Джон Леннон однажды пошутил: «Каждый раз, когда я включаю радио, я слышу "My Sweet Lord". Я начинаю думать, что Бог существует!» Так он отреагировал на успех своего бывшего коллеги по «Битлз» Джорджа Харрисона, который первым из участников легендарного квартета записал хит Номер 1.
- Доступна премиум-подписка! За символическую плату 199 рублей вы можете поддержать канал и получить доступ к эксклюзивному контенту.
Cольный сингл Джорджа Харрисона, занявший первые места хит-парадов, стоит особняком в истории рока. «My Sweet Lord» представляет собой полноценное обращение к Создателю. В тексте 40 раз упоминается слово «Господь», 16 раз — «Аллилуйя» и девять раз — «Харе Кришна».
Джордж начал писать песню, когда в конце 1969 года был в Швеции с дуэтом Delaney & Bonnie. Источником вдохновения послужила «Oh Happy Day» — старая госпел-мелодия, ставшая хитом в исполнении Edwin Hawkins Singers.
Харрисона не смутило, что выпуск сингла, посвящённого духовной теме, сулил коммерческий риск: «Я подставлял шею на плаху. Я много думал, стоит ли вообще это делать. Мне пришлось публично взять на себя обязательства, и я ожидал, что многие могут отнестись к этому странно».
Но Джорджем двигала цель, гораздо более возвышенная, чем просто попадание в чарты. Воспитанный католиком, он заинтересовался индуизмом в середине 1960-х. Он убедил битлов посетить ретрит гуру Махариши Махеш Йоги в индийском Ришикеше. Изучая принципы трансцендентальной медитации, из всей четвёрки Харрисон был самым убеждённым адептом учения.
По мнению Харрисона, «My Sweet Lord» представляла собой и призыв к вере, и способ преодоления барьеров между религиями ради единения с универсальным высшим существом.
Первым будущий хит исполнил клавишник и соавтор «Битлз» Билли Престон, который записал «My Sweet Lord» для своего альбома «Encouraging Words» (1970). Выпущенная на сингле, песня стала небольшим хитом в некоторых частях Европы.
Но эту версию быстро затмил авторский вариант, выпущенный в ноябре 1970 года. Для его записи продюсер Фил Спектор собрал в студии Trident звёздный состав, в который вошли Эрик Клэптон, Питер Фрэмптон, Ринго Старр и все четверо участников группы Badfinger.
Звук захватывающего вступления, выстроенного из множества наложенных друг на друга акустических гитар, Джордж назвал «одной огромной гитарой». По словам автора, песня создаёт «мистическую звуковую вибрацию».
Эта «вибрация» возглавила хит-парады в 18 странах, включая США и Великобританию. Она также выиграла «Грэмми» и премию Айвора Новелло, а также помогла альбому «All Things Must Pass» выйти на первые места.
Но посреди всей шумихи издательская фирма Bright Tunes Publishing вдруг обнаружила сходство рок-мантры Харрисона с «He's So Fine» — хитом группы The Chiffons 1963 года, написанным их покойным менеджером Ронни Маком. В ответ на иск о плагиате менеджер Аллен Кляйн, чьё участие в управлении делами «Битлз» способствовало распаду группы, предложил Харрисону купить Bright Tunes. Компания отказалась от подобной сделки, потребовав вместо этого долю дохода от «My Sweet Lord».
Прошло пять лет, прежде чем дело было рассмотрено в суде. Харрисон взял гитару на заседание и продемонстрировал, как он написал песню. Но это не помогло. В 1976 году его признали виновным в «подсознательном плагиате». Вердикт обошёлся Харрисону в 1,6 миллиона долларов и создал прецедент для подобных исков в последующие десятилетия.
Проявив замечательную изобретательность, в 1975 году The Chiffons сами выпустили версию «My Sweet Lord», надеясь извлечь выгоду из интереса к судебному делу. Несмотря на явную попытку воспользоваться ситуацией (и на цитаты из «He's So Fine»), она источает очарование и тепло.
После того, как Харрисон, Леннон и Старр разорвали связи с Алленом Кляйном в 1973 году, он всё-таки купил Bright Songs и завладел правами на «He's So Fine». Окончательное урегулирование в 1998 году предоставило права на обе песни Харрисону в Великобритании и Северной Америке — и Кляйну на всех остальных территориях.
Из-за дела о плагиате уверенность Джорджа Харрисона в своих силах пошатнулась: «Трудно просто начать снова писать после того, как ты прошёл через это. Когда я включаю радио, каждая мелодия, которую я слышу, похожа на что-то другое».
Несмотря на историю с судом, именно «My Sweet Lord», а не «He's So Fine», выдержала испытание временем. На самом деле Джордж просто позаимствовал несколько кирпичиков из легковесной поп-песни, чтобы построить свой Тадж-Махал: «Я не чувствую себя виноватым. Я знаю мотив, стоящий за написанием этой песни. Её эффект намного превзошел юридические хлопоты».
В 2021 году, в год 50-летия «My Sweet Lord», был выпущен новый клип, в котором снялись Ринго Старр, Джефф Линн, Марк Хэмилл и Джо Уолш. Режиссер Лэнс Бэнгс объяснил свой замысел: «Подход заключался в том, чтобы представить песню визуально, пока агенты и инспекторы не замечают метафизического чуда вокруг них».
При чём же здесь «Пластилиновая ворона»? В песенке из знаменитого мультфильма Александра Татарского на стихотворение Эдуарда Успенского «А может, а может…» звучат знакомые аккорды из «My Sweet Lord». Композитор Григорий Гладков шутки ради процитировал Джорджа Харрисона. Фрагмент можно услышать с 5 минуты 15 секунды, в эпизоде про бегущую лису, злого (а может, и незлого страуса) и дворника, который отправился к ближайшему орешнику за новою метлой.
Надеюсь, вам понравилось! Буду рад, если вы поддержите материал лайком, комментарием и подпиской!