- Мань, вы что, разбежаться решили на старости лет?
- Кто тебе такую ерунду сказал? И почему на старости? Я и обидеться могу!
- Тётя Катя. Она, представляешь, говорит, что её сын нашел себе другую. Наконец-то. Ты в курсе, я надеюсь?
Маша побледнела, но постаралась взять себя в руки и не злиться. Тётя Катя, которую она первое время жизни в браке старалась мамой называть, никогда не любила её. Считала, что сын по молодости натворил дел, ошибся и "женился не на той". А какая она должна быть "та" не объясняла. Просто Мария не та жена и всё тут.
Свекровь частенько спрашивала, когда Маша устроится на нормальную работу, придиралась к её внешнему виду и даже по пьяной лавочке плакала во время застолья, что у них только один сын и тому досталась горькая доля. Говорила всем, что Андрей хочет дочку всю жизнь и рад бы уйти, да привязала его к себе Манька. Привязала, окрутила, под себя подмяла, и живёт он бедный без личного счастья и бес просвета.
Маша терпела эти приступы. Второго ребенка боялась родить, очень с сыном было тяжело. Лежала полтора месяца, две операции пережила. Зато ребенок Стёпка вырос, жениться собирается, будут внуки. Машу Андрей никогда не обижал и не говорил, что счастья не видит, но всё шло к тому, что он мужчина видный и зарабатывать стал хорошо, а в глазах потух интерес. То ли поговорили уже обо всём на свете, то ли нечего рассказывать друг другу стало, но когда Стёпа уехал, жизнь стала молчаливой. Перед компьютером, с телефоном и за столом разговоры были не по душам, а по быту, обязанностям.
А последнее время Мария ощущала еще и одиночество. Свекровь схоронила мужа, и сын её часто навещал. На самом деле он стал отстраненным. Маша думала, что будто вместе с папой умерла его часть души. Ждала, что пройдёт и подумать про такое не могла. А вдруг это правда другая?
Подруга детства Андрея, с которой были связаны многие моменты их жизни, постоянно общалась со свекровью. Они дружили семьями. Называла её Юлька "тётя Катя", по родственному приходила в гости и вряд ли стала бы говорить просто так, чтобы задеть. Юля была клиенткой Марии, на стрижку и окраску приходила раз в месяц, можно было даже назвать её общей подругой семьи.
Хохотушка Юлька очень импонировала Маше. Она казалась безмятежной и веселой женщиной, растила двоих дочерей, любила собственного мужа и никогда не пыталась уязвить.
Но сейчас можно было только пожать плечами и ответить, что она ни о чем не знает.
- Мань, ты меня прости, это не моё дело, но предупреждён, значит, вооружен, правда? Ты последи за Андрюхой, куда его понесло. Я смотрю, вы задерживаетесь до восьми, а то и до девяти вечера в салоне. А он-то в шесть у тебя уже дома. Мало ли. И с утра тоже. Там барышни гуляют по торговому центру. К нему захаживают.
- А она не сказала имя этой возлюбленной? – смутилась Маша. – Как узнала, откуда? И зачем сплетни пускает? Она тебе сама сказала?
- Да! Я удивилась, говорю: «Как, тёть Кать! Он жену любит! Я его знаю прекрасно!» А она так гордо: «Мой сын правильно сделал, что завёл. Я ему счастья хочу, такой стал красивый, нарядный. Такой веселый стал. А у его жены Маньки скоро кончатся счастливые денечки. Ишь, устроилась на шее». Но ты сильно не волнуйся, просто будь в курсе. Я не первый раз от неё слышу всякие истории о том, как Андрей девушкам нравится, да сидит, как сыч дома.
- Наоборот, он совсем не веселый. Отец полгода, как ушел из жизни. Вообще ничего не предвещало, я не замечала никаких других изменений. – расстроилась Маша. – А когда она это тебе рассказала?
- Да пару дней назад. У нас случай был на работе, вот так муж начал тихо гулять, жена ни сном ни духом. А потом она приходит домой - а вещи его все исчезли, на столе записка: «Прости, полюбил другую». Бедная приходила в себя целый месяц, мы её отпаивали, ходили по очереди в обед, чтобы она чего с собой не сделала. Дети ревут, она ревет, увольняться хотела, уезжать. Оказалось, что новая любовь живёт в соседнем подъезде, представляешь? Так он еще благородный, всё оставил жене. Но потом оказалось, это его новая сказала – не тащи в дом барахло, пусть пользуется. Дети всё таки.
- Да, благородно. – прошептала Маша и включила фен, чтобы начать укладку.
- Манюш,- продолжала громче говорить Юля. – Ты не обижайся на меня! Я Андрюху просто лучше всех знаю, лучше матери. Он от тебя без ума был, как ненормальный любил. Но сама знаешь, есть возраст в котором кажется, что ты еще ого-го. Останови его, ведь пожалеет, и как отец его помрёт совсем молодым! Ты же знаешь, что случилось?
Маша выключила фен, открыла окошко, чтобы впустить прохладный воздух и спросила:
- Что?
- Не знаешь? Он целый месяц жил у другой! На старости лет ушел от тёть Кати. Там заболел, а новая женщина позвонила жене, чтобы спросить что делать-то. Она молодая, не знает, чем его можно лечить. Инструкции читает, а там одни противопоказания. Тёть Катя его домой увезла. Бранились, бранились, ему сосем плохо стало, температура высокая. Она его в погреб, чтобы остыл, пока медпомощь ждали. И … сама знаешь, как всё быстро произошло! Андрюха даже не знал, что отец вот так. Ему сказали, что пневмония, в больнице лежит. Не успел даже попрощаться.
- Андрей мне ничего такого не рассказывал.
- Ну вот так. Может, поэтому холодность пошла. Мать-то небось ему наговорила всякого про тебя, ты же знаешь, сколько он к ней ездил поддерживать.
- Возможно, тётя Катя сама виновата, что не помогла своему мужу. Но почему она на меня всю жизнь такая злая?
- Ты далеко не ангел. И с Андрюхой общаешься на людях, как замороженная. Настроение у тебя бывает не очень. Это я так понимаю. А кто знает, что там у тебя внутри. Редко, когда свекровь любит невестку. Главное, чтобы муж любил и клиенты!
- Что мне делать-то? А если это правда?
- Принимать, как есть и постараться вернуть мужа в семью.
- Но если он… жить с этим… Как жить потом с этим?
В этот же вечер Маша торопилась домой, как ненормальная. Она успела на работе уложить себе волосы и сделать макияж, а еще купила себе букет цветов. И заявилась домой с букетом.
Муж встретил в дверях.
- Что ты так запыхалась, бежала?
- Да, бежала.
- Проходи, ужин готов. Я уже поел.
Андрей не спросил, откуда цветы. И не посмотрел на ней.
Маша испугалась еще сильнее.
Есть совершенно не хотелось, хотя она раньше возвращалась очень голодная. Аппетит пропал, сердце сходило с ума, а в голове звучали слова: «Другую нашел».
Медленно сняла куртку, переобулась в тапочки и поёжилась. Что же случилось?
С этим вопросом она и подошла:
- Андрей, что случилось?
– А что не так? - спросил он.
- Мы ужинаем вместе или ты поел?
- Я не дождался. Да какая разница, ты все равно за ужином в телефон смотришь.
- Андрей, я сегодня с Юлькой говорила…
- И что? – спросил он с явно досадой, - Постригла её?
- Да.
- Ну рассказывай, что новенького.
- Андрюш, мне очень плохо. Я сильно переживаю.
- Я тут причем? Или мне уйти, чтобы ты не переживала?
- Куда? – испугалась Маша.
- Куда-нибудь. Охота прогуляться. надоело это всё. Вот тут у меня сидит! – вдруг обозлился муж и вскочил.
Он так шуршал вещами, что Маша подумала всё. Вещи собирает.
Вышел в тёплом свитере и в джинсах, пригладил волосы.
- Я пошел. Пройдусь.
- Андрей, а что тебе надоело? Я?
- Всё. – сказал он, пряча глаза и пошел обуваться.
Сердце, казалось выскочит из груди, но она смолчала. Скандалом горю не поможешь, так бабушка учила. А чем поможешь не научила.
Но что если он прямо сейчас пойдёт к ней? Что если?
Маша дождалась, когда за мужем захлопнется дверь, схватила куртку, надела кроссовки, шапку почти на глаза натянула и тихонько вышла следом.
Андрея она увидела в конце улице уже на перекрёстке, он шел довольно быстро и целенаправленно.
Что же происходит?
В голове всё стучало: «Другая, другая, другая!!!»
Мария почти побежала, хотя казалось, она упадёт в обморок от дикого сердцебиения. Слезы застилали глаза, в животе всё сжалось в тугой комок, а ноги, как будто деревянными стали.
Муж вскоре свернул в магазин, Маша за ним. Он взял тележку и принялся набирать в неё продукты. Подошел к молочному, потом к колбасам, фруктам.
Маша застыла возле входа и наблюдала. Когда муж оказался на кассе, она поспешно вышла из магазина. Стала смотреть в окна издали, из темноты
Андрей долго стоял и улыбался кассиру, молоденькой девушке. Потом они вместе пошли куда-то в магазин, вернулись, она пробила, муж вышел и переложил продукты в пакеты.
С этими двумя пакетами он куда-то направился через дорогу.
Маша вдруг подумала, с какой стати она так унижается? Сорок с лишним лет, а она Бегает за ним, следит, как сыщик. Причем не гениальный, а ревнивый. Куда понёс продукты муж? Явно не домой. Ну выяснила. И что дальше? В квартиру с ним зайти? Показать, как она ничтожно мало знает о нём? Позориться?
Но истерика подтолкнула проследовать дальше, и понять, как ей жить с этим.
И Маша побрела через дорогу, благо, мужа она видела за полкилометра. Пакеты белели, он шел уже не так быстро.
Свернув во двор дома, успела поймать взглядом, как он стоит у подъезда и ждёт, пока откроют.
Маша задумчиво подошла и села на пустую лавочку. Слёз больше не было, они дрожали во всём теле. И онас сама вскоре начала дрожать.
А когда спустя час вышел Андрей, он даже не заметил жену, начал удаляться от подъезда, но потом обернулся. Увидел.
Подошел, присел рядом.
Мария не шевелилась.
- Узнала всё-таки? Ну и что это тебе дало? Идём домой.
Маша отрицательно покачала головой.
- Ты меня тоже пойми. Я так не могу. Достало всё. Еще и этот ребенок, я спать не могу. Рассказала тебе Юлька? Вот... и всё. Так и знал, что расскажет. Придет и всё ты узнаешь. Вот и пришла.... Маш...
Маша не отзывалась. Ей стало холодней, но в груди сильно билось жаркое сердце, которое не собиралось успокаиваться.
- Маш, надо помогать. Просто надо жить дальше, помогать и всё. Что ты молчишь? Скажи, как есть. Ты же сама знаешь, как это бывает, когда ребенок...
- Сколько ей?
- Четыре.
- Четыре? А ... девушке?
- Двадцать два.
- А тебе?
- Что мне? Что мне? Я тебе сказал, что надо второго ребенка, а ты нос отвернула. Неужели ни капли жалости нет?
- Не тебе говорить о жалости.
- Ну да, конечно. Тогда слушай, вот что я тебе скажу. До тех пор, пока ты не примешь решение, я буду ходить к ним по вечерам. Ясно?
Маша вдруг догадалась.
- Там живёт Лера? Та самая?
- Да, там живёт Лера с дочерью.
- Так она же…
- Я тоже думал, что уехала навсегда. Встретил случайно. Родители у Лерки пьющие, она сама не ангел. Но если мать с ней не хочет общаться и помогать, я буду. А ты просто еще раз подумай и скажи. Только не то, что ты мне сказала в прошлый раз.
Лера была дочерью взрослой женщины Светланы Викторовны, продавца, которая работала у Андрея. Светлана Викторовна родила её в сорок шесть лет, и Лера была такой, что Андрей каждый день рассказывал о никчемной девчонке. От которой Светлана Викторовна, как мать, отказалась. Лера с кем только не путалась, потом вроде вышла замуж, официально, не официально - не понятно. А потом они уехали.
- Андрей, я … принять… такую Леру, она же пьёт, гуляет со всеми!
- Она родила. И алименты сама знаешь, какие. В квартире бардак, на бабу Свету забили, не кормят. Компании собираются. Я буду помогать. Лера не пьёт, сейчас не пьёт, я её вытащу из этого болота. Будущего у ребенка никакого, если её оставить с матерью в таком состоянии.
- Так она же уехала! С мужчиной!
- Вернулась, не сложилось. Я же тебе говорил.
- Андрей ты с ней, с этой Лерой…
- Я устал, как собака. Одиноко мне. Сижу один в экран пялюсь. Хотел взять её с девчонкой домой, чтобы Света там хоть жить начала, да ты у меня всю плешь проешь.
- Я? К себе домой?
- Вы там всем кости перемоете, и мне в том числе. Вот что тебе Юлька сказала?
- Что у тебя другая, Андрей.
- И мать туда же. Знает уже? Все, что ли знают? Да у меня другая, что с этого? У меня другая, она мне как дочь. Или ты думаешь, что Лерку в жены собрался брать? А, да что говорить. Я еще и не такое могу.
- Почему ты мне не сказал?
- Я еще ничего не решил! Что тебе говорить?
- Предлагаешь решить мне?
- Делай, что хочешь. Мне уже всё равно! Хочешь - бросай.
- Я иду домой. Соберу твои вещи. Видеть тебя больше не хочу.
- Сыну не говори пока.
- А тебе не всё равно?
Маша тяжело поднялась с лавки, боясь упасть. Еще не хватало. Надо держаться. Надо жить. Надо жить ради сына, ради себя. Если он с такой безобразной девушкой, значит не ценит порядочность и уют.
До последней минуты оставалась надежда, что Андрей помогает с продуктами человеку, с которым у него ничего нет и быть не может. Но Леру Маша прекрасно знала. Пьёт, ведет разгульный образ жизни, младше на двадцать пять лет. Знал её и раньше Андрей.
- Подожди! – крикнул муж вслед. – Если бы меня не застала мать, ты бы даже и не узнала.
- Слава Богу, что застала. Хоть не заразил ничем, - прошептала Маша и побежала домой замерзающая и несчастная.
Андрей пришел спустя час, звонил, стучался требовал впустить, но Маша закрыла дверь на замок изнутри, ключом его не открыть.
Она складывала рубашки, брюки, нашла много новой одежды в пакетах, удивлялась сама себе. Но потом решила, что счастливой семьи больше нет. С семьёй покончено.
Лера когда-то давно, как раз лет пять назад приходила к ним в салон красоты и странно смотрела на Марию. Они перекидывались парой слов про Юльку. Маша её подстригла, посоветовала краску для волос. Взяла недорого. Но теперь она точно знала, что так же просто она могла прийти и к Андрею, раз они знакомы. В любой момент. Андрей работал в торговом центре, в своём офисе по заказу окон и дверей. Это был его бизнес.
- А может и не его. – сказала себе Маша. – Наш. Будем, значит, делить. Я сыну смогу больше помогать деньгами, и сама их использовать. К тому же квартира моя, а у Андрея доля с матерью на двоих. Вот и пусть живут, радуются новой прекрасной невестке. Молодая, с ребенком. Девочка у неё. Боже мой, какой ужас! Почему так всё быстро? В один день разрушилось всё?
Первый день без Андрея прошел хорошо. Маша отвезла его вещи на такси, заплатила таксисту, чтобы помог донести до двери свекрови, позвонила, и услышав шаги, сбежала вниз по лестнице.
А на работе спокойно стригла, ни минуты передышки не было.
Вечером ей стало жутко, половину девятого она добежала до дома и боялась увидеть там Андрея, но свет не горел. Его не было.
А на следующий день он явился. Встретил с работы.
- Ты успокоилась, Маш?
- Я и не волновалась, - сказала Маша, ухлопав несколько капсул успокоительного в обед. – Это тебе надо волноваться. Ты и твоя мама получите половину нашего бизнеса. Будем продавать и делить? Или ты выплатишь мне отступные?
Андрей нахмурился и отвернулся.
- Я вообще-то с примирением. Вернуться к тебе хочу, я же тебя люблю.
Маша отвернулась к окну, чтобы сдержаться и закрыла глаза. Солнце пригрело её тёплыми лучами. И неожиданно захотелось погреться всей. Плечи, руки, живот погреть на солнышке, полежать в шезлонге, умиротворяющий шум прибоя послушать.
А почему нет? У Андрея работа, он не может бросить свое дело, не хочет отдыхать?
Маша улыбнулась.
- А я теперь люблю только сына и маму свою. Позову её в отпуск на море. Тебя из квартиры выписываю, на развод завтра подам, с утра. Клиентов перепишем, кто согласится - к практикантке нашей пойдет, а хозяйка салона у нас сменилась, новая. Сама отдохнуть любит, сколько раз предлагала с ней на недельку поехать. Вот как я хочу жить. Ясно тебе, Андрей? И скажи, мне стоит провериться или ты…
- Маша, все же было нормально у нас. Я тебе не надоедал.
- Так тебе же самому надоело. Никто не держит. Ишь удрал, сокол. Думал я так и буду в незнании жить? Свекрови пришлю коробку конфет и букет за её сплетни. Маша всегда была плохая, не на той ты женился. Вот теперь у её сына хорошая Лера, которую он обязательно спасет от акоголизма.
- Не спасёт, - буркнул муж.
- Спасёт. Ты, главное, ходи каждый день. Она молодая, ей нужно почаще.
- Маш, я никуда не уйду. И хватит меня оскорбительно так... вынуждать.
- Да?
- Да. Это мой дом, я здесь прописан, здесь я буду жить. Хочешь, как соседи – пожалуйста. Мы и так почти не общаемся.
Маша даже представить себе не могла, что такое может быть. Она набрала знакомый номер свекрови и выложила все, что произошло в открытую, сообщив к кому Андрей от неё ушел там пусть и живёт. Потом позвонила маме и предложила отпуск.
Однако, мама не стала слушать о похождениях супруга и сказала:
- Нет. Я с тобой не поеду. Миритесь. И пусть обещает, что больше не совершит такую глупость.
- Тогда я поеду одна.
- Нет. Никуда ты не поедешь.
Маша послушно согласилась, но пошла искать купальник.
- Не уйдешь?
- Не уйду. Машенька, прекрати, ничего не было и не будет. Я только продукты отнёс. Меня достали эти сплетни.
- Как это не было? А что за признания? – возмутилась Маша, - Испугался потерять бизнес? Так нечего было гулять. Теперь до свиданья спокойная жизнь! Дорогой мой, я жила прекрасно, спасибо, но на этом всё.
- Ты будешь плакать, Маша..
- Я в этом не уверена. Это ты будешь плакать!
- Ты пожалеешь.
- Возможно. Но сейчас я жалею только о твоих бесцельно прожитых годах с неправильной женой.
- Подумай, просто подумай, что ты творишь!
- Это совершенно невозможно с тобой разговаривать. А если бы я нашла молодого спившегося сантехника, начала тихо к нему подкатывать, носить продукты... Вот тогда ты мог бы сказать: «Машенька, что ты творишь!» Но в данном случае, я … Я его еще не нашла! Буду искать!
Она стремительно собрала сумку и поехала к Юльке.
- Гостей принимаешь? Я на один день, завтра самолёт. – решительно сказала Маша. – Если не примешь, поеду в гостиницу, но боюсь там мне не с кем будет отметить. Муж дома?
Егор выглянул из детской с бешеными глазами.
- Манька! Пострижешь меня и Димку?
- Постригу, а вы меня пустите на диване переночевать!
- О-о-о-о…. – сказал Егор, но не успел дополнить свое удивление, как выбежал Димка и принялся копаться в телефоне, показывая, какую молнию ему надо выбрить на виске. Следом вылетела Ксюшка и начала вопить, что её стричь не надо, ей только локоны, она хочет быть принцессой.
В такой суете Маша расслабилась, достала инструменты, которые всегда с собой, постелила на кухне разрезанный пакет, поставила табуретку и принялась за стрижку Егора.
- Мань, ты что такая грустная, - не выдержал он, глядя, как Юлька нарезает колбасу, огурцы и ставить бокалы.
- А он уходить не хочет. Думаю, как его законно отправить к молодухе.
- Что, совсем, да?
- Давайте о хорошем. Я выбрала горячий тур, оплатила и лечу уже завтра в Анталью. Прекрасное местечко. За это время поищу адвоката. Имя его при мне не произносить, сплетни можете разносить. только сыну я совершу звонок с курорта, чтобы он не думал о грустном.
- Мань, ты… молодец. А я все думала, говорить тебе или не говорить. Так ведь дойдет, - сказала Юлька разливая напиток, - На держи, веселей будет стричь. Дойдет до тебя, а ты скажешь – Юлька, почему не сказала. Зверюга пушная тебе настанет.
- Ты когда узнала?
- Так она два дня мне мозги канифолила, говорить тебе или не говорить. – проворчал Егор. – Я ей говорю: Молчи, плохому гонцу голова с плеч. С плохой новостью, имею в виду.
- А я уже на стрижку записана. Думаю, пойду и скажу между делом. Видели его, всё время с сумками, ребенка её с сада забирал и в детский мир водил. Штаны покупал тёплые с ботинками. А её водил в поликлинику, там с тётей Катей и столкнулся. Лерка в одежде была, она её не узнала.
- Теперь узнает.
Маша решительно и хорошо отдохнула. Компанию себе нашла, паренька деревенского, Ванюшку. Он тоже по горячему туру полетел, решился. Совсем один. Рассказал, как деньги хорошие начал зарабатывать, получалось у него, а начальник возьми и расскажи про отель. Он так захотел поехать, ждал, ловил, когда цена низкая будет. В пять раз дешевле, чем начальник отдохнул, получилось. Уж они и на горках, и на всех экскурсиях побывали, и шведский стол исключительно долго осваивали. В конце отдыха Ванька девушку нашел, денёк отдохнула от него Мария. А так, как будто с сыном поехала. И всё ему интересно, всё радует. Сувениры вместе выбирали. Фотографировались вместе радостные и фотографии выставляли.
Сыну она позвонила только на пятый день. Довольная, счастливая. А он сидит, пригорюнился
- Мам, что ты меня с собой не взяла. Я тоже хочу.
- Так у тебя сессия. Каникулы начнутся, еще раз полетим! Я на разведку, - нашлась Маша. – И тебя с Наташей возьму.
- С Наташей? Так она вроде не жена… И с кем ты там? С женихом?
- Ты мне это брось! Мальчишка один поехал, сопровождали друг друга, чтобы не потеряться. Так что там с Наташей...
- Не знаю. Что-то мне не по себе после отца. Наверное, сначала квартиру себе куплю, потом женюсь. А то выгонит к тебе, что буду делать?
- Да, сынок. Согласна. Разумное решение. Но раз задумался, значит не уверен.
- Есть такое. Я теперь ни в чем не уверен.
- Милый мой. В жизни всё бывает, и надо просто жить, радоваться и беречь себя, здоровье. Наташа у тебя хорошая девочка. ... Самое главное – солнышко нас греет, ветерок обдувает, птички поют, листочки кислород дают, люди вокруг добрые есть, работа есть.
- А любовь, мам?
- Что есть любовь? Любовь как бабочка. Поймаешь её – машет разноцветными крыльями, щекочет лапками. Не всегда приятно, но удивительно и прекрасно. Отпустишь её, и она улетит. Навсегда. Может и вернется, а может и нет. Ничего не изменилось.
- Всё изменилось.
- Стёпа, ничего плохого не будет. Мы - твои родители. Мы тебя любим. Личности наши не разрушены, жизнь продолжается.
Андрей решительно боролся с поведением Леры, вытаскивал пьяную из кафе, водил в садик её дочь, нанял сиделку бабушке и Лере это не нравилось. Она бросила бабушку Свету, которая когда-то работала у Андрея менеджером и кладовщицей в квартире, укатив с очередным ухажером. Позабыла про дочь. А когда вернулась - квартиру мама Света поменяла, переехала. Андрей пытался стать опекуном девочки, но это удалось только спустя год. Помогла Юля. Хлопотала за него. А мама Андрея радовалась новой невестке недолго. Не больше месяца. Лера заявилась к ней с требованием выдать деньги на оплату коммунальных услуг, потому что Андрей обещал заплатить все долги. Начала скандалить. Ночью заявилась снова, Андрей её еле успокоил, полицией пригрозил.
И тогда свекровь позвонила Марии:
- Дочка, ты только представь! Что твориться! Он же там сгинет! Он же столько сил на помощь, а она... Да и не живёт он с ней, с Леркой этой! На кой он ей нужен! Она с молодыми фестивалит! И на кой она ему такая.... неказистая... фу...
Бабочка-любовь к Маше не вернулась, но что-то изменилось в её отношении к этому случаю. Она и сама не знала, что именно, наверное, спокойствие и гармония вернулись в её жизнь. Семью разрушила не Маша, а взрослый человек, который посчитал, что о таких вещах Маше знать не надо. И принял решение помогать. Она бы тоже помогла, в меру. Но он даже не поделился. А может что и хотел от этой Леры получить кроме благодарности.
Прошло больше года, как Маша совсем успокоилась. Больше по ночам не всхлипывала и не сбрасывала его звонки.
Однажды в субботу утром по привычке пошла в магазин поблизости, а там не было света, касса не работала. И решила прогуляться.
Тот самый магазин, возле которого следила за мужем, был следующим. И надо же было увидеть его там. Он катил тележку, а за руку вел эту дочь Леркину. Олю. В клетчатых штанах, в куртке мальчишеской, еще сын носил, Стёпка.
Маша не успела улизнуть, как она всегда делала, чтобы избежать встречи. Андрей повернулся, помахал и улыбнулся.
- Машка! Ты что же, с самого утра по магазинам ходишь? А у нас молоко закончилось!
Пришлось подойти.
- У меня тоже. Молоко и сыр хочу купить. - пробурчала Маша.
- А я люблю не сыр, а сырок. В шоколаде, - сказала девочка.
- Ну да, я тоже люблю в шоколаде, - неуверенно кивнула Маша, увидев, как криво пострижена челка. Сам что ли стриг?
- Прости, Маш, наверное, я должен извиниться. Мы пойдём, если что. Если тебе неприятно.
- Ничего, мне нормально. Я только думаю, кто стриг ребенка?
- А-а... Так это я. Ну что там такого – челка отросла. Хотели отращивать, чтобы убирать, а она мешает. Маш, а… давайте в кафешке позавтракаем вместе?
- А бабуля? – нахмурилась девочка, - Бабуля нас ждёт. И няня придёт.
- Я няню нашел, хорошая женщина. Со Светланой Викторовной мы живём, но пришлось няню брать. Бабушка, у неё двое внучек, и моя. То есть…
- Да твоя, твоя, - улыбнулась Маша. – Давайте, можно позавтракать. Только сначала отнесите бабушке молоко.
- Она сама не сварит, - сказала Оля, - Мой папа сварит. А вас мой папа мне показывал. Вы мама дяди Степы.
- А Стёпка что, был у вас? - изумилась Маша, - А он когда?
- Приезжал, да. К тебе, потом к нам заходил... Он у нас дядя Стёпа. Только не милиционер, как в книжке. Маш, а может, тогда лучше поужинаем? Ты подумай, ладно?
Маше нужно было хорошенько подумать, прежде чем соглашаться или отказываться. Она моргнула, кивнула и пошла на кассу скорее. Хотела сказать «нет», да в горле что-то помешало. Сама не знала что.
Почему-то защекотало и в носу.
«Наверное, бабочка проклятая» - подумала Маша, пока шла к дому, - «И что с ней делать, отпустить или пусть щекочет мои нервы? Забавно получилось. Постоишь немного рядом и не замечаешь, в какой момент снова начинаешь любить его».
©Алиса Елисеева
Все интересные истории на канале