Гордость под флагом "Беззаветного": как советские моряки отвадили американских провокаторов
Американцы — мастера эпатажа. Провокация для них — словно часть национального характера. Особого очарования этому придает их неумение в нужный момент признать, что игра зашла слишком далеко. И вот, в 1988 году, в разгар перестроечной эйфории, советские моряки показали, что терпение не бесконечно, даже если его оболочка — крепкий корпус сторожевого корабля.
Радиомолчание в тумане
Перестройка, развернувшаяся в 1986 году, стала для страны не просто страницей истории, а настоящим кувырком в неизвестность. Казалось, что Михаил Горбачёв, Генеральный секретарь ЦК КПСС, решил сжечь за собой мосты: ракеты превращались в груду железа, танки становились памятниками безвременью, а флотоводцы — зрителями в театре абсурда. СССР шёл на уступки Западу с таким энтузиазмом, будто хотел доказать, что мечты утопистов — вовсе не сказка, а суровая реальность.
Однако в самой Америке никто не спешил отпускать руку с рукоятки штурвала. Корабли ВМС США, словно акулы, чуяли кровь и появлялись у советских границ с вызывающей регулярностью. Они курсировали, как гости, уверенные, что хозяева слишком заняты перестановкой мебели, чтобы заметить непрошеных визитёров. Иногда эти набеги были простой демонстрацией силы, но случались и такие, которые напоминали дерзкий стук в дверь с ноги. Советские сторожевики, как несгибаемые стражи, стояли преградой на пути провокаторов, раз за разом вынуждая их развернуться. Но в феврале 1988 года произошёл эпизод, который навсегда остался в морских летописях.
Под покровом тумана, в полной радиотишине, через Босфор и Дарданеллы прошли два американских корабля: крейсер «Йорктаун» и эсминец «Кэрон». Их появление стало известно лишь благодаря зорким наблюдателям с советского парома «Герои Шипки». Американцы, поняв, что скрыться не удастся, не стали менять планы. Их курс был прямолинеен, как их намерения. Под флагом наглости и уверенности они вторглись в территориальные воды Советского Союза, рассчитывая, что их дерзость останется безнаказанной.
Неравные силы
Против этих гостей, вооружённых до зубов, выступили два советских сторожевика: «СКР-6» и «Беззаветный». На первый взгляд, силы были словно взвешены на кривых весах. Массивный «Йорктаун» был гигантом в сравнении с «Беззаветным»: водоизмещение втрое больше, экипаж вдвое больше, вооружение — как оружейный склад в разгар войны. Но что не измерить ни в килограммах, ни в ракетах, так это боевой дух. А его у советских моряков было с избытком.
Радиограмма с предупреждением, отправленная с советских кораблей, упала в пустоту. Американцы шли вперёд, уверенные, что их мощь — это щит, который никто не пробьёт. Но если меч дипломатии оказался тупым, в ход идёт кувалда решимости. Капитан второго ранга Владимир Богдашин, командир «Беззаветного», принял решение, которое впоследствии описывали с восторгом и ужасом: идти на таран. Это был не просто приказ, а поступок, которым пишут страницы истории.
Навал, ещё навал
Слова "идти на таран" в военном мореплавании — как набат. Для тех, кто их слышал, это означало смертельный риск. Команда "Беззаветного" восприняла приказ с непоколебимым достоинством. Советские моряки, словно наследники героев русско-японской войны, сняли спасательные жилеты, будто снимая доспехи перед последним боем.
Первый удар "Беззаветного" был решительным, но точным. Сторожевик снёс трап "Йорктауна". Американские моряки, которые до этого позволяли себе насмешки, жесты и фотографировали советский корабль, моментально испарились с палубы. Второй удар советского сторожевика оказался более мощным: "Беззаветный" буквально врезался в корпус крейсера, уничтожив вертолётную площадку и повредив противокорабельные комплексы.
"Йорктаун" загорелся. В воздухе запахло паникой. Старшина команды зенитно-ракетного комплекса "Беззаветного" даже попытался захватить с американского борта ракету "Гарпун", накинув петлю на её пусковую установку. Не удалось, но символ был очевиден: противник получил сильнейший урок.
В это время второй советский сторожевик, "СКР-6", пошёл на таран эсминца "Кэрон". Несмотря на четырёхкратное превосходство в водоизмещении, эсминец ощутимо получил по борту. Однако и он, не выдержав напора, предпочёл ретироваться.
Урок на годы
Итогом стал полный разворот американских кораблей. Они покинули советские воды и надолго забыли дорогу в Черное море. Командование ВМФ поддержало действия экипажа "Беззаветного". Капитану Богдашину вручили орден Красной Звезды. Но эта история осталась в памяти не из-за наград. Она стала символом того, что даже в самые туманные времена честь и решительность могут дать отпор любому нарушителю.
Сегодня "Беззаветного" уже нет. Как и "СКР-6", его пустили "на иголки". Но память о тех днях живёт. Потому что гордость не списать в металлолом.