Феофил Димитраш командовал зенитной батареей, Алексей Казаченко сражался в партизанском отряде. Как и миллионы воинов, фронтовики готовы были биться до последнего... Истории последних ветеранов собирает гомельский журналист Дима ЧЕРНЯВСКИЙ.
ЛИЦА ПОБЕДИТЕЛЕЙ
Авторский проект Дмитрия ЧЕРНЯВСКОГО, Гомель
Серия 32. Они сражались за Родину
Всё меньше и меньше остаётся тех, кто принёс нашему народу Победу. Огонь Великой Отечественной войны переплавил судьбы сотен тысяч людей в одну общую, наполненную трагизмом, титанической борьбой с врагом и поистине героическими подвигами. Феофил Димитраш командовал зенитной батареей, Алексей Казаченко сражался в партизанском отряде. Как и миллионы воинов, фронтовики готовы были биться до последнего. И они сделали это. Они победили…
– Дайте мне мою дорогую винтовочку, я её покрепче обниму, – Алексей Казаченко прижимает к груди трёхлинейку. – Стволик-то заваренный у тебя, бедная. Выручала она, выруча-а-а-ала. Под Рогачёвом в начале войны погибло много наших солдат. Я одного бойца похоронил, а с его винтовочкой отправился в партизанский отряд.
В это время Феофил Димитраш ищет глазами своё орудие:
– Что-то не нахожу 88-миллиметровую зенитку.
– Вот 57-миллиметровая пушка, – помогает Алексей Казаченко, – а это 76-миллиметровая.
– Немецкая! – вставляет Феофил Димитраш.
– Фрицевская?! – хмурит брови бывший партизан.
– Ах ты ж!.. – Алексей Иванович бьёт по вражескому орудию палочкой и наконец, обнаружив глазами зенитку, над которой нависают листья каштана, шутливо говорит Феофилу Ивановичу: – Занимай, дед, место. Сейчас постреляем.
В Гомельский областной музей военной славы мы отправляемся на машине сразу с двумя ветеранами.
– Великая Отечественная война застала меня в Чкаловском училище зенитной артиллерии, – начинает вспоминать 97-летний Феофил Димитраш. – Свой первый бой принял в Бологом (между Ленинградом и Москвой) в составе 256-го зенитно-артиллерийского дивизиона. Здешний железнодорожный узел имел большое стратегическое значение. Это был единственный выход через Рыбинск на Мурманск. А оттуда к нам шла помощь по ленд-лизу. Немецкие лётчики «утюжили» так, что все, кто мог, – прятались, а мы оставались на месте. Иначе измена, трусость.
– Рядом снаряды рвались? – пытаюсь выяснить подробности.
– Бы-ы-ыло, ого! – протягивает Феофил Иванович. – Когда бомбили в феврале Бологое, мне перебило ногу. Да не осколком, а куском мёрзлой земли. В медсанбат не ложился, потому что мог потерять свою воинскую часть и попасть в пехоту. А там верная смерть.
– А у вас были ранения? – обращаюсь к 92-летнему бывшему партизану Алексею Казаченко.
– Когда наш отряд, сражавшийся в Могилёвской области, окружили каратели, я поднял ветку, чтобы осмотреться. И вдруг – очередь из крупнокалиберного пулемёта. Разрывными пулями осыпало левую руку. «Будет мёртвая», – подумал я тогда. Слава богу, выходили, рука осталась целая.
– Тяжело приходилось?
– Все трудности пережили. От и до! Я в партизанах зимой год проспал на еловых ветках без всякой крыши. За трое суток от Могилёва по снегу в Крупский район под Минск выходили. 30 километров за сутки преодолевали. Вот такая жизнь у нас была. Но самое страшное – это попасть к немцам в лапы. Убьют и на виселицу, – голубые глаза ветерана мутнеют. – Фашисты устраивали страшную показуху для народа. Дескать, и ты завтра будешь болтаться на виселице. Но ничто нас не сломило. Один погибал, а на его место десять вставали. Белорусский народ непокорный! Непокорный!
– Не страшно было?
– Жили сегодняшним днём. О гибели не думали, но и хорошего не ждали. Думали, что будет у нас ещё труднейшая судьба.
– Именно так, – соглашается Феофил Иванович. – Сегодня проживёшь, что завтра будет – наплевать. Выработалось безразличие к опасности. Потому что столько на глазах погибло товарищей.
За разговором подъезжаем к музею. Алексей Казаченко, перед тем как запечатлеться на фото, поправляет награды.
– Тяжёлые, отвисают, чёрт их подери. Полпуда целого нацеплял дед.
– Не тяжела винтовка? – интересуюсь.
– Ничего, ничего. Я выдержу. В жизни больше трудов, чем счастья было. Привык справляться, – и, перейдя к воспоминаниям, Алексей Иванович продолжает, – Немцы после карательных операций объявили, что партизаны ликвидированы, а мы через неделю на свою базу вернулись, оружие и взрывчатку выкопали и продолжили дальше железную дорогу ломать. Особенно в период Сталинградской и Курской битв. При моём участии около 10 эшелонов пошло под откос. Так старались, что на железнодорожной ветке Барановичи-Осиповичи-Орша – московском направлении – к концу войны не только рельсов не осталось, но и шпал. Всё смели наши партизаны! Немцы, не желая того, сами нам в этом помогли, в десять раз ухудшив для себя ситуацию. Они срубили лес, вплотную подступавший к железной дороге. Хотели сделать так, чтобы все подходы к «железке» просматривались. А ветки не убрали, на которые зимой лёг снег. Партизаны рыли под снегом проходы, подползая к путям там, где их никто не ждал. Взрывчатку закладывали – и опять в нору.
Слушая Алексея Казаченко, Феофил Димитраш добавляет:
– Партизаны много пережили, но и красноармейцам часто приходилось несладко. Под Демянском в Новгородской области попали в окружение. Страшнее всего оказался голод. Спасались клюквой. Когда совсем дошли до точки, варили и ели кожаные армейские ремни. Каким-то чудом вышли к своим. А в 43-м году всех мужиков с моего орудийного расчёта забрали в пехоту. А нам дали девчонок. Вот тяжело им было, но потом научили, наводили орудия, стреляли. Справлялись не хуже мужчин. Те, кто покрепче был, – подносили 9-килограммовые снаряды, которые, разрываясь в воздухе, задевали осколками самолёты врага в радиусе десяти метров.
Феофил Иванович сражался на Северо-Западном, Западном фронтах, а также на 1-м и 2-м Прибалтийских.
– Был такой удивительный случай, – вспоминает Феофил Димитраш. – Рядом с нашей батареей немцы ночью сбросили на парашютах осветительные бомбы. Пока мы пытались их уничтожить, налетели самолёты и давай нас «утюжить». Нашим расчётам повезло, а близстоящим домам нет. В одной из хат на печке спал подросток. Так вот, бомба прошла крышу этого дома, пол и вошла в болотистую почву. От взрыва на месте строения остался котлован. Мальчишку же взрывной волной отнесло на 15 метров. Жив остался. Потом все говорили, что его русская печь спасла. И знаешь что? К концу войны подошёл призывной возраст парнишки, и он ещё успел отлично повоевать с фрицами. Вот как бойца русская печь спасла. Это верно, что наш народ никогда не сдавался, начиная от монголо-татарских времён. Недаром при Петре I появилась пословица: «Пострадал, как швед под Полтавой». Так что били мы врага всегда.
– Дед правильно говорит, – соглашается Алексей Казаченко. – Наш человек никому не сдавался. Самые последние трудности переживал и выходил победителем.
– Бывало, тянешь по фронтовой дороге зенитку, – продолжает Феофил Димитраш, – так она не то что в грязи выше колена застревала, но и в воронки от бомб и снарядов проваливалась. Доставали, напрягая все жилы. Война, что ты сделаешь? Там обижаться не на кого. Сам залез, сам вытаскивай, – на секунду Феофил Иванович замолкает, а потом, хитро прищурившись, говорит, – Вы интересуетесь подробностями. А разрешите спросить? Может, вы по заданию контрразведки работаете? Прощупываете, нет ли среди ветеранов контры?
Чувство юмора не изменяет фронтовику и на пороге векового юбилея. До сих пор подполковник в отставке Феофил Димитраш делает утреннюю зарядку, ходит без палочки и даже старается уделить внимание трём правнучкам. Не отстаёт от него и майор в отставке Алексей Казаченко, который ещё в послевоенные годы выступал на всесоюзном физкультурном параде перед Иосифом Сталиным и, повинуясь армейской привычке, приобретённой за 27 лет службы в артиллерии, продолжает заниматься спортом. В этом его поддерживают и правнуки.
– Раньше «солнышко» на турнике делал, а сейчас и раз подтянуться вряд ли смогу, – огорчается Алексей Иванович, но его лицо сразу же озаряет улыбка, едва мы начинаем вспоминать самый счастливый день в его жизни.
– 9 мая 1945 года салютовал из гаубицы в небо над Минском, – голубые глаза Алексея Казаченко проясняются.
– А я палил в небо Восточной Пруссии, – улыбается Феофил Димитраш. – 12 залпов выпустил в небо и ничего – списали снаряды, даже выговора не сделали. Я бы и сейчас из зенитки ударил в небо. Всё-таки такая дата приближается.
От редактора канала «Белорус и Я» Честно говоря, когда мы с Димой только начали транслировать его проект «Лица Победителей» в Дзен, и представить не могли, что найдутся «любители арифметики», которые начнут скрупулёзно высчитывать, сколько сейчас должно быть лет ветеранам – героям интервью, сколько им было, когда началась война и даже сколько, когда она закончилась. А потом радостно визжать в комментариях, что «автор облажался!»
Специально для таких «проДвинутых». Собирать интервью с ветеранами журналист газеты «Гомельские Ведомости» Дмитрий Чернявский начал ещё в 2014 году. То есть, в этом году проекту исполняется 10 лет, но он продолжается. За эти 10 лет Дима собрал уже больше 130 интервью. Проект, кроме собственно публикаций в газете, вылился в несколько фотовыставок, одна из которых прошла в стенах Государственной Думы РФ. В прошлом году по его материалам был издан альбом «Устами фронтовиков», обложкой которого мы начинаем все материалы Дзен-воплощения проекта. В мае проект "Устами фронтовиков" получил премию "Золотая литера" как лучший исторический проект в Республике Беларусь.
Тем же, кто пытается нас учить, что «негоже ставить интервью 2014 года», отвечу: такие интервью я ставил и ставить буду. Считаю, что их надо ставить и в 2024-м, и в 2034-м, и в 3334-м. Это живая память о величайшей трагедии, только сохранив её мы можем остаться людьми.
И математика (которую, как бывший студент мехмата МГУ, нежно люблю) здесь не причём.
Другие материалы проекта здесь:
Дмитрий ЧЕРНЯВСКИЙ, Гомель
Фото: Игорь БРЕЛЬ, waralbum.ru
© "Белорус и Я", 2024