Глава 64
– Стоять! – закричал Миша, но было слишком поздно. Он вместе с Велесовым прыгнул в полицейскую машину, теперь с длинной вмятиной по пассажирской стороне, где её задела бампером убегающая иномарка, и погнались за ней.
Они настигали её, когда автомобиль достиг главной дороги, резко повернув налево. Послышался визг шин, и иномарка чуть не врезалась в приближающийся пикап. Оба водителя резко вильнули, чтобы избежать столкновения, но беглец перестарался и потерял контроль. Его тачка слетела с дороги в кювет, и снова раздался звук сминаемого металла, но на этот раз удар пришёлся на дерево. Иномарка влепилась в громадную сосну и задымила пробитым радиатором.
Велесов быстро притормозил у обочины. Он схватил огнетушитель, пока Миша вызывал «Скорую помощь». Если водитель иномарки выжил после такого мощного удара, ему наверняка понадобится медицинская помощь, поскольку даже подушка безопасности не гарантирует выживание в таких обстоятельствах.
Второй полицейский подъехал сзади, выпрыгивая из машины Тропилина. Все трое подошли к разбитой иномарке, держа оружие наготове. Пар валил из-под разбитого капота. Фигура незнакомца безвольно свисала с руля. Миша осторожно просунул руку через разбитое лобовое стекло, дотронулся до шеи беглеца. Пульс был, но вытащить водителя из машины будет непросто.
Пикап, в который чуть не врезалась иномарка, стоял на дальней обочине. Миша подал знак полицейским оставаться у разбитой машины и пошёл обратно к автомагистрали, желая уберечь свидетелей от опасности. Он был удивлён, увидев, как из пикапа вылезает Игорь.
– Миша? Что, чёрт возьми, происходит? – спросил он, узнав француза.
Миша не мог поверить. Он даже рассмеялся.
– Так это был ты?! Тот самый человек, кого этот балбес чуть не сбил, вылетев на дорогу?
– Лев позвонил мне, сказал, что Юля, возможно, пропала. Я был на полпути домой, но развернулся. Боже… скажи мне, что я не знаю никого в той машине, – сказал он, указывая на разбитую иномарку.
– Неотложка на подходе. Я не знаю, кто он, и вижу только одного парня в машине. Он в плохом состоянии. Возможно, кто-то, кого знает Юля.
Брови Игоря взлетели вверх.
– А Юля?
– Мы нашли её, – заверил его Миша. – И я думаю, она в порядке, хотя у неё, возможно, большая шишка на голове.
Лицо Игоря ожесточилось.
– Этот урод навредил ей?
Миша поднял руки.
– Подожди, дружище. Ты знаешь, что я не могу позволить тебе спуститься туда. Мы разберёмся, что происходит, обещаю. Я думаю, это, вероятно, тот парень, которого участковый Тропилин нашёл в том маленьком домике, который Кира так и не довела до ума.
Игорь посмотрел на него резко.
– Домик, где…
– Где вы с отцом нашли её фото, да. Юля тоже была там. Мы получим ответы. Почему бы тебе не позволить нам разобраться с этим и не вернуться на базу? Проверь, как они там.
– Да, хорошо. Сказать им, что вы поймали того козла?
– Ну, я не могу быть уверен на сто процентов, но похоже на то.
Приближались сирены.
– Пожалуй, я передумал, – сказал Миша. – Почему бы тебе не подождать минутку? Этим парням из полиции нужно будет последовать за «Скорой», я же хочу вернуться на базу. Можно прокатиться с тобой?
Спасательная бригада вырезала водителя из разбитой машины и погрузила его в «неотложку». Он был без сознания и быстро терял кровь. Приехал эвакуатор, чтобы забрать машину. Её будут обыскивать на предмет улик, но это может подождать до утра.
Игорь и Миша нашли всех в главном доме. Велесов позвонил раньше, чтобы сообщить участковому Тропилину об аварии, и поскольку парень за рулём был в чёрном плаще, похоже, они поймали кого требовалось. Григорий Иванович позволил всем вернуться в главное здание вместо того, чтобы ждать в старом затхлом домике. Юля, Кира и Глаша ждали в одной из спален. Участковый не хотел, чтобы девушки разговаривали с кем-либо, пока Миша не вернётся. Поскольку ему предстояло в будущем работать в тесной связке с местным УВД, Тропилин хотел, чтобы Миша участвовал во всех частях расследования.
Были споры о том, следует ли отвезти Юлю в больницу, но она всё ещё была травмирована инцидентом в университете и настаивала, что ей не нужно проверяться. В качестве компромисса Тропилин позвонил другу-врачу, чтобы тот осмотрел её. Если доктор решит, что ей нужно обследоваться, больше не будет споров. Григорию Ивановичу тоже нужно было провериться.
***
Я ни за что не собиралась оставлять Юлю одну, поэтому мне разрешили подождать с девочками. Костя был обеспокоен, так как Глаша явно была расстроена, но она ещё ничего не сказала. Он ждал вместе со всеми остальными. С разрешения Миши Игорь убедил остальных членов нашей семьи отправиться спать. Семья Вали проведёт ночь в домике №1, как и планировалось, а родители в домике №2. Вместо того чтобы пачкать третий домик, Итан останется в большом доме. Миша убедил Костю вернуться в их хижину – Глашу нужно было допросить о её роли в сегодняшнем происшествии, и Миша пообещал лично проводить её позже. Завтра мы, вероятно, узнаем больше о том, что произошло, но пока семья в безопасности. Это самое главное.
После того как большой дом почти опустел, Миша предложил подняться в библиотеку, где было уютнее, чтобы обсудить события вечера. Я улыбнулась ему в знак благодарности, и он быстро сжал мою руку, когда я следовала за Глашей и Юлей из маленькой спальни. Надеясь разрядить обстановку, любимый прошептал мне на ухо, когда я поднималась по лестнице перед ним: «Кстати, ты самая милая ведьма, которую я видел за долгое время».
Огонь тлел в камине за дверцами из закалённого стекла. Миша подбросил ещё одно полено, чтобы прогнать холод. Глаша и Юля сели на длинный уютный диван, а я рядом с дочкой, чтобы быть к ней поближе. Миша подтащил два кресла, задумав сесть напротив нас, и мужчины тоже заняли свои места. Тропилин кивнул Мише, давая понять, что ему следует вести разговор.
– Юля, можешь рассказать нам, что произошло сегодня вечером?
- Я… я не всё помню.
– Это нормально. Расскажи нам, что помнишь, – подбодрил её Миша.
– Ну… у нас почти закончились яблоки, и я знала, что у нас в сарае ещё один большой пакет. Вокруг было так много людей, что я не боялась, что меня схватят или что-то в этом роде, понимаете? Я забыла, как там может быть темно. Добралась до сарая, и мне понадобилось некоторое время, чтобы открыть дверь. Я вошла внутрь, но там было темно, поэтому мне пришлось наощупь искать яблоки. Я не могла их найти. Моя рука коснулась чего-то. Это было похоже на чью-то ногу, и я услышала этот жуткий звук дыхания, такой тяжёлый. Это напугало меня так сильно, что я запаниковала. Попыталась убежать, но… – Юля покачала головой, в её глазах появились слёзы. – Это последнее, что я помню, пока не увидела тебя, Миша, в маленьком домике.
– Ты слышала или видела что-нибудь ещё? – настаивал он. – Может, кто-то что-то говорил?
– Я немного помню мужской голос, но не что он сказал.
– Может быть, ты видела кого-то?
Дочь долго думала перед тем, как ответить:
– Простите, не помню.
Миша повернулся к участковому Тропилину, чтобы дать моей дочери время подумать.
– Григорий Иванович, расскажите мне точно, что вы видели и слышали в домике.
Офицер рассказал ему детально, что произошло с того момента, как он покинул главное здание, и до того, как Глаша ворвалась в серый домик.
– Хорошо. Так вы думали, что слышали кого-то в задней части домика, и незнакомец бормотал о том, что его игнорируют, когда пришла Глаша, – Миша не хотел, чтобы что-либо, что участковый видел или слышал после прихода Глаши, повлияло на то, что она помнила, поэтому сказал: – Давайте остановимся на этом месте и дадим Глаше рассказать нам, что она помнит.
Миша повернулся к ней и был рад видеть, что она, кажется, чувствует себя немного лучше с тех пор, как он нашёл её в сером домике. – Глаша, расскажи нам всё, что помнишь.
Кивнув, девушка слегка вздрогнула от волнения и начала. Она рассказала, как участковый дал ей свой телефон и ушёл, и как она забыла код.
– А где была Валя, когда это произошло? – перебил Миша. – Почему ты не могла пойти к ней с этим?
– Я… не знаю. Наверное, всё происходящее в ту ночь меня напугало. Она была здесь, в библиотеке, с детьми, и, честно говоря, я даже не подумала об этом. Я знала, что ты или папа могут запаниковать, когда никто не ответит на его телефон, – сказала Глаша, кивнув в сторону Тропилина. – К тому же, я слышала что-то о недавнем сердечном приступе у Григория Ивановича, поэтому начала немного беспокоиться о нём.
Миша кивнул.
– Трудно ясно думать под таким давлением, Глаша. Я понимаю, поверь мне. Продолжай.
Глаша улыбнулась с благодарностью, затем заговорила.
– Я и представить себе не могла, что он что-то нашёл. Когда я вышла из главного здания, то заметила свет в самом маленьком домике. Туда никто никогда не ходит, и я подумала, что это странно…
– Никто не рассказал тебе обо всём, что происходило там летом? – снова перебил Миша.
– Я… Наверное, папа упоминал об этом, но это вылетело у меня из головы. Я просто хотела найти участкового Тропилина. Знаю, как глупо это звучит, но тогда это казалось правильным.
Глаша неловко шевельнулась на диване. Она была измотана.
– У меня был фонарик. Я видела, где кто-то прошёл по траве в ту сторону, поэтому пошла по этому пути. Дверь не была заперта, и я подумала, что слышу голос внутри. Опять же, глупо, знаю, но вошла. Участковый стоял спиной к двери. Мне понадобилось некоторое время, чтобы понять, что он разговаривает с кем-то, кого я сначала не видела. Он схватил меня за руку, чтобы я не прошла мимо него, не пошла дальше в домик. Тогда я увидела стоящего у камина незнакомца. На нём был длинный чёрный плащ с поднятым капюшоном, так что я не могла видеть его лицо, но слышала, как он говорит.
Глаша заметно вздрогнула.
– Должна признаться, что его слова вызвали у меня мурашки. Казалось, он говорит обо мне, когда увидел, что стою рядом с участковым. Потом снаружи послышались крики, и парень запаниковал. Он побежал на нас, и когда Григорий Иванович попытался его остановить, он врезался в него, и они оба упали. Парень был словно сумасшедшим, пинался и кричал. Он не собирался позволять кому-либо остановить его. Смог встать первым, и когда побежал к двери, попытался схватить меня, но промахнулся. Потом помчался дальше, слава Богу. Ну, а дальше… ты пришёл почти сразу после этого.
Миша кивнул.
– Ты когда-нибудь видела его лицо?
Здесь Глаша замолчала на минуту, глядя вниз на свои колени и теребя руки.
– Да. Я видела его лицо. Когда он боролся с участковым, его капюшон слетел, – сказала Глаша, снова замолчав, прежде чем продолжить. – Раньше, когда он говорил, мне показалось, что его голос звучит знакомо, но я не была уверена. Сначала, когда его капюшон слетел, я видела только неряшливого парня и не узнала его.
Теперь Глаша вертела в руках свой телефон.
– Я хорошо рассмотрела его, когда он попытался схватить меня. Почти уверена, что это был он, – сказала она, протягивая телефон Мише. На экране было фото ухоженного молодого человека, улыбающегося в камеру.