Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Когда инструменты говорят…

Автор: Марина Бартенева. Виталий Николаевич Герасимов – не просто настройщик, но и проводник в прошлое инструментов с исключительной судьбой. В частности, через его опытные руки прошел рояль, ныне расположенный в зале Лукиана Попова Оренбургского музея изобразительных искусств. Достоверно известно, что до 1939 года инструмент фирмы Rudolf Ibach Sohn принадлежал Константину Соломоновичу Сараджеву, профессору московской консерватории, некоторое время проживавшего в Оренбурге. Несколько лет он брал серебряные медали на профессиональных конкурсах – как скрипач и как дирижер. Его сын, Константин Константинович, был признан лучшим звонарём России. Обертоны рояля его не удовлетворяли: только на колокольне он получал в своё распоряжение всю необходимую палитру звуков. К слову, Константин Константинович был в Москве самым авторитетным настройщиком. В 1939 году семья с армянскими корнями отправилась по приглашению в Ереван. Некоторое время рояль оставался в семье у родственников, а потом попал в

Автор: Марина Бартенева.

Виталий Николаевич Герасимов – не просто настройщик, но и проводник в прошлое инструментов с исключительной судьбой. В частности, через его опытные руки прошел рояль, ныне расположенный в зале Лукиана Попова Оренбургского музея изобразительных искусств.

 Рояль Rudolf Ibach Sohn. XIX в.
Рояль Rudolf Ibach Sohn. XIX в.

Достоверно известно, что до 1939 года инструмент фирмы Rudolf Ibach Sohn принадлежал Константину Соломоновичу Сараджеву, профессору московской консерватории, некоторое время проживавшего в Оренбурге. Несколько лет он брал серебряные медали на профессиональных конкурсах – как скрипач и как дирижер. Его сын, Константин Константинович, был признан лучшим звонарём России. Обертоны рояля его не удовлетворяли: только на колокольне он получал в своё распоряжение всю необходимую палитру звуков. К слову, Константин Константинович был в Москве самым авторитетным настройщиком. В 1939 году семья с армянскими корнями отправилась по приглашению в Ереван. Некоторое время рояль оставался в семье у родственников, а потом попал в музей.

Рояль Rudolf Ibach Sohn. XIX в.
Рояль Rudolf Ibach Sohn. XIX в.

Для его реставрации прямо из Германии был заказан расходный материал. «Один в один, буквально замеренный микрометрами. Это гарантирует не только продолжительность жизни инструмента, но и подлинность звучания», - рассказывает мастер.

Рояль Rudolf Ibach Sohn. XIX в.
Рояль Rudolf Ibach Sohn. XIX в.

Судьба фортепиано знаменитой берлинской фирмы Linke, разместившегося на 1 этаже культурного центра «Эрмитаж-Евразия», более загадочна. Очевидно, что оно относится к категории экстра-класса. «Инструмент, конечно, дорогой. Явно приобретали его себе люди небедные. Хотя подобных, нужно признать, в тот период существовало немало. Последняя медаль 1898 года. Соответственно, можно сделать вывод, что в течение года-двух после этого он был сделан», - рассуждает Виталий Николаевич.

В профессиональной среде известно, что корпус пианино несет функцию тела, а струны и молоточки, по сути, являются его одеждой. Это расходный материал, менять который и необходимо, и неизбежно. При условии хорошего ухода инструмент может прожить 200-250 лет. И не просто существовать, но и функционировать. Хотя деформация акустической системы глушит голос уже на излёте первого столетия. Неоспоримая ценность инструмента, помимо звучания – эстетика. Подобная резьба красного дерева в настоящее время не воспроизводима.

Вредные советы от опытного настройщика: как гарантированно загубить хороший инструмент?

- Поставьте его поближе к батарее. За пару лет дерево точно рассохнется.

- Поместите на деку цветок, и не забывайте его хорошенько поливать. Одно-два протекания, и пианино можно нести на свалку.

- Держите его на сквозняке. А еще лучше – под струёй кондиционера.

В культурном центре «Эрмитаж-Евразия» гости смогут услышать звучание старинного инструмента. К его клавишам будут допущены профессионалы с музыкальным образованием.