война. Вернулись воины-победители с наградами на груди, израненные и уставшие. Среди них Николай Арсентьевич Дуденков, 19-летний кавалер двух орденов Славы 3 и 2 степеней, ордена Отечественной войны, с медалями «За отвагу», «За победу над Германией». Думалось тогда всем жителям, что с возвращением мужчин дела в колхозе пойдут на подъем.
Степан Филиппович Удельных взялся за ремонтные и строительные работы, за изготовление бочек для колхоза, ушатов и кадок для жителей. Егору Фроловичу Федосову правление колхоза поручило пастьбу коров. Другие мужчины привлекались для работы в животноводстве или на поле. Но не всё шло гладко.
С колхоза строго спрашивали за выполнение планов по сдаче мяса, молока, шерсти, яиц. За невыполнение наказывали председателей и снимали с должности. Менялись председатели, менялись и требования властей к ведению общественного хозяйства, к выполнению планов полеводства и животноводства. Дуденков, Семён Петрович Стос, Борис Иванович Мурыгин, Павел Зиновеевич Алексеенко, Митрофан Иванович Сычев, Алексей Васильевич Лимонов – достойные труженики и руководители. Но труд по-прежнему оставался ручным, и выполнить поставленные задачи колхозу не хватало ни сил, ни времени. Мяса сдано государству 5,3 тонны при плане 5,8; молока – 1528 литров при плане 3875; шерсти сдано 340 кг при плане 759; яиц – 1540 штук при плане 1539.
Трудное время было и для колхозников. Надо было сдать государству молоко, 75 яиц, 5 кг масла, полторы свиных шкуры, 5 кг шерсти и еще 800 рублей внести деньгами. Налоги давили. Уполномоченным по сбору налогов по Державинке исполкомом Новоуспенского сельсовета был назначен Николай Арсентьевич Дуденков. Сколько же надо было иметь этому молодому человеку силы выдержки и убеждения для сбора денежного налога с земляков! Ему легче было на поле боя с врагом, чем последние гроши забирать у своих.
Но справлялся боец и в мирное время с делами на отлично. Сорок лет трудового стажа: бригадир, учетчик, заправщик – должности ответственные, но ни разу не подвел односельчан наводчик артиллерийского полка Николай Дуденков. Грамоты и ценные подарки дополняли коллекцию его наград. Но самой дорогой наградой стала для него супруга Нина Михайловна, которую он встретил в Новоуспенке. Супруги подарили жизнь семи замечательным деткам – продолжателям своего рода.
Кроме трудовых будней были у колхозников и праздники. Управившись с домашними делами, уладив колхозные, мужчины и женщины всей деревни собирались за большим столом с простой деревенской пищей, чтобы отпраздновать Троицу, Пасху, рождение новой семьи, нового человека или отметить окончание полевых работ песнями, плясками, весельем и общением.
Заводилой была Евдокия Романова. Песню подхватывали её братья Василий и Егор, присоединялась Надежда Попова. И вот уже песня звенела над полем и лесом в исполнении тружеников. После в круг выбегала Акулина Попова с частушкой, вызывая на пляску подруг. Балалайка в руках Маруси Ватрушкиной звонко заиграет плясовую, подзадоривая собравшихся. Тут уж все, кто умеет плясать, кто не умеет, выходят в круг. В такие моменты казалось, что и природа поет и пляшет вместе с людьми. Вот где сила простого народа! Как бы трудно ни было, а придет час веселья – и раскрывается душа человека, как бутончик цветка перед солнцем.
Молодым парням и девчатам хотелось отдохнуть, отвлечься от обыденности, пообщаться со сверстниками. Вот и собирались по субботам и воскресеньям у амбара Куропатовых, чтобы под балалайку потанцевать. В месяц раз или два наведывались в деревню Низко-Городецк на вечёрки. Дорога из Державинки в один километр пролегала через болотце, но не являлась проблемой. Молодой задор звал туда, где интересно, весело. Гармонистов в деревне было много, от танца к танцу один сменял другого, не давая танцорам отдыха. Время пролетало незаметно. Здесь обменивались новостями, заводили дружбу, находили свои половинки.
Открытие школы
По воспоминаниям моих собеседниц Евдокии Степановны и Александры Семеновны с сентября 1942 года в Державинке заработала начальная школа. На несколько лет раньше открыть школу, по мнению руководства Долгомостовского района, было нецелесообразно. Поэтому в школу пришли дети-переростки, 1928 –1932 годов рождения. Специального здания для занятий в деревне не было, поэтому правление колхоза «Ударный труд» договорилось с Анастасией Фроловной Артеменко об аренде одной комнаты в её просторном доме.
Семён Васильевич, пришедший с фронта раненым, смастерил столы и скамейки для учащихся. Классную доску заменила широкая плаха, аккуратно оструганная, а известняк – мел. Наглядных пособий не было никаких. Первыми учащимися стали 12 ребятишек разного возраста, а первой их учительницей – Александра Павловна Борисова из Громадска, которая квартировалась у Анастасии Фроловны.
Учительница учила детей читать, писать, считать, рисовать. Писали карандашами или чернилами из сажи и настоя лиственной коры. В 1944 году силами колхозников было построено здание для школы. Учеников стало 17. В 1945 году Долгомостовский РОНО направил Наталью Ивановну Соловьеву вторым педагогом в Державинскую школу. Её определили на квартиру к Степану Филипповичу Удельных. Учителя с детьми помогали колхозу в прополке, сборе урожая, в заготовке кормов для скота. Для населения педагоги читали лекции, проводили беседы и пользовались большим уважением. За большой вклад в дело воспитания детей, за большую общественную работу медалью «За трудовое отличие» была награждена Борисова Александра Павловна. Эта маленькая деревенская школа с её опытными учителями дала путевку в жизнь сотне ребятишкам.
После войны прошло четыре года, но в колхозе по-прежнему преобладал ручной труд. Мои собеседницы не вспомнили, чтобы в Державинке по полю ходили свои комбайны или трактора. В поисках лучшей доли несколько семей уехали в Новоуспенку, Низко-Городецк. Население деревни уменьшилось. В 1950 году на заседании Долгомостовского райисполкома было решено объединить колхоз «Ударный труд» (Державинка) и колхоз «Большевик» (Новоуспенка) в одно хозяйство «Большевик». Вскоре жители стали массово перебираться в Новоуспенку. В 1952 году, построив собственный дом на новом месте, предпоследними уехала семья Удельных.
1913 год по 1952 – время существования участка «Горка» – «Горкино» – «Державинка». Но деревня совсем не пропала. Долгие годы на её территории правление колхоза «Большевик» держало пасеку, колхозники на заработанные трудодни получали мед. Пчеловодом много лет работал Арсентий Никифорович Дуденков. Его отец одним из первых ступил на горкинскую землю, а сын – последним покинул её.
Через десяток лет Державинка с её хорошими выпасами стала местом содержания колхозного стада коров в летний период. Молодые доярочки из Новоуспенки жили там неделями, выполняя обязательства по надою молока. В девяностые годы было вывезено из Державинки всё оборудование, место жизни первых поселенцев опустело.
Сегодня улица деревни заросла кустарником и сосняком. Но по-прежнему здесь из-под горы бежит и звонко журчит родничок, приглашая путника испить его чистой, холодной воды. Замшелое от времени, выдолбленное из огромной лиственницы корыто, напоминает, что когда-то здесь жили люди, вели хозяйство, женились и растили детей.
Но жизнь внесла свои коррективы и дети, и внуки первых поселенцев, как птицы, разлетелись по миру. Они живут гораздо легче, чем их деды и прадеды и, скорее всего, позабыли родину предков. Так пусть же этот рассказ о маленькой деревеньке Державинка станет ей нерукотворным памятником. А жителям Абанского района напомнит, что был такой населенный пункт на карте.
А я низко кланяюсь Евдокие Степановне Бобковой, Александре Семеновне Жерносек и Татьяне Ивановне Артёменко за то, что провели меня дорогой памяти по истории жизни их малой родины.
София ТУРИНОВА, с. Новоуспенка.