То, что сродни легкомыслию, как плохая погода, когда не хочется выходить из дома, побудило меня всё же выйти.
Моё пальто, накинутое второпях, ещё не высохшее от мокрого, дневного снега,как будто обняло меня своими влажными руками, что всё тело мое покрылось мелкой дрожью.
-Бррр, как же неприятно...
Но всё же, стоило выйти во двор, как свет от луны пал на меня, пришлось даже немного зажмурится как при ярком солнечном дне. Это отвлекло меня от промокшей одежды, хорошо хоть ботинки оказались тёплыми как будто бы находились в теплых лапах каких-нибудь пушистых лам.
Да, ламу бы сейчас кстати, накинуть на себя шалью и мчаться куда подальше от своих мыслей.
Чувствуя и лелея свою надежду на чудо,я уже карабкаюсь, цепляясь за ветки своими длинными пальцами, они у меня с рождения длинные и похожи на пальцы пианиста, хотя игра на пианино для меня абсолютно чужда, мое нетерпение , детское нетерпение когда-то, никогда не давало мне полностью погрузиться в обучение на любых музыкальных инструментах.
Мне больше нравилось слушать музыку, вдыхать её, погружаться и лететь по нотам куда-то высоко, высоко, наслаждаясь этим мгновеньем легкого, почти невесомого парения и именно тогда мысли мне не докучали, они, как послушные маленькие солдатики становились в ряд и маршировали под мелодию, что уносила меня в даль.
Кажется, что я уже близко, моё пальто, словно мешает мне, я наступаю на него, почти разрывая, плотную ткань, пачкаясь одновременно в грязи, что сокрыта под снегом, она ещё не промёрзла и поэтому вся грязь так и норовит вылезти наружу, грязь она такая, сколько её не скрывай белым и пушистым, она всё равно будет выглядывать как старая злобная старуха и оставлять следы своих "добрых" пожеланий на всём, до чего она достанет.
То, что меня так нагло и бесцеремонно вывело наружу, продолжало толкать в спину, заставляя взбираться всё быстрее, я уже еле дышу, силы мои иссякают, ведь время уже для меня такое, когда я нежусь в своей кровати и вижу сладкие сны. Я потираю глаза, размазывая мокрый снег, вкупе с грязью по своему лицу, наверное оно уже похоже на лицо кочегара или нет, на лицо землекопа, которому привычна его работа. Моя же работа на сегодняшнюю ночь стала для меня проклятьем, которой нет ни конца ни края, в отчаянии лезу я в гору, надеясь успокоить свое желание, но оно, даже, казалось бы такое близкое, становилось для меня всё дальше...
23.11.2024