Бесспорно, жизнь становится ярче, благодаря таким людям, как Феликс Давидович Кривин. Они не только подмечали парадоксы прекрасной «бучи, боевой, кипучей», но и жили с этими парадоксами. Относительно Кривина можно сказать, что он с ними даже родился:
Я родился в счастливом 1928 году, 11 июня. Если сумма двух левых цифр равна сумме двух правых, год считается счастливым. <…> в свидетельстве о смерти, выданном мне при рождении, смерть была зачёркнута, а вместо неё вписано, что я родился. Вторично вряд ли так повезёт...
(Из автобиографии)
Ещё один парадокс из жизни Кривина: явно выраженный гуманитарий, писатель, поэт, «сказочник», создавший замечательные поучительные притчи для детей и взрослых, в свободное время был увлечён математикой:
Самый лучший для меня отдых — заниматься математикой. Я люблю числа. Люблю находить их закономерности. Когда я был в пятом классе, меня водили решать задачи в шестой. В моих записных книжках хранятся целые столбы решений. Я их берегу, потому что мне это кажется интересным.
(Из автобиографии)
Абстрактные математические понятия могут давать повод для жизненных наблюдений и литературного творчества (ну... если чуть-чуть расширить область их применения😊) Например:
...Зато когда его вынесли за скобки, все сразу поняли, что это было за число.
— Это был наш общий множитель!
— Это был наш общий делитель!
Так число приобретает значение.
После того, как его вынесут
О Кривине , оказывается, столько написано в последние годы, что написать что-либо новое о нём не представляется возможным. Единственное, что можно, собрать в одной статье сказанное о нём другими.
Феликс Кривин — совершенно особое явление в литературе. Он эрудит, сатирик, педагог и философ. Его владение словом виртуозно. Он видит суть вещей и показывает её с абсолютно неожиданной стороны. Он умеет играть словами так, что из простой, обыденной фразы мы получаем готовый философский постулат:
«Люди не раз отдавали жизнь за убеждения, но убеждения они отдавали только за хорошую жизнь»;
«Главный закон движения: палок не должно быть больше, чем колёс», «Маленькой стране история заменяет географию».
Примеры можно приводить бесконечно: Кривин — король афоризма.
(Ирина Лейшгольд, журналист, литератор, редактор.)
Он видит явления и вещи стереоскопически. Ему нет равных в умении отдирать с мясом от слов приросший к ним метафорический смысл и возвращать им самый что ни на есть прямой. С тем, чтобы снова придать этому прямому смыслу переносный. С тем, чтобы снова... И так до бесконечности. Кривинские виртуозные игры со словом в его различных значениях, оттенках и смыслах являются головной болью переводчиков, потому что в переводе на другой язык смысл слова часто меняется на противоположный.
(Белла Езерская, журналист, театральный критик, советский, позднее - американский библиотекарь, эссеист.)
Называть Феликса Кривина фантастом так же немыслимо, как и называть его реалистом. Для сказочника он слишком близок к быту, но в бытописательство его метод тоже не попадает. Причём «не попадает» не в том смысле, что целится куда-то и промахивается. Наоборот — вообще не претендует. Для писателя, который переходит от прозы к стихам так же легко, как сочетает иронию и лирику, естественный творческий метод — свобода от условностей, а жанровый ярлык — это условность навязчивая, связывающая и вообще для творчества бесполезная.
( Сергей Бережной, журналист, литератор, издатель)
Феликс Кривин о себе:
Всё время чувствуешь, что ты среди дураков, которым надо так доказать, что они дураки, чтобы они не обиделись. В моей жизни самое сильное чувство — то, что я постоянно нахожусь под подозрением как антисоветчик, даже тогда, когда не даю для этого повода.
Но не менее сильное чувство — это взаимная любовь к моим читателям, умным, честным, добрым, порядочным людям, которые всегда поддерживали меня, и я был горд, что имею таких единомышленников. Нигде, ни в одной стране нет таких читателей, нет такой мыслящей интеллигенции. Это неправда, что у нас её больше нет. Она есть, есть. Просто ей всегда было плохо на государственном уровне и всегда хорошо на уровне общения между собой.
Из интервью, 2001 год
То, что стандарты существуют, это, конечно, неплохо. Но это ведь не означает, что жить и творить нужно строго по стандартам? Если можно купить в магазине линейку, то неужели требуется чертить только прямые, а рисование от руки следует запретить? А если хочется не только следовать уже найденным законам, но и открывать новые?
Из интервью, 2001 год
На вопрос «не воюет ли он с мельницами» Кривин ответил так:
О том, что это мельницы, говорят те, кто вообще не хочет воевать. На самом деле это не мельницы, это реальное зло. Дон Кихот — прекрасный образ человека, который к чему-то стремился. И если у него на голове медный тазик, то это не значит, что он не в своём уме. Просто для него достаточно медного тазика, чтобы сделать то, для чего другим нужно бог знает что.
Из интервью 2001 года
Для того, чтобы научиться понимать счастье, человеку приходится испытать много горя. Этот парадокс не нов и вполне универсален. Всё зависит от того, что человек понимает под счастьем и горем.
Меня хотели исключить из партии в 1971 году, когда порезали мою книжку «Подражание театру». Книжка вышла тиражом в 15 тысяч. Когда подоспело партийное постановление об её уничтожении, она уже частично разошлась. А остальной тираж лежал в тюках во львовской типографии в ожидании казни. Раньше мне казалось, что процесс уничтожения книги происходит более торжественно, что ли. Где-нибудь в подвале стоят большие бумагорезки, которые в присутствии врача (простите, цензора) режут несчастную книжку на лапшу. После чего удостоверяется смерть вышеуказанного издания, а лапшу сдают в утиль на переработку. Оказывается, всё гораздо проще: вырывали титульный лист и отчитывались им. Сколько титулов — столько уничтожено книжек.
Из воспоминаний Ф. Кривина
Вот думаю, уничтожение книжек Кривина к какой категории отнести. Для кого это было счастьем? Совершенно точно – не для моего отца и его друзей. Это, скорее, можно назвать украденным у них счастьем. И возвращённым или запоздалым счастьем для нас.
Читайте и будьте счастливы.
Феликс Кривин. Притчи о жизни https://lib.ru/PROZA/KRIWIN/kriv15.txt