- Разбор казахстанского фильма режиссера Аскара Узабаева. Мировая премьера состоялась 15 февраля 2022 года на 72-м Берлинском международном кинофестивале в разделе „Панорама“.
С точки зрения концепта гегемонной маскулинности поведение мужа, на первый взгляд, достаточно просто объяснить на примере полного превосходства и доминирования над женой. Подчинение, постоянное терпение применения физической силы, отсутствие возможности побыть одной даже в ванной, насильственное получение близости - этими проявлениями муж главной героини демонстрирует свою гегемонию. Тем самым переходя в токсичную маскулинность - ряд признаков «мужественности» уже вредят семье (а точнее жене), но и как окажется в конце фильма многим женщинам Казахстана.
Проявляя нездоровую форму мужественности, благодаря установленным в обществе стереотипам и принципам о «настоящем мужике», что бить женщину можно (главное не убить, каждая может выдержать «свою дозу» - главной героине достаточно и двух пощечин, по словам сестры мужа) - это проявление токсичной маскулинности, которая негативно отражается на их жизни, их окружения и общества.
Но вернемся к изначальной мысли, такой ли уж гегемон муж главной героини? Отнюдь, он проявляет свою гегемонию лишь в одном направлении: физическом и сексуальном превосходстве над собственной женой и положении ее по закону в качестве женщины ЗА мужем, которая не защищена законами. Следовательно, данный муж спокойно разворачивается к объекту за своей спиной и начинает избивать при первом ее желании уйти или сказать что-то наперекор. А вот иные доказательства гегемонности он не приобрел: положение в обществе, высокая должность и заработная плата, статусные проявления, он обладал лишь «скромной вотчиной» в виде квартиры. Будучи унижаемым своей сестрой, которая имеет ряд атрибутов «маскулинности» и проявляет антиженское поведение (властная, имеет высокую должность в милиции, зарабатывает много), вынужден лебезить перед начальником, не в состоянии помочь любимой дочери он проявляет сообщническое отношение (компромиссную маскулинность согласно Р. Коннеллу) к гегемоным мужчинам, приобщаясь к их плодам и утверждаясь в своем превосходстве за счет жены. Каким еще способом подтвердить свой статус? Остался только страх.
Жена устав от подчинения мужу, от проявлений токсичной мужественности приходит в состоянии злости на всех – срывается на клиентов и демонстрируя норму антиженственности (которую по факту исполняет по статусу, руководя подчиненным, собирая группы), проявляет физическое насилие по отношению к своему подчиненному, и вероятно доминирующая поза также была выбрана не случайно.
Дочь полностью поддерживает преобладание отца, невзирая на более успешную мать, причем ненасильственным путем – в отличие от матери. Поэтому отец и так тепло относится к дочери, как к той, кто не подрывает его права. Муж дочери также впитал эти культурные нормы, о которых речь пойдет позже и с точностью повторяет модель поведения отца своей жены, компенсируя далекость от статуса гегемона через физическую силу (проявляет к жене насилие – побил беременную, а также ведер себя агрессивно и в последствии, даже когда заставляет ее просить деньги у родителей). Стоило ли искать похожего на отца или других просто нет? А почему? Так выстроена культура, нормы, культивирующиеся стереотипы, если даже мать говорит: ты заслужила, чтобы тебя били, мне плевать, если забьет до смерти!
