Споры между дизайнерами и любителями парфюма о том, на сколько флакон должен отражать содержащийся в нем аромат, бесконечны. Всегда найдутся приверженцы утонченности, строгости и элегантности, которым нравится минималистичный подход. Ярким примером уже несколько десятилетий остаются флаконы Chanel.
Другим больше по душе оригинальные, яркие дизайны. И большинство домов стараются создавать уникальные флаконы для каждого нового аромата.
У покупателей появляется повод порассуждать, насколько удалось парфюмеру и дизайнеру партнерство. Но, иногда встречаются такие флаконы, которые сами по себе являются произведениями искусства и достойны коллекционирования.
Ранее Фиолетовый сон писал о знаменитом художнике и дизайнере Рене Лалике. Сегодня мы решили рассказать о флаконах ювелира Люсьена Гайара.
Он творил в конце 19-го — начале 20-го века и оставил после себя большое количество особенно сложных ювелирных изделий с японским колоритом.
У Люсьена была отличная школа. Он родился в семье потомственных ювелиров. Его прадед в начале 19 века производил золотые украшения в собственной мастерской в Париже, дед – прославился своими изделиями из позолоченной меди, отец – Эрнест Гайар работал с серебром и эмалью, создавая удивительные изделия, богато украшенные цветами.
Многие ювелиры знают имя Эрнеста Гайара, поскольку он внес большой вклад в создание Профессиональной школы рисования и моделирования во Франции. Среди его работ, отмеченных многочисленными медалями, настоящие предметы искусства: ручки для трости, конфетницы, флаконы для духов и соли.
И вот в 1892 году управление мастерской переходит к его сыну – Люсьену. Подмастерье, ставший со временем одним из ведущих представителей французской ювелирной школы, перенял увлечение своего отца японским искусством.
Для того, чтобы оценить уровень его мастерства, нужно почувствовать дух того времени.
В 19 веке в европейской архитектуре и прикладном искусстве доминировали стили прошлого: готический, барочный или классический. Многие художники и ремесленники, уставшие от историзма, искали новое искусство.
Возможно, оно так и не появилось, если бы американский коммодор Мэтью К. Перри не приплыл в залив Эдо в Японии в 1853 году и не «открыл» заново страну, в течение 214 лет придерживающуюся строгой политики сакоку («закрытой страны»).
Жизнь природы во всех ее проявлениях в японском художественном искусстве отражалось удивительным образом: по-особому стилизовались неодушевленные предметы, природные мотивы превращались в причудливые узоры, растительный и животный мир передавался через ассиметричные рисунки и гибкие, текучие линии.
Многовековая концептуальная система мастеров Востока стала основой для новых художественных форм ар-нуво, или как его еще называют модерна. Он характеризуется асимметрией, извилистыми линиями и декоративными органическими формами.
Люсьен стал совершенствовать техники по золоту и серебру – чеканку и гравировку, изучал патинирование металлов, интересовался тайнами древних японских сплавов и лаков. В сюжетах для своих произведениях он старался передать японскую эстетику.
В его украшениях с одной стороны гармония, сбалансированность, отрешенность, с другой – динамичный ритм мгновения, композиционная незавершенность, сюжет, который Вам предлагается развить, домыслить самостоятельно.
Некоторые изделия в стиле ар-нуво (броши, подвесы, гребни) представляли собой сложные конструкции, состоящие из нескольких частей, которые при сборке соединялись механическим способом. Еще одной особенностью украшений в стиле модерн была задняя сторона, которая была продумана столь же тщательно, как и лицевая, и от этого изделие становилось эстетически привлекательным, законченным произведением.
Самыми известными произведениями Люсьена стали гребень для волос «Две стрекозы» из рога, золота, изумруда, бриллианта, цитрина и эмали, а также узнаваемая подвеска «Мотылек». На гребне две стрекозы, частично скрестив крылья, сражаются за добычу (дымчатый цитрин в золотой оправе). Композиция на столько реалистична и динамична, что кажется, вот-вот и стрекозы разлетятся в разные стороны.
Это был пик его творчества – 1900 год. Производство украшений продолжалось мастером вплоть до 1921 года. Все это время Гайар вместе с Рене Лаликом занимался исследованиями в области стеклоделия.
Действительно, заколки, шпильки и гребни были приоритетными в творчестве Люсьена Гайара.
К сожалению, мало кто знает, что после к 1910 году он добился больших успехов в производстве стеклянных изделий. Он представлял флаконы для таких парфюмерных домов, как Gueldy, Corday, Callot Sœurs или Violet.
Мы восхищаемся его флаконами для духов с полупрозрачными стрекозами. Это его, можно сказать, визитная карточка - небольшие цилиндрические флаконы «Три стрекозы» из бесцветного прессованного стекла, украшенного полыми стрекозами.
На международном аукционе флакона духов в 2020 году было продано два редких флакона дизайна Люсьена Гийара с изображением девушек с крыльями насекомых «Furness» от Violet (1911 года) за 7 200 долларов и «Dans les Airs» от Clamy, отлитый в форме летящих стрекоз (1928 года), за 27 000 долларов.
Флаконы несколько раз перевыпускались, например, Parfums de Clamy в 1992 году выпустили флакон для Метрополитен-музея в Нью-Йорке.
Всю свою жизнь Люсьен экспериментировал с различными материалами, заново открывая и переосмысливая старые техники и изобретая другие. Результатом стал уровень изысканности, непревзойденный на протяжении всей истории ювелирных изделий. Хотя сейчас он менее известен, чем Лалик, Вевер или Фуке, Люсьен Гайар был одним из величайших мастеров своего времени.
Фиолетовый сон на своем канале рассказывает о небольших возрождающихся российских стеклодувных фабриках. И старается поддерживать ручное стеклянное производство и стеклодувные традиции.
В магазинчике violetdream.ru Вы найдете вазы ручной работы, подсвечники с аромасвечами из гутного стекла и диффузоры с флакончиками ручной работы.
Продолжение следует. Не забудьте подписаться на канал, чтобы не пропустить следующие выпуски.