Начало тут:
— Просыпайся! Ну же! – кто-то тряс ее за плечи, пытаясь вырвать из кошмара.
Глафира нехотя открыла глаза и снова закрыла, свет бил прямо в глаза. Над ней склонилась испуганная бабушка и мать. Мама накануне приехала из города, чтобы забрать дочь домой. Предлог, конечно, был убедительный, только Глаша понимала, что мать попросту сбежала от свекрови.
— Дочь! Так больше не может продолжаться! Ты которую ночь толком не спишь, просыпаешься от кошмаров. – мама выглядела озабоченной. – вернемся в город, сразу к врачу пойдем.
— Никуда я не пойду. Это Машка, она все пытается показать, кто ее... — Глафира замолчала и отвела взгляд, она так и не могла произнести это страшное слово.
— Ложись, а я с тобой посижу. – предложила мать девушки.
Глаша задремала, а мама гладила ее по волосам погрузившись свои мысли. Вера, мать Глаши, совсем не хотела возвращаться в город. И дело было не только в свекрови, хотя она немало крови у невестки выпила. Город Веру душил, не давал нормально жить, но ради дочери она терпела. Но была и другая причина, которая держала ее в городе. Сейчас, вернувшись на время в родной дом, женщина отчаянно хотела остаться. Все таки она по натуре не городской житель.
Утром Глаша пришла на кухню, где мама и бабушка о чем то оживленно спорили и тотчас замолчали, едва девушка вошла.
— Детка, как ты? — спросила Вера.
— Нормально мам, нормально. Может еще раз бабе Еле сходить за травами?
— Нет. Дочь, ты же понимаешь, что это игра подсознания и воображения. Да, Машу убил негодяй и его обязательно поймают, а ты должна перестать об этом думать. – мать разговаривала с ней строго. – поняла?
— Мам, ты ведь..., — начала было Глаша.
— Ты мать слушайся, она тебе добра хочет. А душегуба поймают конечно.
— Как тогда? Много лет назад?
Бабушка и мама мгновенно замолчали и побледнели так, словно из них всю кровь выкачали. Глафира внимательно наблюдала за реакцией родственниц.
— О чем ты? – спокойно спросила Вера. Она старалась, чтобы голос не дрожал.
— Это ты мне мама расскажи. – так же спокойно ответила Глаша. – мне во сне так и сказали – спроси у матери. Вот и спрашиваю. Что произошло много лет назад?
Женщины молчали, не решаясь начать разговор. Бабушка Глаши с тяжелым вздохом встала и вышла из кухни, а Вера вдруг начала суетится, доставать продукты, как будто готовить собралась. Глафира в недоумении смотрела на поведение матери и бабушки. По правде говоря, ей во сне никто ничего не говорил, лишь Машка о беде предупреждала. Но отчего-то девушка была уверена, мать и бабушка, что знают.
— Глаш, иди помоги бабушке по огороду, потом в курятник сходи да яиц принеси. – распорядилась Вера, сделав вид, что дочь не задавала вопроса.
Глафира молча выполнила просьбу матери, помогла бабушке, потом сходила в магазин. Возвращаясь из магазина, услышала, как мать и бабушка говорят на повышенных тонах.
— Она все равно узнает! Кто-нибудь да ляпнет, ты же это понимаешь Вера! – громко говорила бабушка. – лучше сама расскажи, как оно есть. Как помнишь ты. А то ведь такого могут приплести, мама не горюй!
— Боюсь! Как начинаю об этом думать, мороз по коже пробирает. — ответила Вера.
— О чем мама? – спросила Глафира, появлялась за спиной Веры.
— Глаша! Ты подслушивала? – возмутилась женщина.
— Не такой уж большой грех. Говори мама, — мягко, но настойчиво попросила Глафира.
— Хорошо, точнее ничего хорошего в этой истории нет. – тяжело вздохнув, Вера начала рассказ.
***
Три подружки — хохотушки Марина, Ира и Вера с детства были не разлей вода. Их матери вместе работали, жили в материальном плане одинаково, не хуже других. Да, деликатесов не было, но были одеты, накормлены. Деревня у них большая, на тот момент имелась школа, детский сад и даже библиотека. Все друг друга знали, любое происшествие сразу становилось достоянием общественности.
Девочки хорошо учились в школе и задумывались о поступлении в город. Марина мечтала стать ветеринаром и потом лечить на местной ферме животных. У Иры в мечтах был медицинский университет, хотела стать хирургом и усиленно налегала на учебу. В те времена поступить сразу шансов у них было мало, но имелся запасной вариант. Если поступить в техникум, потом пойти на предприятие и отработать положенный срок, то путь к мечте становился проще – можно было поступить от предприятия, как рабочая молодежь. В общем девчонки все продумали, оставалось сдать школьные экзамены. Вера особо не хотела уезжать из родной деревни и собиралась поступать в педагогический.
И вот, последние экзамены сданы на отлично, отгремел выпускной и пришла пора подавать документы в учебные заведения. Хотя подруги поступали в разные учебные заведения, жили вместе в одной комнате у знакомых в городе. Экзамены успешно сданы, впереди месяц свободы перед учебой и взрослой жизнью. Девушки решили вернуться в деревню до начала занятий.
Лето в тот год выдалось очень жарким, дождей не было уже месяц и земля напоминала камень. Ждать автобус до деревни подруги не стали, он ходил либо рано утром, либо вечером, а они, как водится, проспали. Проходящий автобус оставил пассажирок на остановке на дороге, им оставалось немного пройти, срезав путь. Многие деревенские так делали. Да и в тот день с ними вышли трое – две женщины и мужчина. Пока девчонки не спеша шли болтая, все ушли вперед.
Время подошло к полудню, жарило неимоверно, воды у них не было. Едва вошли в лес, сразу стало легче и веселей.
— Слушайте, а пойдем воды у родника напьёмся, а то идти еще сколько, жара жуткая, — предложила Марина.
— А ты помнишь, как туда идти?
— Родник рядом совсем, слышишь? – все трое замолчали прислушиваясь.
И впрямь, где-то совсем рядом журчала вода. Буквально через пять минут они вышли к роднику. Родник бил прямо из-под земли, вода ледяная и вкусная. Девчонки напились, умылись и сели немного передохнуть. Внезапно резко потемнело, небо заволокло тучами, поднимался сильный ветер.
— Девчонки, бежим, сейчас как ливанет! – Марина подхватила сандалии и босиком побежала между деревьев.
— Да, бабуля всегда говорит, когда такое пекло, обязательно страшная гроза будет. – на бегу проговорила Вера
— Мы не успеем домой!
— А куда? Тут останемся?
Первая тяжелая капля упала на землю, а следом хлынул поток ледяной воды. Девушки промокли моментально. Ливень и ветер практически не давали идти. Вода застилала глаза, а ветер сбивал с ног. Но хуже было то, что сильные порывы ветра вырывали деревья с корнем, что было опасно.
Вдруг Ира резко свернула с тропинки и почти бегом устремилась к стоящему на отшибе дому. Все сразу поняли куда она идет. На хуторе жила теть Зоя, женщина не старая, но не в себе. Говорили, что был у нее муж и сын. Жили они обособленно на хуторе, ни с кем не общались. Уж что произошло с разумом Зои, местные кумушки только сплетничали, доподлинно не знал никто. Муж ее Федор пропал, вроде на охоту ушел и сгинул. Про сына говорили, в город подался и к матери не ездит. Зоя хоть и с причудами, но смирная, не буйная, сама себя обслуживала.
Дома и постройки выглядели заброшенными и унылыми, навевая тоску. Дорогу размыло сильными потоками воды и девчонки едва не падали, пробираясь к дому. На первый взгляд дом выглядел необитаемым и жутким. Марина поднялась на крыльцо и громко постучала. На стук никто не открыл, и девушка толкнула дверь, которая оказалась не запертой.
— Хозяйка! Кто-нибудь есть дома? – громко позвала Марина, она шла первой. Никто не ответил. – останемся тут, переждем бурю.
— Да, если что – объясним. Честно говоря, кажется, тут никого нет не первый день. – проговорила Ира, осматривая самодельные полки с книгами. – а книги то какие! Ни разу таких не видела.
— Неприлично копаться в чужих вещах. – заметила Вера.
— Ой, да ладно, здесь все равно никого нет.
В этот момент, где в глубине дома что-то упало со звоном и девчонки разом замолчали. Они прокрались в ту комнату и кроме открытого окна никого не нашли. От сильного порыва ветра створка распахнулась, ударилась о стену и разбилось.
Они устроились на кухне за столом у окна, за котором стихия только сильней разбушевалась. В кухне был люк в подпол, спрятанный под половик. Такие подполы были у всех в деревне, обычно в них хранили съестные запасы.
Стук...стук...стук...
Как будто кто-то стучал в подполе по потолку, который был полом в кухне. Девчонки испуганно замерли переглядываясь. Звук повторился, только громче. Марина встала, рывком сдернула половик и открыла люк.
— Фу! – сморщилась девушка. К ней подошли Вера с Ирой. Вниз вела крепкая лесенка. Первой пошла Ира, за ней Марина и Вера шла последней.
Марина налетела на подругу в темноте, потому как та остановилась и на что-то смотрела.
— Ой мама! – чуть не взвыла Марина – надо уходить отсюда.
— Ты погоду видела? – вдруг сказала Вера, глядя туда же, куда и подруги. – да нас если не деревом пришибет, то молния убьет. Пусть уляжется немного, а то мы не дойдем.
— Вер, ты в своем уме? Я здесь не останусь! — сорвалась на крик Ира.
— Ты боишься, что ли? Как будто первый раз покойника видишь!
— Повешенного – впервые, — ответила Марина. – ладно, что спорить, пошли отсюда. Не пойму только, что стучало.
— Хм, тебя только это интересует?
Всем стало не по себе, и хоть они с ранних лет сталкивались со смертью, видеть ее так близко не доводилось. За окном совсем стемнело, ветер завывал в трубе и девчонки совсем приуныли – видно ночевать им в этом доме.
Ира нашла огарок свечи и лампу, в которой плескался керосин. Спички лежали тут же, рядом с печкой. Электричества здесь не было, так же как и холодильника, а готовили на газовом баллоне. При свете лампы и свечей стало не так жутко.
— А кто-нибудь ее знал?
— Я – нет, мать вроде знакома с ней.
— Слышала как то, что у нее сын был. Того...
— Чего того? – не поняла Марина
— Ну с приветом. – ответила Вера.
Мариан не успела ответить, как снова послышался стук. Только теперь он доносился за дверью, под полом, в окно, как будто сразу несколько человек стучат, да так громко. Ира не выдержала и заплакала.
— Прекратите! – грохот только усилился и продолжался несколько минут.
Вдруг все прекратилось, стихло. Стало так тихо, что слышно, как шуршат мыши. Марина испуганно вскрикнула и вскочила.
— Ты чего?
— Та кто-то был.
— Где?
— Прямо перед окном. Молния осветила какого то мужика.
— Во! Тебе уже мужики мерещатся, — засмеялась Вера.
— Не смешно. – она надулась и вышла из кухни. Из комнаты послышался шум, словно что-то уронили, топот и снова все стихло.
Ира и Вера испуганно схватили друг друга за руки и уставились на дверной проем. Лампа отбрасывала причудливые тени и на мгновение Вере показалось, что там стоит старуха из подпола. Но нет, к ним из темноты шагнул зверь. Нет, это был человек, хотя в это трудно поверить. Они закричали от страха, только их крик перекрыл грохот грома на улице. Монстр сделал шаг.
... Раскат грома, молнии...и оглушающая тишина...в глазах застыл вечный ужас....
Вера брела, глядя прямо перед собой, не обращая внимания на дождь, воду, стекающую по телу. Девушка была почти полностью раздета, сильно изувечена. Пустой взгляд говорил о страшной трагедии.
Нашли ее на шоссе, как она туда попала остаться загадкой, сама она ничего не говорила.
Вера не реагировала ни на кого, она словно застыла в жутком молчании. Врачи сыпали умными терминами, только толку от этого было ноль. Девушка не то, что рассказать что-то, она даже на имя не отзывалась. После продолжительного лечения Вера не вернулась в деревню, а постаралась обо всем забыть. И у нее получилось. Получила профессию, вышла замуж за городского и крайне редко появлялась в деревне. Пока не родилась Глафира, Вера надолго не оставалась у матери. С годами страх вроде отпустил. Женщина научилась загонять страшные воспоминания в самый дальний угол памяти и молчать. Ей все равно никто не поверил бы.
Тело Марины нашли в дальней комнате, ее словно мясник выпотрошил. Иру нашли в кухне на полу. А в том подполе нашли хозяйку хутора, она наложила на себя руки и висела не первый день. Больше в доме на тот момент не было.
О страшной истории постарались забыть и не вспоминать в деревне. Убийцу не нашли или не хотели искать, ведь в нашей стране не маньяков. Нет, искали конечно, только ничего и никого не нашли.
***
— Вот такая история дочь. – горестно проговорила Вера. – я иногда закрываю глаза и снова вижу тот дом, подпол и ноги, не достающие до пола. Поднимаю глаза – а она висит и улыбается. Так что я тоже вижу кошмары.
Глафира молча обняла мать, думая о том ужасе, который она пережила.
— Мам, но ты ведь кого то подозревала, когда память вернулась?
— Да, я всегда думала на мужа той женщины. Кем бы он ни был, этот зверь снова вернулся в наши края.
— Ты права, — задумчиво проворила девушка. – мне кажется, Машка была аперитивом.
— Тьфу на тебя!
— Знаешь мам, мне кажется, тот стук, который вы тогда слышали – это было предупреждение. Вас предупредили – бегите! Но вы не поняли.
— Возможно, чего уж там... — Вера со вздохом обняла дочь. – твой отец не знает об этой истории и надеюсь не узнает. Ты же знаешь свою бабушку, не дай Бог узнает о больнице!
— Нема как рыба!
Остаток дня пролетел незаметно в хлопотах и заботах по дому. Вера иногда задумчиво останавливалась и задумчиво смотрела в одну точку. Вспоминая. Она, как и ее дочь, хотела увидеть лицо зверя.
Поужинав, Вера с матерью устроились на веранде, разговаривая. Глаша сказала, что очень устала и ушла спать, закрыв двери. Девушка знала, что ни мать, ни бабушка не полезут к ней в спальню, поэтому совершенно спокойно сделала куклу из подушек, укрыла ее одеялом и вылезла в окно. Уже через десять минут, Глаша неслась по дороге к старому хутору.
Она и сама не знала, что хочет там найти, просто была уверена – там все ответы. На подходе к дому, девушка заметила огонек в окне, который метался в темноте, словно кто-то перемещался по комнате. Интересно, кто еще такой любопытный.
Глаша прокралась к окну и встала на цыпочки, чтобы лучше рассмотреть происходящее. И вдруг в испуге отпрянула, не веря своим глазам. Пока она приходила в себя от изумления, огонек погас. Ее заметили.
— Привет, красавица! – прошипел кто-то на ухо, больно выкручивая ей руку. — подсматривать не хорошо. Ты в курсе?
— Воровать тоже плохо! – выпалила она.
— А кто ворует? Я то у себя дома. Да и что там воровать? Пожелтевшие бумажки или хрустальные бабкины рюмки? Не смеши! — Егор неприятно рассмеялся. Он потащил. Глашу за собой, хоть она и сопротивлялась. – пойдем ка со мной. Любопытной Варваре то бишь Глаше, на базаре нос оторвали...вот сейчас и исполним. Нос оторвем. Хочешь?
Глаша испугавшись не на шутку закричала так, что у самой заложило уши. Мужчина коротко ударил ее в области шеи и девушка обмякла.
— Впрочем можешь орать, тебя тут все равно никто не услышит... — он деловито связывал руки и ноги девушки.
Глаша пришла в себя и тихонько заскулила от страха. Вот он перед ней – зверь. Это был Егор, помощник участкового, тот самый, который им помогал. Тот самый, который провожал пару раз. Глашу с танцев, еще до всех событий. Егор ведь ей даже нравился, да он многим нравился.
И вот сейчас, когда Глаша лежала на грязном полу дома, где провел детство Егор, картинка связалась. На секунду ей показалось, что она всегда знала ответ. Ей вспомнились слова матери, когда Егор недавно к ним заходил.
«Он на кого то очень похож, я как будто знаю его и в то же время нет. Может я знала его родителей? Нужно спросить, просто интересно.»
Знакомое лицо...ну конечно...ведь ее мать тогда видела лицо его папаши, а может и сам Егор там был, ребенком. Мог все видеть. Вот и знакомое лицо.
— Смотрю, догадалась – он рывком поднял девушку и посадил на стул. —ты скоро составишь компанию подружке на том свете, ну а в качестве нового места жительства – там уже лежит одна, так что скучно не будет.
— Ты гребаный псих! Тебе лечится надо!
— Оскорблять не нужно. У тебя не так много времени, проведи его с пользой. – посоветовал он и вышел.
Глаша лежа на полу, ругала себя за глупость и молила о помощи. Внезапно она почувствовала, как доски под ее телом завибрировали, она испугано попыталась отшатнуться. Воздух стал плотным, появился странный знакомый запах. Фиалки! Так пахнут фиалки ранней весной. Девушка подумала, что у нее от страха начались галлюцинации. Глафира увидела вдруг то, чего не могло быть в принципе – прямо перед ней на корточках сидела ... Машка...
— Ну вот, горе ты мое луковое, опять придется тебя спасать. – пробурчала Машка. – ничего не бойся, я всегда рядом.
Глафира беззвучно плакала, горячие слезы падали прямо на грязные половицы. Маша ласково улыбнулась и показала знак – молчи. Подруга встала у громоздкого шкафа и открыла дверцу...оттуда вышла женщина с темной полосой на шее. Глаша поняла, что это хозяйка, та самая, которую нашла Вера с подругами. Тут же, на глазах Глафиры появились из ниоткуда ещё двое. Марина и Ира.
Девушка уже даже не удивлялась тому, что видела. Услышав шаги Егора, она занервничала. Зверь шел за добычей. Это не была обычная охота, это была вынужденная мера. Слишком многое поняла эта девчонка.
Егор сразу понял – что не так, почуял опасность. Он резко развернулся и дико закричал...он увидел свою мать.
— Тебя нет...ты мертва, ты плод моего воображения. — по слогам проговорил мужчина.
— Сынок! За что ты так со мной? — прошамкала гниющим ртом его мать.
—Уйди! – завизжал он. В этот момент появилась Марина с Ирой.
Егор упал на землю, кричал не переставая, пока не охрип. Покойницы сгрудились над ним, словно ожидая чего-то. Мужчина лежал на полу с закрытыми глазами и просто мычал что-то не членораздельное. Он боялся. Впервые в жизни боялся открыть глаза и снова увидеть ее. Он не боялся смерти, он сам приносил ее. Его душил страх неизведанного, того, что за гранью. А его мать вернулась оттуда...
—Уууууууу. —он выл как раненый зверь, в голове стучало. Ему даже не нужно было открывать глаза – они все стояли перед ним. Вдруг хлопок – и все пропали, остался лишь запах озона.
Внезапно входная дверь с грохотом распахнулась, едва не слетев с петель. В дом ворвался участковый с парой мужиков, следом бежала Вера.
— Мама! – заревела Глафира.
Вера помогла освободиться дочери, обняла ее, стараясь утешить. Егора вытащили из дома и увезли в город.
Оказалось, что Вера захотела просто проверить дочь, ну и нашла подушки. Она мгновенно поняла куда, направилась ее Глаша, и как была в халате, побежала к участковому. Тот, выслушав сбивчивый рассказ Веры прихватил с собой пару знакомых мужиков отправились на хутор.
Много позже, когда Глаша с Верой однажды приехали в деревню в гости, к ним зашел участковый и поведал кое-какие детали.
***
Отец Федор и сын Егор, два зверя. Промышлял папаша давно и не только в округе. В принципе в округе он старался не гадить, помня пословицу. Один раз не сдержался, когда увидел молодых и красивых девчонок, жизнь в которых так и бурлила. Тогда впервые он просчитался, и одна выжила. Помешала им добить девушку, как ни странно, мать и жена извергов. Зоя. Женщина годами сносила побои и издевательства, молчала и боялась. Ее запугали так, что она никогда бы не выдала мужа. Она никому не говорила, что происходило на хуторе и однажды решилась. Она нашла выход из своей ситуации. В тот день, зверь впервые заплакал.
Когда все произошло, искали девушек, хутор не обыскивали, тем более у них у самих горе случилось – внезапно умерла мать семейства. По словам главы семьи Зоя не проснулась утром, видно сердце. Его самого в тот день якобы дома не было. На похороны особо никто не пришел, ведь они ни с кем не знались, гроб был закрытым. Вера на тот момент ничего сказать не могла. Ну а потом папаша с сыном исчезли, уехали на заработки и сгинули на просторах Родины.
А спустя годы в деревне появился мужчина отдаленно похож на Федора по имени ... Егор. Вот только фамилия у него была другая и биография тоже. Даже если кто и заметил сходство, то не придал ему значения.
Егор возмужал, был начитанным, умным и производил прекрасное впечатление на окружающих. Он со всеми был в отличных отношениях, всем помогал. Мужчине так доверяли, что он стал для всех своим. Волк среди овец.
Машку он приметил давно, но все никак не мог к ней подобраться. Хотя отец учил не гадить в своем гнезде. Совершив злодеяние, он со всеми ходил ее искать, успокаивал бабушку. Когда понял, что Глаша, что-то знает, решил уехать подальше, но не успел.
Вера с подругами пришли в их дом за помощью, а нашли зло. Егор хоть и маленьким был, но все помнил и помогал отцу. Кстати, мальчишка видел, как мать умирала. Мать ему было жалко, даже у людоедов есть матери.
За время следствия выяснились леденящие душу подробности. Доказанных эпизодов было несколько, Мария была одной из многих. С отца Егора уже не спросишь, он мертв. Сам или сынок помог, уже не установить.
Егор умер еще до суда, в клинике, когда проходил экспертизу. Утром нашли в кровати с выражением дикого ужаса на лице. Все таки ему удалось сбежать...
***
Глафира сменила ВУЗ, и после многих лет учебы и практики, она стала патологоанатомом, а еще через несколько лет стала судебным экспертом. Спустя годы ее стали называть – Королева мертвых. Поговаривали, что она видит то, что не доступно другим и мертвые рассказывают ей свои секреты. Возможно так оно и есть...
Старый хутор давно снесли, там лишь луг и в грозу появляются призраки. Ходят слухи, что это те убиенные девушки, жертвы маньяка. Каждый год Глафира с мамой специально приезжают туда, чтобы вспомнить своих подруг, у которых не будет будущего. Они навсегда останутся юными...