Роман «Звёзды падают и опять взлетают» глава 3 «Перемены в СССР» часть 21
Раздался глухой удар. Сердце у Ивана замерло, в голове промелькнула мысль:
— Всё, — это конец… Ну, что за день такой?
Мочалкин подал голос первым:
— Всё пучком! — это прозвучало так, как будто ничего не произошло.
Пашка с Тёмкой открыли глаза.
— Ну я же говорил! Говорил, только не уроните! — выкрикнул Пашка.
— А надо было про Брежнева-то молчать! Ну, кто тебя за язык-то тянул? — с укором высказал ему Тёмка.
Пашка спустился по ступенькам к отцу, схватился за коробку и, дрожащим от волнения голосом спросил:
— И что теперь будет, пап?
Стараясь удержать коробку, прижав её коленом к стене, Иван ответил:
— Будет всё пучком! Поверим соседу на слово.
— Да он же с похмелья! — вырвалось из уст Пашки.
— Цыц, — цыкнул на него сосед, поднимаясь. Он ухватился за коробку с телевизором и взглянув на сыновей Ивана, добавил: — Перехвалил я вас! — А потом обратился к «счастливому» обладателю цветного телевизора: — Пошли, сосед! Хватит тут стоять.
— У меня ногу свело, — ответил Иван.
— Это не страшно! Ты же сейчас не в воде, значит не утонешь! — подбодрил его Владимир Афанасьевич.
— Не поверишь, а я уже жалею, что я не в воде! — Иван сделал шаг, потом второй.
Пашка вцепился в коробку так, как будто приклеился к ней.
— Пашка, не мешайся под ногами! — прикрикнул на него сосед.
— Я вам больше не доверяю! — заявил ему в глаза подросток.
— А ты с характером! — смеясь заметил Мочалкин.
— Ещё бы! Я же не тю́тя*! Как некоторые… — намекнул он, взглянув на отца.
Ивану захотелось влепить ему затрещину, но руки его были заняты, и он сник ещё сильнее, вспомнив совет дяди Коли: «Не будь тю́тей, мужик!»
В голове его появился вопрос: «Как у такого тю́ти как я, — родился не тю́тя?» — ответ, на который он не знал.
Телевизор подняли на третий этаж и занесли в квартиру Ширяевых, оставив посреди коридора, на полу.
Мочалкин, глядя на мрачные стены коридора, выкрашенные тёмно-коричневой краской, шутя проронил:
— А вы всё ещё в склепе живёте?
— Таньке нравится: немарко и практично, — ответил Иван. — Это её была идея стены полово́й краской покрасить.
— Она у тебя идейная!
— Что есть, то есть.
Сыновья озадаченно смотрели на коробку и не знали: радоваться им этой покупке или уже не стоит. Кот с любопытством обнюхивал её и мяукал.
— Пап, проверить бы телик: работает или нет? — сказал Пашка и взял кота. — А то Тигра-Зайка нервничает.
— Проверим, но не сейчас, — ответил Иван, открывая коробку.
— Но почему-у не сейчас?! — возмутился сын, ответ отца его не устроил.
— Ему согреться надо! На улице же не май месяц.
— Включим и согреется! — продолжал настаивать на своём Пашка, прижимая к себе кота и поглаживая его.
— Да, пап! Давай проверим! — поддержал брата Тёмка.
— Мы проверим, а он возьмёт да коротнёт! И что тогда?
— Лучше не рисковать, — разглядывая телевизор, высказал своё мнение Мочалкин. — Судя по внешнему виду, вроде бы, удар на нём не сказался.
— Вот и надо проверить, сказался или нет! — продолжал гнуть свою линию Пашка.
— Ишь какой у тебя сын настырный! — улыбнулся сосед Ивану. — Видать, что в мамку свою пошёл!
— Не-а, я в папку! — возразил ему подросток.
— И я тоже в папку! Только не рыжий, — уточнил Тёмка. Походить на мать никто не хотел.
— Да уж, — загадка века! — Мочалкин почесал макушку. — Вань, а как так получилось, что ты рыжий, а дети твои нет?
— Ты меня спрашиваешь? — вопросом на вопрос ответил Ширяев.
— Тебя, а кого ещё-то?
— Не хотел я, чтобы дети в меня рыжими уродились и Таньку умолял об этом. Вот она и расстаралась ради меня! — пояснил Иван.
— Старательная она у тебя! — удивился сосед. — Сам такую выбрал? — в его голосе прозвучали нотки иронии.
— Сам. Ума-то не было, — честно признался Ширяев. — Не дай Бог, если телевизору каюк пришёл от удара, то Танька меня поедом съест и не подавится.
— Не съест. Мы ей не скажем, а она сама и не догадается. У телевизора же гарантия есть?
— Есть!
— Ну, так и переживать не из-за чего, — успокоил его сосед.
— Точно, — обрадовался Иван, — а я и не подумал.
— А думать-то надо, Ваня! — Мочалкин похлопал его по плечу и предложил: — Может, обмоем телевизор?
— Пока рано.
— А потом поздно будет. Обмывают или сразу или никогда.
Иван посмотрел на часы и напомнил сыновьям:
— Вам в школу не пора?
Не теряйте меня, если что — я тут↓
И ещё публикую роман тут ↓
Пашка с Тёмкой переглянулись. В школу им идти не хотелось.
— Архаровцы! Ещё раз спрашиваю, вам в школу не пора?
— Не пора, мы сегодня без школы обойдёмся, — ответил за себя и брата Пашка.
— Это ещё почему?
— Мы пока своими глазами не увидим, что телевизор работает, учиться не сможем.
— Да-да, пап! Правильно Пашка говорит! — бойко выкрикнул Тёмка. — Будем все уроки как на иголках сидеть, а вас потом в школу вызовут из-за нашего поведения. Ты нам лучше записку напиши, что мы прогуляли по уважительной причине.
— А ремня ты не хочешь? — задал вопрос отец.
— Не-а.
Из приоткрытой двери доносился запах дыма из подъезда.
Иван принюхался, и почуяв его, испуганно сказал:
— Что-то горелым запахло!
И тут до соседа дошло:
— Я же суп поставил разогревать и забыл! Нинка с меня живьём шкуру сдерёт! — он моментально протрезвел и выскочил из квартиры, а следом за ним Иван и его сыновья.
— Помог, называется соседу… — сокрушался Мочалкин, открывая дверь своей квартиры, из которой валил дым.
Пояснение:
тю́тя — мягкотелый, безвольный человек
© 28.11.2024 Елена Халдина, фото автора
#рассказы #роман #семейныеотношения #дети #истории #ЕленаХалдина #мистика
Запрещается без разрешения автора цитирование, копирование как всего текста, так и какого-либо фрагмента данной статьи.
Все персонажи вымышлены, все совпадения случайны
Продолжение романа «Звёзды падают и опять взлетают» глава 3 часть 22 Ёперный театр будет опубликовано 30 ноября 2024 в 04:00 по МСК
Предыдущая глава ↓
Прочитать все романы можно тут ↓