Греческий дворянин Георгий (Егор) Никифорович Бенардаки, майор, принимал участие в составе русского флота в турецкой войне (1787-1791). В 1790 командовал крейсерским судном-бригантиной «Феникс».
Стал одним из тех переселенцев, которые осели в Приазовье. В 1811-1813 Бенардаки были пожалованы земли, в т. ч. под имение на Миусском полуострове Азовского моря - 5500 десятин. В этом имении кто-то из наследников Бенардаки ( пишут, что Константин) построил в 1858 году храм в неовизантийском стиле, который был освящён во имя святой равноапостольной Марии Магдалины. Этот храм существует и поныне. И он великолепен.
Пишут также, что имение Бенардаки (Ново-Мариинскую экономию) вместе с церковью приобрел в 1874 году Яков Соломонович Поляков, который устроил здесь образцовое хозяйство (один из первых начал увеличивать озимые посевы ржи и пшеницы, заниматься лесоразведением). В этом имении он организовал известный конный завод.
Яков (Яаков) начинал винокуром, занимался откупами и подрядами; в 1864 году получил свидетельство оршанского купца 1-й гильдии. Считался состоящим на государственной службе с 1 июля 1865, так как ему был присвоен чин коммерции советника. С согласия Екатеринославской казенной палаты от 16 ноября 1868 года переехал в Таганрог с родителями и семьей младшего брата Лазаря. Вместе с братьями он участвовал в сооружении Курско-Харьковско-Азовской (до Таганрога и Ростова-на-Дону) и Воронежско-Аксайской (Ростовской) железных дорог, договор на строительство которых правительство России заключило со средним братом Самуилом. О его деятельности на железнодорожном поприще я сообщал в статье про таинственные пуговичные звезды Давида.
В 1870 году Яков Поляков открыл в Таганроге собственный торговый дом, став владельцем зданий по ул. Петровской, 48, 50, а также по пер. Итальянскому, 4, в 1871 году основал Управление каботажного Азовского буксирного пароходства, учредил в Таганроге Азово-Донской коммерческий банк (став членом правления его; с 1877 года правление в С. Петербурге), третий по значению в России и весьма популярный, а 9 января 1873 года — Донской земельный банк (оба совместно с братом Самуилом). Председателем правления последнего он был свыше 35 лет. На основе этих банков он открыл в Таганроге Банкирскую контору Якова Полякова (ул. Петровская, 50), а в 1886 году открыл Санкт-Петербургско-Азовский коммерческий банк, членом совета которого он стал. За участие в банкирской деятельности Яков Соломонович получил звание потомственного почетного гражданина Таганрога, кроме того, он принимал активное участие в общественной жизни города, будучи гласным Таганрогской городской думы (1885-1902) и председателем комитета торговли и мануфактуры Таганрогской городской управы (1885-1904). Яков Поляков и его жена Амалия Моисеевна были необязательными директорами Таганрогского окружного попечительства о тюрьмах (1871-1901). Я. С. Поляков был членом Таганрогского окружного правления общества спасения на водах в 1875-1908 годы, а до этого — Таганрогского окружного правления общества подания помощи при кораблекрушениях (?-1873-1875), он же организовал спасательную станцию в своем имении на берегу моря. За крупные пожертвования и участие в работе попечительских советов различных благотворительных обществ был награжден орденами Российской империи (в 1888 г. — Св. Владимира 3-й ст., в 1891 г. — Св. Станислава 1-й ст., в 1896 г. — Св. Анны 1-й ст.), в 1885 году получил чин действительного статского советника, а в 1900 — тайного советника (соответствовал военному чину генерал-лейтенанта и именовался «Ваше превосходительство»), а также возведен в потомственные дворяне, несмотря на иудейское вероисповедание. Кроме того, он был награжден и иностранными орденами: румынским Крестом (1879), черногорского князя Даниила I 2-й степени (1883), сербского Такова (1885), персидским Льва и Солнца 1-й ст. с красно-белой лентою (1896). Российский историк П. А. Зайончковский (1978) отметил, что ни один из известных представителей капиталистического мира России не смог получить такие отличия, кроме братьев Поляковых (барон Гинцбург получил свой титул за рубежом). Несмотря на все эти отличия, лишь за крупную взятку он был приписан к дворянам Области войска Донского, в которую Таганрог входил с 1888 года.
Но предоставим слово самому Якову Соломоновичу, вернее, его дневнику. Вот запись за декабрь 1873 года:
"Декабря купил от Бенардаки Новомариинское имение,чтобы принять с 1 Января 1874 года. На завтра утром мы выехали обратно в Таганрог. Затем я выехал в П[етер]б[ург], где я купил у Николая Дмитриевича Бенардаки Новомариинское имение, доставшееся ему по наследству от дяди своего Дмитрия Егоровича Бенардаки, за 650 т.р. И считалось, что очень дешево и удачно купил это имение, которое давало ежегодно доходы от 50 т.р. до 75 т.р.
И действительно если б я оставил все по старому вести дела, то это действительно дорогое имение и даст хорошие доходы. Но как в каждом деле бывают удачи и неудачи так случилось и с этим имением. Я застал управляющим некого грека Триполитова, который был мальчиком у старого Бенардаки. Затем он его хорошо вышколил и сделал его прикащиком и знал свое дело, т.е. вести дела по заведенному порядку. После смерти старика когда вступил молодой Бенардаки который очень мало интересовался имением он его сделал управляющим и вот в 3 года владения молодого он уже сделался великим барином разъезжал Триполитов в экипаже. Перебрался жить в господский дом и распорядился по своему и как в то время злые языки говорили себя не забывал. И потому новый владелец, который живет близ имения ему не понравился. Я ему предлагал остаться. Он отказался (он затем был несчастный. Положительно семья его умирала из голоду и пришлось много раз помогать им). Я никак не ожидал чтобы он не пожелал остаться далее. И очутился врасплох. И вот кто то мне порекомендовал как редкость в Бахмутском уезде нескольких братьев — Евреи Бельские. Землевладельцы, собственники и достаточные люди ведут там уже в течение многих лет великолепно свое хозяйство. Так что они там служили для всех примером своим знанием и умением. И в скорости не замедлил явиться один из этих братьев и предлагает свои услуги без жалованья только 5% от чистой прибыли (надеялся он получить на месте 100 т. прибыли и следовательно ему 5 т.)
По наружному виду и по разговору оказалось (нужно иметь ввиду что тогда ровно ничего не знал и не понимал в хозяйстве) что он отлично дело знает и понимает словом все, что нужно. И вот он был назначен управляющим а М.Я. Шик кассиром с некоторыми верховными правами вета как мое доверенное лицо. Вот это всегда самое гибельное и вредное дело если сажать двух медведей в одной берлоге. Лучше один, но только один хотя плохой чем два хороших. В этом году 1874 был из громадных урожаев и тем не менее год кончился и убытком около 15 т.р.
Бельский как затем (по дорогому опыту) оказался честный человек. Но с очень ограниченным кругозором. Он привык при небольших хозяйствах как труженик у него дела шли отлично. Но тут он растерялся при этом громадном хозяйстве. Будь он один он бы после нескольких неминуемых ошибок вошел бы в курс дела и вероятно и повел бы дела хорошо. Но тут же был другой Главно командующий который каждую его ошибку знал и т.д. К тому еще вышли побочные обстоятельства. Я знал что в Горегорецком земледельческом училище учились там несколько Евреев из Орши. Я написал моему знакомому Горинсону, что если он знает подобных молодых людей хороших, честных и пожелающих поступить на 300 р. в год в качестве практиканта, чтобы он прислал такого. Горинсон прислал мне некоего Квартирова, который кончил Горегорецкое земледельческое училище из первых там Евреев, был уже затем управляющим у кого-то в Могилев[ской] губер[нии] и почему-то ушел. Кажется, что проданно другому, а тот как он рассказал нехотел держит Еврея и т.д. Квартиров заявил, что он не претендует на место управляющего а какого угодно места и за 300 руб. По его наружной обстановке видно было что он находился не в важных обстоятельствах. Он был отправлен в имение в распоряжение Бельского. Для Квартирова не было там свободного помещения и он поместился в амбаре без всяких претензий. Квартиров один из тех, которые для достижения своей назначенной задачи и цели, лишь бы случай представился и он попал на путь, то он уже пройдет и дойдет. Для него уже не существуют преграды, препятствия, время и терпение. Он все преодолеет и добьется цели. Так он начал поступать. Владея пером и языком хотя гораздо менее знанием а еще менее опытом и тактом. Но он попал на благодарную почву. Ни я как владелец ни Шик как мой доверенный им уполномоченный ничего не знали. А он пишет и говорит гладко. А тут еще скромный растерянный Бельский. И началось преследование, критика и т.д., то что он не мог передать прямо мне, он действовал через Шика. Конец был такой, что с 1 января 1875 года Квартиров поступил на место Бельского. И Шик остался по старому но не надолго. Он сумел так действовать что Шик отказался. А он остался один. А я разъезжал и разъезжал. И наконец 1877-1878 почти совсем не был дома. Он начал управлять с намеченной вперед целью и задачей. Ну оставим Квартирова, и кончим 1873 год с покупкой имения." Таким образом, дневник сообщает, что покупка была все-таки в 1873 году, а не в 1874. И продавцом был не Константин Егорович, а Николай - сын Дмитрия Егоровича Бенардаки. Сам Дмитрий, кстати, был личностью в высшей степени интересной, это был спонсор Н.В. Гоголя и первый предприниматель России, который стал строить металлические корабли на своем заводе в Сормово!
За имением закрепили название Поляковка. Украшением его, кроме церкви, был и господский дом -"замок". Его постройку связывают с Поляковым, но тут нет точных данных. Возможно, замок построили еще при Бенардаки. Это самое раннее из известных фото замка.
А это - единственный известный старинный снимок, где видны церковь и замок одновременно.
После революции в имении был устроен дом отдыха "Красный Десант". Про события, в честь которых назвали дом отдыха и переименовали Поляковку, я сообщал в статье про маяк на Мысе Доброй надежды.
Поэтому Поляковки нет на карте, хотя сельское поселение Неклиновского района Ростовской области до сих пор зовется Поляковским. Бывший господский дом-замок оставался украшением дома отдыха трудящегося народа.
Заметка в газете "Кочегарка", бывшей печатным органом Донецгубкома КП(б)У, Губисполкома, ВСГ и Донугля. № 132 (1132). Четверг, 12 июня 1924 года. С. 7.
«В ТАГАНРОГЕ / В ДОМЕ ОТДЫХА
На вокзале в Таганроге бросается в глаза громадный плакат, на котором написано:
«Товарищи, приехавшие в дом отдыха, должны остановиться у плаката и ждать агента».
Не проходит и 5 минут после выхода из вагона, как подходит агент, забирает всех прибывших и отправляет их автомобилем в дом отдыха.
Дом отдыха находится в 20-ти верстах от города, на берегу Азовского моря.
По прибытии, сейчас же товарищи подвергаются осмотру врача, который назначает каждому лечение.
Возле дома пустой парк и небольшой сосновый бор.
На берегу моря вёсельные и моторные лодки. Кататься могут отдыхающие сколько кто хочет.
Кормят в доме очень хорошо. Дом ещё не совсем готов к приёму гостей. Не отремонтированы ванны, нет света в палатах. При доме будет инструктор по физкультуре. Ожидают получения гимнастических приборов.
Библиотеку при доме недавно открыли. Библиотека большая, подбор книг хороший».
Помковский
Между прочим, под библиотеку в Доме отдыха использовали церковь!
К сожалению, в отличие от церкви и "замка Лакиер", «замок Полякова» исчез. Нет, он не рухнул в море. Он, в общем-то, есть. Но его и нет, потому что строение просто до неузнаваемости перестроено в святые и лихие 90-ые годы прошлого века. Теперь это главный лечебный корпус детского оздоровительного центра, занимающего бОльшую часть бывшего поместья.
Еще в 2014 году я наблюдал главные "крепостные" ворота усадьбы-дома отдыха, которые тогда стояли в почти неизменненном виде.
Сейчас лучше не видеть.
Продолжение следует.