Недавно в моем профессиональном сообществе состоялась дискуссия о счастье и легкости. Я ее инициировала, чтобы отточить свою точку зрения на эти два феномена, которые как кажется идут рука об руку. Коллеги поддержали, за что я из глубочайше благодарю. И вот мои мысли по результатам:
Очень многие счастье и лёгкость связывают. И на то есть причины. По сути счастливые люди с кажущейся легкостью совершают действительно тяжёлые вещи. У них есть опора. На себя, на близких. Мы даже привыкли трудности связывать понятием несчастья. Почва выбивается из-под ног, опора теряется.
И вообще в нашей культуре счастье продаётся. Счастливая семья в рекламе использует посудомойку и робот-пылесос, жить становится легче и как будто веселее. Но лёгкость не всегда связана со счастьем. Все-таки не в ней дело. Это отдельная штука.
Лёгкость схожа с отсутствием препятствий. Но вот первая ловушка. Дофамин, гормон радости, выделяется на преодоление препятствий или удовлетворение потребности. То есть лёгкостью может быть избегание трудностей.
Эрик Берн говорил, что игры и сценарии, в которых застревают люди, нужны нам для избегания (избегают люди близости, но не только ее). Что может быть проще, чем ехать по накатанной дорожке, как делали все до тебя, как научили, закрыв глаза на то, что это перестало работать? В такого рода лёгкости опора внешняя на привычные действия.
Виктор Франкл говорил о счастье, как о результате осмысленной жизни. А смысл обретается только в контакте, то есть тут избегания как такового быть не может. Это контакт с самим собой, с реальностью, в которой ты живешь, в отражении ее другими. Так смысл невозможен для себя одного. Жизнь только для себя пройдет бесследно, осмыслить ее как значимое событие не получится, что жил, что нет. Необходимо не признание, а соотнесение хотя бы с ценностями, то есть диалог с культурой, в чьем бы лице она не представала.
В психологии деятельности показано, что смысл сам по себе помогает достигать лучших результатов. Даже в экспериментах с простой деятельностью это видно. Смотреть в одну точку и смотреть "за тем, чтобы" - разные вещи. Первое невыносимо. При усложнении деятельности тем более. Добавляя смысл, получаем облегчение рутины.
То есть счастье в контакте, в смысле. А лёгкость - побочный продукт, хотя она достижима просто устранением препятствий, но счастья сама по себе не даёт.
Почему же так сложно бывает чувствовать себя счастливым, когда тяжело? Здесь дело в том, что в сложных чувствах трудно выделить нюансы. Одна эмоция затмевает остальное, но это не значит, что остального нет. Способность испытывать противоречивые чувства развивается, так можно любить и злиться, грустить и быть счастливым, устать и радоваться.
Неспособность принимать тяжелые эмоции уходит с развитием эмоционального интеллекта. Нам нужен весь их спектр, а не только та часть, что бодрит и приносит удовольствие. Страх указывает на опасность, гнев дает энергию для борьбы, печаль ведет к принятию новой ситуации, вина направлена в будущее, так как помогает избежать дурного поведения.
Должно ли счастье быть трудным? Трудно делать изо дня в день тяжелые действия и не видеть перспективы. А если отнестись к трудностям как задаче, которая требует нового осмысления, найдется выход. В метафоре с ведром, можно сообща построить водопровод и не придется каждый день носить воду от реки. Но это уже рассуждение о переживании кризисов, о которых завтра расскажу в гостях у Юлии, а потом может быть и напишу.
Эфир завтра в полдень по московскому времени: https://web.telegram.org/k/#@proula2