– Кто это? – обеспокоенно переспрашивала жена, видя, как изменился в лице Стас во время телефонного разговора, лишь невнятно вставляя какие-то междометия в чужую речь.
Дождавшись, наконец, когда он положил трубку, подступила с ещё большим напором, – Что? Что случилось? Да можешь ты уже ответить, в чём дело?! – она потеребила его за руку, – Ты чего остолбенел-то?!
– Ну, Мотя! – наконец, опомнился тот, – Во даёт! – он даже головой потряс, словно очнувшись от морока, – Ничего себе. Как это, а?!
– Да говори уже! – рассердилась Наташа, – Клещами из тебя, что ли, вытаскивать слова надо?!
– Погоди, Натаха. Дай водички.
Дождавшись её, он залпом выпил стакан воды, запустил руки в волосы, взъерошил их со всей силы, с силой выдохнул.
– Сейчас. С мыслями дай собраться, – он закрыл глаза.
– Ты там не заснул, часом?! – толкнула его нетерпеливо жена, – Ты долго моё терпение-то испытывать будешь? Говори уже, ирод!
– Ну, в общем, был у меня в школе дружок. Хотя нет, мы и не дружили вовсе. Я же хулиганистый был, а он ботан, как теперь говорят. Маленький, худенький, в очках, забитый такой.
Его и в классе-то обижали пацаны, но не всерьёз, так, толкнут, поддразнят, подножку подставят. А Мотя безобидный был, никому отпор не мог дать, это ещё больше раззадоривало некоторых.
А я справедливость люблю, ты же знаешь, ну и заступался за него. Потом пару раз с особо ретивыми поговорил по-крупному, перестали к нему цепляться. Но кличка эта так с ним и осталась.
Его Матвеем звали, только по имени к нему одни учителя обращались, остальные, кроме как Мотя, по другому и не говорили. А потом шпана местная повадилась издеваться над ним.
Я и там заступаться пытался, да только накостыляли они мне. Ребята уже большие, да и много их было, но и я им спуску не дал. Так они потом решили отомстить ему.
Подкараулили за школой после уроков и всей кучей навалились, лупцевали со всей дури. Я случайно увидел, понял, что не справиться мне, ну и заорал что есть силы, оборачиваясь назад и размахивая руками, словно звал кого-то.
– Вон они! Скорее, все сюда! Быстрей, быстрей!
Они от неожиданности испугались и бросились врассыпную. Когда я подбежал, Мотя еле дышал. Я испугался, подхватил его, взвалил на себя и потащил в школу, в медпункт.
Там уже медсестра засуетилась, скорую вызвала. Мотю увезли в больницу. Он там долго провалялся, а потом так и не вернулся. Говорили, что его перевели в другую школу, а потом и вовсе он с родителями куда-то уехал.
В общем, больше мы и не виделись. В больницу я приходил, только меня не пустили, а потом и совсем его следы потерялись. Я и забыл уже, честно говоря, об этой истории.
А тут на тебе! Звонит нотариус и говорит, что мне иностранный гражданин дом в коттеджном посёлке подарил. Ну, я же не знаю никаких таких граждан, так и сказал.
Тогда он говорит, что если я не пойму, кто это, клиент просил сказать, что дом этот - подарок от Моти в благодарность за мою доброту и смелость. И что он всю жизнь чувствовал себя обязанным за то, что выжил тогда.
А сейчас он очень обеспеченный человек, и для него совсем не в тягость такой щедрый знак внимания. Он позже обещал связаться со мной. А завтра мне надо встретиться с этим нотариусом, он передаст все бумаги.
– Не тебе, а нам!
– Что? – переспросил ещё полностью не пришедший в себя Стас.
– Я говорю, не тебе встретиться, а нам! – повторила Наташа, – Вместе поедем за подарком.
– Погоди. Может, ещё не поздно отказаться от него?! Что-то мне не по себе от всего этого.
– Ещё чего! – заявила, подбоченившись, та, – В кои-то веки такое привалило, а он отказываться вздумал. Заслужил, значит, получай награду! Я всегда знала, что ты у меня герой, наконец, и другие это узнают!
Продолжение следует