— Я думаю не о спектакле. Я играю для него. Потому что если я сейчас сдамся... если не выйду на сцену... значит, я не верю, что он выживет. А он должен, слышишь? Должен увидеть, как его сестра играет главную роль! —— Лиза сжала кулон дрожащими пальцами, глядя в зрительный зал, где среди пустых кресел одиноко сидела бабушка.
Лиза стояла перед зеркалом в своей комнате, в сотый раз повторяя монолог главной героини. Старинное трюмо, доставшееся от прабабушки, словно подмигивало ей тусклым вечерним светом.
— "И пусть весь мир подождёт..." — голос слегка дрожал от волнения.
— Лизонька, — бабушка Вера Сергеевна ласково поправила сползающую шаль, — ты слишком торопишься. Помнишь, что я тебе говорила про паузы?
— Помню-помню! — Лиза улыбнулась, машинально теребя кулон на шее — подарок бабушки на 14-летие. — "Пауза — это как вдох перед прыжком в воду".
— Именно! — бабушка подошла ближе, любовно поправляя непослушную прядку светлых волос внучки. — Боже мой, до чего же ты похожа на свою маму в юности! Такие же голубые глаза — будто два неба в них отражаются...
За дверью послышался топот маленьких ног, и в комнату влетел озорной Никита:
— Лиза! Лиза! А можно я тоже буду актёром? — он подбежал к сестре, размахивая игрушечным мечом. — Буду играть рыцаря! Или пирата! Заколю кого-нибудь дракона или великана! Ух, получай!
— Ну конечно, будешь, мой маленький рыцарь! — рассмеялась Лиза, подхватывая брата на руки. — Только сначала вырасти немножко.
— А я уже вырос! — надулся Никита. — Вон, мама говорит, я уже совсем большой!
— Такой большой, что гуляешь без шапки? — в дверях появилась обеспокоенная мама, Елена Андреевна. В белом халате, видимо, только что вернулась с дежурства в больнице.
— Ма-а-ам, — протянул Никита, — ну какая шапка? Я же не маленький!
— Вот именно поэтому, — мама нахмурилась, — ты теперь чихаешь и температуришь. А ну-ка, марш в постель!
Лиза заметила тревогу в глазах матери. Что-то было не так.
— Мам, — она подошла ближе, — всё в порядке?
Елена Андреевна переглянулась с Верой Сергеевной:
— Никита, солнышко, иди пока к себе. Бабушка сейчас придёт сказку расскажет.
Когда за мальчиком закрылась дверь, мама тяжело опустилась на краешек Лизиной кровати:
— У Никиты, похоже, начинается воспаление лёгких. Нужно срочно в больницу.
— Что?! — у Лизы внутри всё оборвалось. — Но... но как же... Он же просто простудился!
— Нет. К сожалению, на этот раз всё, похоже, гораздо серьёзней, — мама устало потёрла переносицу. — Завтра с утра повезу его в стационар.
— А как же спектакль? — тихо спросила Лиза. — Вы же обещали все прийти...
— Папа постарается прийти, — мама через силу улыбнулась. — А я... прости, солнышко. Не получится, твоему брату нужна помощь.
Вера Сергеевна подошла к внучке, крепко обняла за плечи:
— Не переживай так, Лизонька. Я обязательно буду. И папа придёт. А Никитушка поправится, и мы ему потом устроим персональный показ!
Лиза кивнула, чувствуя, как предательски щиплет в глазах. Она так мечтала об этом дне! Впервые вся семья должна была увидеть её на сцене...
— Иди к нему, — тихо сказала она маме. — Он наверное ждёт сказку.
Оставшись одна, Лиза подошла к окну. За стеклом кружился февральский снег — такой же, как три дня назад, когда они с Никитой и друзьями играли во дворе в снежки. Кто же знал, что эти зимние забавы обернутся бедой?
— Господи, — прошептала она, сжимая кулон, — пусть братик поправится! Пусть всё будет хорошо...
А в соседней комнате бабушка рассказывала Никите сказку, и её тихий, спокойный голос, казалось, прогонял все тревоги. Но Лиза уже знала — завтра начнётся совсем другая история. И это будет совсем не сказка.
*****
Утро выдалось серым и промозглым. Лиза проснулась от приглушённых голосов в коридоре — мама собирала Никиту в больницу.
— Лизка! — в комнату просунулась взъерошенная голова брата. — Ты спишь что ли?
— Уже нет, — она села на кровати, пытаясь спросонья улыбнуться. — Иди сюда, маленький.
Никита забрался к ней под одеяло, прижался горячим лбом к плечу. От его пижамки пахло детским кремом и почему-то васильками — любимыми Лизиными цветами, которые они с бабушкой каждое лето собирали на даче.
— Я не хочу в больницу, — пробормотал он. — Там страшно. И противные уколы...
У Лизы защемило сердце. Её маленький храбрый рыцарь, который вчера ещё размахивал игрушечным мечом, сейчас казался таким беззащитным. Казалось, его бил озноб.
— Знаешь что? — она порылась в тумбочке и достала потрёпанную тетрадь. — Это мой дневник ролей. Я записываю сюда все свои выступления. Хочешь, возьми с собой? Будешь читать и представлять, как я играю на сцене.
Никитины глаза загорелись:
— Правда можно? А там есть про пиратов?
— Есть даже про космических пиратов! — Лиза потрепала его по макушке. — Только обещай беречь, ладно?
— Никита! Ты куда подевался? — раздался мамин голос. — Нам пора! Папа внизу ждет в машине.
Брат крепко обнял сестру:
— Ты только не плачь, — прошептал он ей на ухо. — Я быстро поправлюсь и приду на твой спектакль!
Когда за мамой и Никитой закрылась дверь, Лиза ещё долго сидела на кровати, прижимая к груди подушку, хранившую тепло братишки. На глаза наворачивались слёзы, но она сдерживалась — обещала же не плакать.
— Внученька, — бабушка присела рядом, — давай я тебе косу заплету, как в детстве? Помнишь, как мы с тобой по утрам...
Она не договорила — Лиза уткнулась ей в плечо и разрыдалась:
— Бабуль, мне так страшно! Вдруг с ним что-то случится? Я не переживу, если...
— Тш-ш-ш, — Вера Сергеевна гладила её по голове. — Всё будет хорошо, родная. Никитушка у нас сильный, он справится.
— Знаешь, — Лиза подняла заплаканное лицо, — я ведь специально для него готовила сюрприз. Там есть сцена, где моя героиня говорит о любви к младшему брату... Я так хотела, чтобы он услышал!
Бабушка достала из кармана халата старую фотографию:
— Посмотри, — она протянула снимок внучке. — Это твоя мама в больнице, когда ей было семь. У неё тоже было воспаление лёгких, и тоже перед самым школьным концертом.
На пожелтевшем снимке маленькая девочка с забинтованным горлом улыбалась из больничной кровати.
— И она тоже выздоровела? — Лиза вытерла слёзы.
— Конечно! — бабушка поцеловала её в макушку. — А через неделю спела на концерте лучше всех. Потому что знала — дома её ждут и в неё верят.
В школе Лиза не могла сосредоточиться. На репетиции всё валилось из рук, реплики путались. Даже любимая учительница литературы, Марина Александровна, заметила её состояние.
— Лиза, задержись на минутку, — попросила она после урока.
В пустом классе почему-то особенно остро чувствовалось одиночество.
— Я всё знаю, — учительница присела рядом. — Твоя бабушка позвонила, рассказала про Никиту.
— Простите, — Лиза опустила голову. — Я сегодня такая рассеянная...
— Знаешь, — Марина Александровна достала телефон, — я завтра сниму на телефон твоё выступление. От первой до последней минуты. И мы обязательно покажем его Никите, как только он пойдёт на поправку.
Лиза сжала кулон — единственную ниточку, связывающую её сейчас с братом:
— Спасибо... А можно я сегодня пропущу репетицию? Хочу съездить к нему в больницу.
— Конечно, — учительница улыбнулась. — Передай ему, что мы все ждём его возвращения.
По дороге в больницу Лиза думала о том, что завтра будет играть не просто роль. Она будет играть для Никиты. И пусть его не будет в зале — она всё равно почувствует его присутствие. Ведь настоящая любовь не знает расстояний. Вот только она и представить не могла, что в день спектакля с Никитой произойдёт беда. Читать дальше...