«Заклятые враги»: Какие отношения на самом деле связывали Ибрагима и Мустафу

В культовом сериале «Великолепный век» Ибрагим просто обожает Махидевран и Мустафу. Он делает всё, чтобы приблизить Мустафу к трону и всеми силами защищает Махидевран. Однако исторические источники рисуют куда более сложную картину.

Ибрагим-паша, будучи великим визирем, был прежде всего политиком, а не воспитателем. Его отношения с Мустафой строились в первую очередь на политических интересах.

Современные историки приводят как свидетельство письма Мустафы и Ибрагима. В 1534 году Мустафа отправил Ибрагиму, воюющему на Востоке, информацию о событиях в Эгейском регионе, а великий визирь ответил, извещая Мустафу об османских победах и называя себя в письме «искренним другом» шехзаде. Ибрагим выразил пожелание вскоре увидеться с Мустафой и «пользоваться его благородной и благословенной милостью и радоваться ей».

Однако если бы на тот момент старший сын Хюррем, Мехмед, был в надлежащем возрасте, Ибрагим написал бы ему в том же духе. Великий визирь предпочитал поддерживать тёплые отношения со всеми потенциальными наследниками Сулеймана. Ибрагим и Махидевран знали друг друга с манисского периода, и вполне естественно, что их отношения были приязненными.

А вот венецианский посол Корнелий Шеппер, который являлся представителем Карла V, утверждал в своих записях, что для шехзаде Ибрагим являлся главным врагом. По версии историков, Мустафа сговорился с Хайрредином-пашой и обвинил Ибрагима в тайных связях с Карлом V, что стало одной из причин казни Ибрагима. Кроме того, Мустафа ещё в детстве страшно ревновал Ибрагима к отцу.

О зависти Мустафы (которому было тогда 10-11 лет) к Ибрагиму читаем в донесении Брагадина Сенату. Это известная история с ложкой, сломанной Мустафой, когда Сулейман во время ужина предложил ложку сначала Ибрагиму, а затем Мустафе. В более зрелые годы сын повелителя так и не смог преодолеть неприязни к фавориту своего отца и возможно был даже причастен к его смерти.

Интересно, что даже бюрократ и историк конца шестнадцатого века Мустафа Али, который без колебаний обвинял Хюррем во всех смертных грехах, не упомянул о её связи с казнью великого визиря.