— Я не приду на твою свадьбу! — голос матери в телефонной трубке дрожал от ярости. — И можешь не присылать приглашение. Для меня ты больше не дочь!
Последние слова ударили больнее пощёчины. Наташа опустилась на диван, чувствуя, как по щекам текут слёзы. Тридцать два года жизни, все её достижения, все старания быть "правильной дочерью" — всё перечеркнуто одним телефонным разговором.
— Что сказала? — Андрей присел рядом, осторожно обнял за плечи. В его карих глазах читалось беспокойство и чувство вины.
— То же, что и всегда, — Наташа вытерла слёзы. — Что ты мне не пара, что я совершаю ошибку... Представляешь, она даже справки о тебе наводила! Узнала про развод, про кредит на автосервис...
— Может, она права? — тихо произнёс Андрей. — Ты достойна лучшего. Успешного, без прошлого, без ребёнка...
— Прекрати! — Наташа резко повернулась к нему. — Ты и есть лучший. Самый добрый, честный, надёжный. И Алиса... она для меня давно родная.
Словно услышав своё имя, в комнату заглянула восьмилетняя дочка Андрея:
— Папа, Наташа, почему вы грустные?
Они переглянулись. Как объяснить ребёнку, что взрослые могут быть такими жестокими?
— Иди сюда, солнышко, — Наташа похлопала по дивану между собой и Андреем. — Нам надо поговорить.
Алиса забралась между ними, по-взрослому нахмурилась:
— Это из-за бабушки Лены? Она не хочет, чтобы вы поженились?
— Откуда ты знаешь? — удивился Андрей.
— Я слышала, как ты вчера с дядей Пашей разговаривал, — призналась девочка. — Ты сказал, что она тебя ненавидит...
Павел, старший механик в автосервисе Андрея, был его лучшим другом ещё со школы. Именно он поддержал Андрея после развода, помог встать на ноги, когда бывшая жена оставила его с маленькой дочкой.
— Не ненавидит, — мягко поправила Наташа. — Просто... не понимает пока.
— Как моя мама? — вдруг спросила Алиса. — Она тоже не понимает. Говорит, что ты хочешь занять её место...
Наташа похолодела. Она не знала, что бывшая жена Андрея общается с дочерью — он никогда об этом не рассказывал.
— Алиса, — Андрей обнял дочь. — Никто никого не может заменить. Наташа не заменит тебе маму. Она станет твоим другом, если ты захочешь.
— Я хочу! — девочка прижалась к Наташе. — Ты добрая. И рисовать меня учишь. А бабушка Лена злая, да?
— Нет, малыш, — Наташа погладила тёмные кудряшки, так похожие на отцовские. — Она просто очень любит меня и боится, что я буду несчастна.
***
Елена Викторовна металась по своей просторной квартире, заламывая руки. На журнальном столике лежала распечатка — результаты "расследования", проведённого её бывшим студентом, а ныне частным детективом.
"Андрей Петрович Сомов, 35 лет. Развёлся три года назад, причина — измена жены. Воспитывает дочь. Владелец автосервиса, приобретённого в кредит (выплачено 60%). Судимостей нет, долгов нет. Характеризуется положительно..."
— Автослесарь! — в сердцах воскликнула она. — Моя дочь, с красным дипломом экономиста, собирается замуж за автослесаря!
Зазвонил телефон — сестра, Лидия.
— Лена, что ты творишь? — без предисловий начала она. — Наташенька вся в слезах, Андрей не находит себе места...
— А ты откуда знаешь?
— Я к ним заезжала. Хотела с женихом познакомиться, раз уж ты его видеть не желаешь.
— И как? — язвительно поинтересовалась Елена Викторовна. — Понравился этот... механик?
— Очень! — отрезала сестра. — Прекрасный мужчина, заботливый отец. И девочка чудесная. Знаешь, как она Наташу любит? Показывала мне рисунки, которые они вместе делают...
— Рисунки! — фыркнула Елена Викторовна. — Вечная блажь! Я столько сил потратила, чтобы выбить у неё из головы эти художества, а она...
— А она всё равно рисует. Как ты в молодости, помнишь?
Елена Викторовна замолчала. Да, когда-то она тоже мечтала стать художницей. Но отец, известный учёный, и слышать об этом не хотел. "Несерьёзно! — говорил он. — Будешь экономистом, как я".
— Лида, это другое...
— Чем? Тем, что ты повторяешь ошибки отца? Запрещаешь дочери быть счастливой по-своему?
После разговора с сестрой Елена Викторовна не находила себе места. Достала старый альбом с фотографиями — вот Наташа маленькая, с альбомом для рисования. Вот они с мужем ведут её в первый класс...
Муж. Сергей тоже не одобрил бы её поведения. Он всегда говорил: "Не дави на ребёнка, Лена. Пусть сама выберет свой путь".
На следующий день она решила проверить этого Андрея. Села в свою "Тойоту" и поехала по адресу, указанному в отчёте детектива.
Автосервис оказался небольшим, но чистым и ухоженным. В офисе сидела молодая девушка-администратор.
— Добрый день, — Елена Викторовна постаралась говорить спокойно. — Мне нужен ваш мастер... посмотреть машину.
— Андрей Петрович сейчас занят, — улыбнулась девушка. — Но через полчаса освободится. Подождёте?
В этот момент из бокса вышел высокий мужчина в рабочем комбинезоне. Вытирая руки ветошью, что-то объяснял пожилому клиенту:
— Михаил Степанович, я понимаю, что дорого. Но лучше заменить сейчас, чем потом на дороге встать. Давайте так: я вам скидку сделаю, по старой дружбе...
Елена Викторовна невольно прислушалась. Пожилой клиент явно стеснялся в средствах, но ремонт был необходим. И этот Андрей... он не просто делал работу — он заботился о человеке.
Елена Викторовна стала приезжать в автосервис каждую неделю. То масло поменять, то колёса проверить... Администратор Люда уже узнавала её, приветливо улыбалась:
— Опять к Андрею Петровичу? Он сейчас освободится.
Каждый раз она наблюдала за будущим зятем, подмечая детали. Как терпеливо объясняет клиентам проблемы с машиной. Как по-отечески общается с молодым учеником-механиком. Как бережно развешивает детские рисунки в своём кабинете — работы Алисы и, она узнала почерк, Наташины эскизы.
Однажды она столкнулась в автосервисе с сестрой.
— Лида? — изумилась Елена Викторовна. — Ты что здесь делаешь?
— То же, что и ты, сестрёнка, — усмехнулась Лидия. — Машину ремонтирую. И за будущим племянником наблюдаю.
— Я не наблюдаю! — вспыхнула Елена Викторовна. — Просто...
— Просто не можешь признать, что он хороший человек? — мягко спросила сестра. — Лена, я же вижу — ты каждый его шаг проверяешь. И что нашла плохого?
В этот момент из бокса донёсся детский смех. Алиса, в маленьком комбинезоне, протягивала отцу гаечный ключ:
— Пап, этот?
— Нет, солнышко, побольше нужен, — Андрей терпеливо объяснял дочери разницу между инструментами.
— А можно я Наташе позвоню? Она точно знает – она все твои инструменты нарисовала!
Елена Викторовна замерла. Её дочь, с её талантом, рисует гаечные ключи?
— Знаешь, — тихо сказала Лидия, — Наташа наконец-то счастлива. Она больше не прячет альбомы, не стесняется своего увлечения. А всё потому, что Андрей поддерживает её. Он даже устроил в офисе мини-галерею из её работ.
В этот момент в автосервис вошла Наташа – раскрасневшаяся, с пакетом продуктов:
— Андрей, Алиска! Я вам обед... — она осеклась, увидев мать.
Повисла тяжёлая тишина. Алиса выглянула из бокса:
— Наташа! — и тут же замолчала, переводя взгляд с неё на Елену Викторовну.
— Здравствуй, мама, — тихо сказала Наташа.
— Здравствуй, — Елена Викторовна почувствовала, как предательски дрогнул голос. — Я... я просто машину ремонтировала.
— Каждую неделю? — Наташа грустно улыбнулась. — Люда мне рассказала.
Андрей вышел из бокса, вытирая руки:
— Елена Викторовна, может, поговорим? В моём кабинете...
Кабинет оказался маленьким, но уютным. Стены увешаны картинами – пейзажи, натюрморты, и да, серия рисунков инструментов, выполненных с удивительной точностью и любовью.
— Присаживайтесь, — Андрей пододвинул ей кресло. — Давно хотел с вами поговорить.
— О чём? — она старалась держаться надменно, но получалось плохо.
— О Наташе. О том, как вы её любите и боитесь за неё. И о том, как я её люблю.
— Вы даже не представляете... — начала она.
— Представляю, — мягко перебил он. — Я тоже родитель. И я тоже боюсь за свою дочь. Каждый день боюсь, что она вырастет и решит жить с матерью, которая её бросила. Что наделает тех же ошибок...
— Но вы же простой...
— Автомеханик? — он улыбнулся. — Да, простой. Без связей, без богатых родителей. Зато с любимым делом, с честным бизнесом и с большим сердцем. Я люблю вашу дочь, Елена Викторовна. И она любит меня – не за статус, не за деньги, а просто так.
В дверь заглянула Алиса:
— Пап, можно? Я тут бабушке Лене кое-что показать хочу...
Она протянула альбом для рисования. На первой странице – портрет Наташи, удивительно точный для восьмилетнего ребёнка.
— Это мы вместе рисовали, — пояснила девочка. — Наташа учила меня правильно карандаш держать. Она говорит, у меня талант, как у вас в молодости...
Елена Викторовна почувствовала, как к горлу подступает ком. Откуда ребёнок знает о её юношеских мечтах?
— Бабушка много рассказывала о тебе, — словно прочитав её мысли, сказала Наташа, входя в кабинет. — О том, как ты рисовала, как мечтала поступить в художественное...
— И как отец запретил, — глухо добавила Елена Викторовна. — Сказал, что это несерьёзно...
— А теперь ты говоришь то же самое мне, — Наташа присела рядом. — Мама, неужели ты не видишь? Я счастлива. По-настоящему счастлива – впервые в жизни.
— Вижу, — прошептала Елена Викторовна. — Поэтому и приезжала сюда... хотела убедиться.
— И как? Убедились? — спросил Андрей.
Она молча кивнула, достала из сумочки платок, промокнула глаза:
— Простите меня. Все простите. Я была такой дурой...
— Бабушка, не плачь! — Алиса забралась к ней на колени. — Хочешь, я тебя тоже рисовать научу? Мы с Наташей тебя всему-всему научим!
Они все рассмеялись – впервые за долгое время искренне, от души.
Подготовка к свадьбе закружила всех в водовороте событий. Елена Викторовна с головой окунулась в организацию торжества, словно пытаясь наверстать упущенное время.
— Лена, ты с ума сошла? — возмущалась её коллега, профессор Тамара Николаевна. — Устраивать свадьбу дочери с каким-то автомехаником? Что скажет учёный совет?
— А что они могут сказать? — парировала Елена Викторовна. — Что моя дочь выходит замуж за честного, работящего человека, который её любит?
— Но его социальный статус...
— Знаешь что, Тамара, — она впервые за тридцать лет дружбы перебила подругу. — К чёрту статус! Я чуть не потеряла дочь из-за этих предрассудков. Хватит!
Вечером она рассказала об этом разговоре Наташе:
— Представляешь, даже Игорь Петрович, наш ректор, намекнул, что его сын всё ещё не женат...
— Тот самый сын, который третий раз в клинике от алкоголизма лечится? — хмыкнула Наташа.
— Откуда ты знаешь?
— Мама, все знают. Только молчат — статус же! — она рассмеялась. — А вот Андрей вчера знаешь что сделал? Бесплатно отремонтировал машину нашей старой учительницы математики. Просто потому, что узнал — у неё пенсия маленькая...
В этот момент в комнату влетела Алиса:
— Бабушка, смотри! Мы с папой и Наташей твоё платье нарисовали!
На листе красовался эскиз вечернего платья – элегантного, в любимых тонах Елены Викторовны.
— Это на свадьбу, — пояснила девочка. — Наташа говорит, у тебя идеальная фигура для такого фасона!
Елена Викторовна растерянно посмотрела на дочь:
— Ты... ты правда хочешь, чтобы я была на свадьбе? После всего?
— Мама, — Наташа обняла её. — Ты моя единственная мама. Конечно, я хочу, чтобы ты была рядом в самый важный день моей жизни.
За неделю до свадьбы случилось непредвиденное. В автосервис Андрея приехал роскошный "Мерседес" с правительственными номерами. Оказалось, сломался у одного из заместителей губернатора.
— Андрей Петрович, — важный чиновник протягивал визитку. — Отличная работа! Не хотите открыть филиал в центре? Я могу помочь с помещением...
— Спасибо, — спокойно ответил Андрей. — Но я справлюсь сам. Не люблю быть кому-то обязанным.
Вечером он рассказал об этом случае:
— Представляете, предлагал всё оформить через какие-то свои фонды. А я что, зря кредит три года выплачивал? Честное имя дороже.
Елена Викторовна смотрела на будущего зятя и думала, как же она ошибалась. Судила по обложке, по статусу, по должности... А надо было – по человеческим качествам.
Свадьбу решили сделать необычную. Вместо банкетного зала – уютное кафе с художественной галереей, где впервые выставили картины Наташи. Вместо пышных нарядов – стильные костюмы и платья, которые невеста придумала сама.
Алиса, в роли подружки невесты, светилась от счастья. Она подружилась с Кириллом, сыном Павла, лучшего друга Андрея, и теперь они вместе готовили какой-то сюрприз для молодожёнов.
В день свадьбы Елена Викторовна зашла в комнату к дочери:
— Наташенька, я хочу тебе кое-что отдать...
Она достала старую папку с рисунками:
— Это мои работы. Те самые, которые отец заставил спрятать. Я сохранила их... И знаешь, я поняла: нельзя запрещать мечтать. Нельзя ломать чужую жизнь из страха или предрассудков.
Наташа листала пожелтевшие страницы:
— Мама, но они прекрасны! Ты такая талантливая...
— Была, — грустно улыбнулась Елена Викторовна. — Но ещё не поздно начать заново, правда?
— Конечно! — Наташа обняла мать. — Знаешь, мы с Андреем думаем открыть при автосервисе художественную студию. Представляешь: люди оставляют машины на ремонт и идут рисовать!
— Прекрасная идея, — раздался голос Андрея. Он стоял в дверях, красивый в строгом костюме. — А преподавать будут три поколения художниц: бабушка, мама и дочка!
Алиса выглянула из-за его спины:
— И я тоже буду учить! Я уже умею папины инструменты рисовать!
Они рассмеялись – теперь уже полноценной, настоящей семьёй.
***
Прошёл год. Автосервис Андрея превратился в настоящий культурный центр района. В одной части здания чинили машины, в другой проводили художественные мастер-классы. Елена Викторовна уволилась из университета и теперь преподавала живопись детям и взрослым.
— Знаешь, — сказала она как-то сестре. — Я всю жизнь гналась за статусом, за положением в обществе. А счастье оказалось совсем в другом – в свободе быть собой.
Лидия улыбнулась:
— Главное, что ты поняла это не слишком поздно. Посмотри, какая у тебя теперь семья!
А семья действительно была удивительная. Наташа расцвела, совмещая творчество с бизнесом – она взяла на себя управление художественной студией. Андрей продолжал развивать автосервис, не изменяя своим принципам честности и порядочности. Алиса заканчивала третий класс и уже точно знала, что станет "художником машин" – так она называла автомобильный дизайн.
И каждое воскресенье они собирались вместе – рисовали, смеялись, строили планы на будущее. А Елена Викторовна смотрела на них и думала, что иногда нужно просто отпустить свои страхи и предубеждения, чтобы обрести настоящее счастье.
Потому что любовь – она не смотрит на статус и положение. Она видит только сердце. И когда мы наконец начинаем смотреть сердцем, мир вокруг расцветает новыми красками.
Как на картинах, которые теперь рисовали в их необычной семейной студии три поколения художниц: бабушка, мать и внучка. Каждая – со своим стилем, со своим взглядом на мир, но все – с одинаковой любовью к жизни и друг к другу.