Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Вне Zоны Kомфорта

История мигрантки: как сохранить доброе сердце в сложном мире

Жизнь сложна, но важно не терять веру и не позволять себе озлобляться. Мы становимся лучше через любовь, прощение и веру. Это мой принцип, который помог мне пережить все трудности. Сегодня мне чуть больше 30 лет. У меня любящий муж и две замечательные дочери. Глядя на них, я благодарю судьбу за то, что она дала мне силы жить дальше. Моя мама русская, а папа наполовину таджик, наполовину русский. Мы жили в пригороде Душанбе, дома говорили на двух языках.
Когда мне был всего год, мама ушла. О ней я ничего не знаю. За всю жизнь она ни разу не попыталась выйти со мной на связь, а папа отзывался о ней только плохо. Казалось бы, хорошо, что остался отец, но он сделал мою жизнь невыносимой. С пяти лет я была служанкой для его второй жены и её сыновей: убиралась, мыла посуду, ухаживала за детьми. Меня наказывали за малейшие ошибки. Каждый вечер меня ставили на одну ногу на голодный желудок, а за неустойчивость били палкой. В школу я ходила нерегулярно — вместо уроков отец отправлял меня работа
Оглавление

История девушки-мигрантки: о вере, прощении и жизни

Жизнь сложна, но важно не терять веру и не позволять себе озлобляться. Мы становимся лучше через любовь, прощение и веру. Это мой принцип, который помог мне пережить все трудности.

Сегодня мне чуть больше 30 лет. У меня любящий муж и две замечательные дочери. Глядя на них, я благодарю судьбу за то, что она дала мне силы жить дальше.

Детство и семья

Моя мама русская, а папа наполовину таджик, наполовину русский. Мы жили в пригороде Душанбе, дома говорили на двух языках.
Когда мне был всего год, мама ушла. О ней я ничего не знаю. За всю жизнь она ни разу не попыталась выйти со мной на связь, а папа отзывался о ней только плохо.

Казалось бы, хорошо, что остался отец, но он сделал мою жизнь невыносимой. С пяти лет я была служанкой для его второй жены и её сыновей: убиралась, мыла посуду, ухаживала за детьми. Меня наказывали за малейшие ошибки. Каждый вечер меня ставили на одну ногу на голодный желудок, а за неустойчивость били палкой.

Подростковые годы

В школу я ходила нерегулярно — вместо уроков отец отправлял меня работать в поле. В седьмом классе мне побрили голову за слухи о том, что я понравилась мальчику.

Когда мне исполнилось 15 лет, отец хотел выдать меня замуж за мужчину вдвое старше. Я отказалась, и, хотя меня не осмелились наказать физически, я поняла: это был мой последний шанс вырваться.

Рабство и побег

В 17 лет меня всё же насильно выдали замуж. Мужу было 44 года. У него уже была жена, а от меня требовалось только работать и исполнять супружеские обязанности.

Я решилась на побег. Потихоньку откладывала деньги, оформляла документы. Когда мне исполнилось 18, я сбежала, купив билет в Россию.

Новый этап

Москва встретила меня непросто. Я поселилась в хостеле, где не было женщин, и уже думала, куда идти дальше. На лавочке меня заметила пожилая женщина, подошла, выслушала и предложила помощь.

Она оказалась бывшим следователем. Устроила меня на работу, приютила у себя. Спустя два месяца я смогла снять жильё, но мы продолжали дружить. Она даже стала «бабушкой» для моих будущих детей.

Семейное счастье

Мой первый муж оформил развод, а семья в Таджикистане мной не интересовалась. Но я не держала на них зла. Я хотела учиться, работать и просто жить.

На работе я встретила русского парня из Вологды. Он оказался добрым, смешливым и надёжным. Мы поженились. Вот уже почти 10 лет мы живём вместе. У нас двое дочерей, и я стараюсь, чтобы их детство не омрачали ни боль, ни ненависть.

Итог

Я научилась прощать. Ненависть не вернёт мне детство, но она могла бы лишить счастья моих детей.

Несмотря на всё, жизнь — это подарок. И я благодарна за то, что у меня есть сегодня.

🚀 Как мы достигли миллиона, живя в деревне? Узнайте в нашем телеграме! https://t.me/+UbKZgdqI8IQ3Yzgy 🏡💵