Начало.
-Не хочу тут больше сидеть, -с дрожью в голосе сказала Алёна мужу,-не могу. Давай уйдём.
-Спать или насовсем уйдём?-не понял Василий.
-Насовсем?-теперь не поняла Алёна, -Как насовсем?
-К твоим родителям уйдём. Как мы тут жить будем вот с этой,-махнул головой в сторону комнаты , которая в недавнем времени была их с Алёной Василий.
-Ты что, Вась, в своём уме? К моим родителям?
-Ну да. А что?
-Ну нет. Там из удобств туалет в огороде и летний душ. К тому же, вечно полон дом детей Славки и Наташки. Братец с сестрой постоянно детей родителям сливают, там же проходной двор. Да и кормить они нас не станут, они не твой отец, пенсионеры, ждут, чтобы им помогли. Ты первый оттуда сбежишь. Или ты специально хочешь меня выпроводить вот таким вот способом...
-Ну завелась. Хватит. Пойду с Юркой перекурю, да спать пойдём.
-Ну и попал ты, Васька, как кур в ощип,-издевался Юрка.
-Да хоть ты- то заткнись, а? Весь праздник испортили, ещё и ты нудишь.
-Не завидую я тебе,-засмеялся Юрка,- с одной бабой спать будешь, а на другую облизываться, ох, не завидую.
-А тебе то до этого какое дело, сердобольный ты наш? Лезешь, "в каждой бочке затычка", твоё дело сторона. Не доводи сосед, без тебя тошно.
-Говоришь, не моё дело? Да как сказать, как сказать.
-Да хоть как говори, не твоё.
-А вот возьму и женюсь на Светлане, твой сын будет меня отцом называть. Как думаешь моё? Не моё?
-С чего это ты на ней женишься? На бабе с дитём женишься? Мало тебе девок?
-А ты про любовь слышал? Или только в кино видел?
-Ой, хорош тебе Юрка потешаться. Любовь, не любовь, какой то бред бабий.
-Может для кого и бред, а я вот увидел Светлану и понял, моя женщина. Как думаешь, любовь это?
-С чего это она твоя?-разозлился Василий.
-А чья? Твоя что ль? Ты что, падишах у нас? Двоеженец? Да нет, номер не пройдёт. Твои шансы стремятся к нулю, потому как Алёнка рядом.
-Да пошёл ты...
Василий сплюнул в сторону соседа и ушёл.
Огляделся, Светлана так и не вышла из комнаты и Андрея нет. Видел как Андрюха в комнату к Светке сквозанул, а вышел или нет, не видел. Неприятное, до селе неизвестное ему чувство ревности наступило на горло Василия и попыталось душить его.
Алёнка встала со стула, взяла его под руку и они поднялись наверх, на второй этаж.
-Не помнишь в какой комнате Андрей живёт?-спросил Василий, поочерёдно открывая двери комнат.
Он прекрасно знал в какой комнате живёт брат, просто хотел удостовериться, что Андрюха спит, а не сидит со Светой в их с Алёнкой комнате. Ни в одной из комнат Андрея не оказалось. Опять ревность своими цепкими руками схватила Василия за горло, Василий закашлялся от удушья и спросил Алёну:
-В какой жить будем?
-Андрей в средней живёт. Давай поселимся в комнате окнами в сад, будем на сад любоваться, а не на двор, никого не хочу видеть лишний раз.
Алёнка стелила постель и спросила:
-Ничего не хочешь сказать мне?
-Алёна, прости, прости, прошу тебя,-обнял жену Вася и крепко прижал к себе.
Алёнка заплакала.
-Я из-за тебя чуть со стыда не провалилась. Вот это праздник ты мне устроил. Знала я, все мужики кобели и понимала, больше года без бабы не выдержишь, но чтобы дитя на стороне... Ты меня прости. Хотела тогда с тобой в город поехать, так твой батя не пустил, мол уеду и работу потеряю, никто меня ждать не станет, а в селе сам знаешь как с работай. Сказал: "нет, Алёнка, никуда не поедешь и он там, в этом городе долго не продержится, везде надо работать, а ты сама знаешь какой он у нас работник. Приедете назад и оба сядете мне на шею, а я не в том возрасте, двоих вас не потяну. Уедите вдвоём, вернётесь, назад не приму, а ты думай и выбирай как тебе лучше". Послушала я тогда отца и правильно сделала. Уехала бы с тобой и где бы мы сейчас были? Тебя спрашиваю.
-Ну прости, прости.
-Завёл пластинку: "прости, прости", а как в такой обстановке жить будем ты скажешь?
- Не можешь простить, давай разведёмся.
-Что-о-о?-взревела Алёна,-Развестись? Увидел её, можно со мной разводится? Ты это серьёзно?
- Что ж делать, если нет мне прощения?
-Да простила я тебя. Ты только в город уезжал, а я уже тебя простила, но вот если бы не ребёнок. Дура я? Да? Дура я, Вась?
-Никакая ты не дура, ты мудрая женщина и я горжусь тобой.
-Горжусь. На кой хрен мне твоя гордость? Разлюбил ты меня Вася, чую, разлюбил. Эту любишь? Эту самозванку? Ишь как за развод уцепился. Думаешь разведёшься со мной и на ней женишься? Как говорится: "и овцы целы и волки сыты"?
-Алён, может закончим эту драму? По любви я на тебе женился. Или считаешь по расчёту? Позарился на туалет в огороде и летний душ? Отец надо мной изгалялся на потеху родственникам, ты мозги делаешь, давай спать.
-Будем теперь на второй этаж ползти, как те тараканы,-не унималась Алёна,-как хорошо в той комнате было, а теперь...
-Зато будем меньше всех видеть. Спи уже.
-Завтра. Уже сегодня, все вещи сюда перенесём, а то приехала... Украдёт что нибудь.
-Лён, ну куда она украдёт,- бред жены уже бесил Василия,- Она что завтра уедет, чтобы скрыться с наворованным? Да и не такой она человек, чтобы воровать, не нагнетай.
-Ага, не такой, тебя вон украла, да ребёнка навязывает.
-Лён, не заткнёшься, уйду в другую комнату, тут ещё две свободные, гуляй-не хочу.
-Я тебе погуляю, кобелина проклятый, я тебе погуляю.
В дверь комнаты тихонько постучали и позвали шёпотом:
-Света.
-Проходите, Надежда Павловна, мы не спим, завтракаем.
Светлана сидела в кресле на руках с Митей, прикрыла пелёнкой грудь, которую наяривал сын, улыбнулась и сказала:
-Доброе утро.
-Доброе, Света, вот бабушка Васи и Андрея хочет с правнуком познакомиться.
В комнату вместе с Надеждой Павловной, опираясь на трость вошла грозная очень пожилая дама, похожая скорее на постаревшую Кармен, но никак не на бабушку. Никакого фланелевого халата на ней, как у всех бабушек и никаких растоптанных, удобных тапочек. Тёмные волосы гладко зачёсаны и собраны в тугой узел, губы накрашены тёмно-бордовой помадой, очки с толстыми линзами, но в дорогой оправе, синее платье с белым воротником и брошью, на ногах чулки и мягкие кожаные туфли без каблука, воткни в её причёску алую розу и вылитая постаревшая, гордая Кармен, потому как хоть она и опиралась на трость, но спину держала прямо, а голову-гордо.
-Ну кто тут у нас?-сказала "Кармен" и с помощью Надежды Павловны уселась в кресло напротив Светланы.
-Я Света, здравствуйте,- подскочила с кресла Светлана,-а это Митя, указала она взглядом на сына.
- Меня зови Елизаветой Григорьевной, бабушка я только для Васьки с Андреем, да для детей ещё одного моего сына. Насосался груди материнской?-спросила "Кармен",- Смальства с нас мужики соки сосут ,-улыбнулась она и протянула к Свете руки,-Ну давай сюда правнука, полюбуюсь на Васькино творение.
Руки женщины дрожали мелкой дрожью и Светлана с тревогой в глазах вопросительно посмотрела на Надежду Ивановну, вдруг "Кармен" не удержит Митю, уронит.
-Давай уже младенчика, не бойся, не уроню,- увидев смятение в глазах Светы, сказала Елизавета Григорьевна,- Дрожат руки, это да, но в них ещё столько силы, если понадобиться, любого придушу,-улыбнулась "Кармен".
-Елизавета Григорьевна, ну не пугайте Свету,-улыбнулась Надежда Павловна,-Привыкай Света к шуткам бабушки Андрея и Васи, такая она у нас.
Старуха приняла ребёнка на руки, прижала к своей груди и улыбнулась:
-Ореховская порода. Надо же, рыжая Ореховская порода, копия Васька, только вот реснички тёмные,-взглянула на Светлану Елизавета Григорьевна, -Ресницы и ушки матери, у Васьки то уши оттопыренные. Красивого младенчика ты родила, Светлана, хорош парень. Назвала как?
-Митя,-улыбнулась Света,-Дмитрий Васильевич.
-Не Митя, а Дима,-поправила "Кармен",- Имя младенчику дала правильное, сильное. Я когда то ударилась в изучение имён, так вот, если в мужских именах присутствуют буквы "д" и "р", мужчины с такими именами сильные во всех направлениях. Дмитрий, Александр, Андрей, это тебе не Митенька с Васенькой. Вон наш Андрей, горжусь им, а Васька...
-Елизавета Григорьевна, ну зачем Вы так про Васю? Василий -означает царственный,- сказала Надежда Павловна,-и всё таки он отец Миме.
-Царственный, ити его мать, уселся на шею отца как на трон и царствует, ни хрена не работает. А пусть знает,-строго сказала "Кармен",-и опять не поведётся на Васькины сладкие речи, а то языком он мастак трепать, а на деле... Ну да ладно, что тебе, Светлана, говорить, сама поняла что за фрукт наш царственный Василий. А теперь, девонька, ответ передо мной держи, почто к нам пожаловала? Сирота что ли?
- Не сирота, мама у меня есть.
-Так у матери, поди теплее было бы, всё таки родной человек.
-Не приняла она нас с Митей, извините, но сына буду Митей звать.
-Настырная значит? Уважаю, я сама такая, твой сын зови как знаешь, а я Димой звать буду. А чего не приняла? Может ты плохая дочка?
-Она замуж недавно вышла, муж молодой, боится что он на меня заглядываться будет.
Елизавета Григорьевна заматерилась как пьяный кучер.
-Ну зачем Вы так, Елизавета Григорьевна, не надо матерных слов, от них земля под ногами горит, говорила же Вам,-укоризненно сказала Надежда Ивановна.
-Меня, в моём возрасте, горящая земля под ногами не страшит, меня больше страшит земля, которая ударится о крышку моего гроба. Ну ладно тебе Надя, не сердись, знаю, такие слова идут вразрез с твоим сердцем, не сдержалась Никогда не понимала тех матерей, если можно их таковыми назвать, которые своих детей на мужскую мотню меняют. Я не святая, три раза замужем была, мужья мой характер не выдерживали, властный характер, я ведь бывший партработник,-глядя на Свету, говорила "Кармен" и любовники у меня были, всякое было, но чтобы своих детей, да на мужиков меняла... Ну да ладно, правильно что к нам приехала, мы люди правильные. Ну а Васька... Как говорится, в семье не без урода.
-Елизавета Григорьевна,-просяще произнесла Надежда Павловна.
-Ладно Надя, понимаю, матери, каким бы не был её дитё, всегда его жалко. Настоящей матери,-подчеркнула "Кармен", уставившись на Светлану.
-Мне бы Митю искупать,-посмотрела на Надежду Павловну Света.
-Мы с Елизаветой Григорьевной посидим с Митей, а ты иди позавтракай,-ответила Надежда Ивановна,- а потом уж...
- Неудобно, может...
-Иди, не бойся, там Андрей, привыкай. Бери в холодильнике что пожелаешь, на плите каша, свежая, утром сварила, мы с Елизаветой Григорьевной позавтракали, правда каша на воде, я пост держу, но в холодильнике сливки, масло, в общем, Света, разберёшься. Да скажи Андрею, пусть в кладовке ванночку найдёт. Его ванночка, маленького в ней купали.
-Спасибо,-ответила Света и вышла из комнаты.
Она ещё вчера поняла, что эта огромная комната, гостиная совмещённая с кухней.
За столом сидел Андрей, пялился в ноутбук и пил кофе, аромат кофе маняще разливался по кухне и только сейчас она почувствовала голод.
-А, Свет, доброе утро,-отвлёкся от ноутбука Андрей.
-Проходи, кушай что душе угодно, еды в холодильнике через край, от праздника осталась, и каша...
-Я знаю, спасибо, Андрей. Надежда Павловна пояснила мне, я буду кашу с молоком.
-Молока нет, но там сливки,-махнул в сторону холодильника Андрей,-А кофе?
- Нет, кофе нельзя, чай буду.
-А икру с маслом? Что эта каша? Ты всё таки кормящая мама.
-Икру с маслом можно,-улыбнулась Света
-Надежда Павловна сказала, чтобы ты детскую ванночку в кладовке нашёл.
-Будет сделано. Кофе допью и поищу.
Повисло неудобное молчание и чтобы прервать его, Света сказала:
-Дом какой у вас большой, прямо огромный, ещё и второй этаж.
-Ты права, огромный. Со стороны сада вторая часть дома, отдельный вход. Она поменьше этой, но там тоже просторно, там второй этаж больше первого, а здесь наоборот, первый этаж больше второго.
-И кто там живёт?
-Никто. Отец хотел Ваську с Алёной отделить и поселить там, но...
-Что "но".
-Сказал, пока Васька не сможет обеспечить своё проживание, не получит ту половину дома. Когда Вася сам сможет оплачивать коммунальные услуги, и кормить себя, тогда отец разрешит им с Алёной туда перейти.
-Строг ваш батя.
-Строг, но справедлив. Не терпит бездельников. Сам всю жизнь работал, потому...
-А кем работал отец?
-Директором секретного оборонного завода, а потом, как оказалось решили разоружаться и завод не понадобился завод превратился в склады. Как тогда отец переживал, постарел сразу и даже запил, но потом решил начать жизнь заново. В городе не смог оставаться, выбрал это село, купил здесь сразу два участка и стал строить этот дом. Четыре года строил, не он конечно, строители, но он тут считай жил. А потом продали родители квартиру в городе, большая у нас была квартира, пятикомнатная и переехали сюда.
-А Елизавета Григорьевна?
-Бабуля ещё лет пять сопротивлялась селу, но у неё была своя квартира, тоже большая, в центре города, но потом она сильно сдала, я имею ввиду здоровья у неё поубавилось и она согласилась сюда переехать и её квартиру продали. Васька злился, хотел жить в квартире бабули, но бабуля была против, сказала, что её квартира, это наследство её сыновей и он, Васька, пусть не разевает рот на чужой каравай. Такая у нас бабушка. Да и отец, зная Ваську, не стал бы выкупать для него часть квартиры у своего брата, продали. Ну да ладно, пойду ванночку племяшу искать.
Со второго этажа спустились Алёна и Василий.
-Доброе утро,-сказала и Света, чего уж бегать друг от друга. Пока они живут в одном доме, не убежишь.
Продолжение следует. Жду ваши отклики на главу рассказа, дорогие мои читатели. С уважением к вам, ваш автор.