На третий (одиннадцатый) год войны
Мы привыкли к тому, что все цели поражены,
Мы привыкли к обрушенным многоэтажкам.
Вероятно, мы не считаем их -
Наших убитых, боевых и небоевых,
Сглатываю слюну. Говорить тяжко.
Всем плевать на убитую бабку с донецкой Петровки,
Жила себе, сажала картошку с морковкой,
И прилетел осколок и убил ее насовсем.
Всем плевать на единичные жертвы,
Мы все военэксперты, мы строим прожекты
На взятие Лондона; бабкам среди этих схем,
Разумеется, не остаётся места.
Как картон, складываются подъезды.
Выбегают из них человечки смешные - так,
Если поджечь муравейник, бегут муравьи.
На видео видно, как малы они, и
Падает решкой кверху железный пятак.
Так горят дома по обе стороны фронта,
Горят дома от горизонта до горизонта,
Из-под завалов бабушку не достать.
Наши парни идут вперед, несмотря на смерти
Товарищей; в черно-белой сей круговерти,
Как в сорок пятом, путь прокладывают опять.