За окном сыпал мелкий дождь – типичная московская осень. Я сидела в нотариальной конторе и крутила в руках бабушкино кольцо – единственное, что у меня осталось от неё. Ну, пока единственное.
– Итак, соберитесь, Анна Сергеевна, – нотариус поправила очки. – Повторяю ещё раз: ваша бабушка, Вера Николаевна Соколова, оставила дом в равных долях вам и вашей тёте.
Я кивнула. Большой деревянный дом в Подмосковье, построенный ещё дедом. Место, где прошло моё детство, где каждая половица хранила воспоминания о летних каникулах. И теперь он наш с тётей Ларисой.
– А можно его... продать? – мой голос предательски дрогнул.
– Только при согласии обеих сторон, – нотариус захлопнула папку. – Или через суд, если договориться не получится.
Договориться... Я усмехнулась. С тётей Ларисой? Которая не разговаривает со мной уже пятнадцать лет?
Вечером я всё-таки набрала её номер. Гудки били по нервам, как молотком.
– Да? – её голос совсем не изменился. Всё такой же холодный, с нотками превосходства.
– Тётя Лариса, это Аня. Нам нужно поговорить о доме.
Пауза. Я слышала, как она закуривает – эта привычка тоже не изменилась.
– О чём тут говорить? – выдохнула она дым (я точно это слышала). – Дом мой. Я там выросла. А ты... ты там только на каникулах бывала.
– Но бабушка...
– Бабушка была старая и не соображала, что делает! – её голос взвился как пружина. – Послушай, Анечка, – она перешла на вкрадчивый тон. – Давай по-хорошему? Я выплачу тебе твою долю. Ну зачем тебе этот старый дом? У тебя своя жизнь, квартира в Москве...
Я прикрыла глаза. В памяти всплыл тот день, пятнадцать лет назад. Мне было шестнадцать, я приехала на выходные. Бабушка пекла пироги, а тётя Лариса кричала на неё:
– Почему ты ей всё прощаешь?! Почему она может делать что хочет?! А я всю жизнь должна быть "хорошей дочерью"?!
Тогда я не поняла. А сейчас... Сейчас до меня дошло – она всегда завидовала. Завидовала тому, как бабушка любила меня – просто так, без условий.
– Нет, – твёрдо сказала я в трубку.
– Что?!
– Я сказала – нет. Это и мой дом тоже. И я не собираюсь его продавать.
Тишина. Потом – щелчок зажигалки.
– Ну смотри, девочка. Ты сама выбрала.
Следующие полгода превратились в кошмар. Тётя Лариса подала в суд, требуя принудительного выкупа моей доли. Я нашла юриста. Потом – второго, когда первый внезапно отказался от дела. Потом – третьего...
Каждый день приносил новые "сюрпризы". То выяснялось, что у дома якобы проблемы с документами. То соседи вдруг "вспоминали", что бабушка в последний год была не в себе. То появлялись какие-то старые долги...
Но я держалась. Потому что каждый раз, закрывая глаза, видела тот самый дом. Беседку, увитую диким виноградом. Старую яблоню, на которой дед когда-то повесил качели. Скрипучий пол на веранде, где мы с бабушкой пили чай по вечерам...
Развязка наступила неожиданно. В один из дней я приехала к дому – проверить, всё ли в порядке. И застала тётю Ларису с каким-то мужчиной. Они что-то мерили, обсуждали...
– А, явилась! – тётя даже не пыталась скрыть раздражение. – Знакомься – это Михаил Петрович. Покупатель.
– Но дом не продаётся, – я почувствовала, как внутри всё леденеет.
– Пока не продаётся, – усмехнулась она. – Но скоро будет. Я ведь всё равно своего добьюсь. А ты... ты просто упрямишься, как твоя мать!
Что-то щёлкнуло у меня в голове.
– Знаете, тётя Лариса... – я медленно достала телефон. – Я всё поняла. Вы не дом хотите сохранить. Вы хотите наказать меня. За то, что бабушка меня любила. За то, что мама уехала и стала счастливой. За всё, чего у вас никогда не было.
Она побледнела:
– Да как ты...
– А теперь слушайте внимательно, – я включила диктофон. – Либо мы делим дом пополам – реально делим, с отдельными входами и заборами, либо я подаю встречный иск. У меня есть записи всех ваших угроз, есть свидетели того, как вы пытались подкупить моего юриста. Выбирайте.
...Сейчас на месте старого дома стоят два дома поменьше. Забор между ними – высокий, глухой. Мы с тётей не разговариваем. Но, знаете, что? Иногда тишина – это лучше, чем война. А некоторые вещи просто нельзя поделить – например, память. Или любовь.
Недавно я нашла старый бабушкин дневник. Там была запись: "Поделила дом между Ларисой и Аней. Знаю, что они поссорятся – но только так они наконец-то смогут расставить все точки. Прости меня, Господи, но иногда нужно потерять что-то материальное, чтобы обрести что-то большее..."
Мудрая была женщина моя бабушка. Очень мудрая.
Читайте еще:
Дорогие читатели! Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые истории.
Если вы сталкивались с подобными ситуациями - пишите в комментариях.