30 лет назад я общался [здесь в СССР, далеко от Москвы] с одними немцами [«широкоизвестными в узких кругах»; их, в частности, знал академик Раушенбах, автор марсианской программы СССР]. Они мне немного рассказали о выдающихся достижениях нацистов на технологическом поприще. Откуда-то они об этом знали – в СССР на эту тему публикаций не было и не могло быть. Хотя те немцы поддерживали контакты с ФРГ, а там история нацизма изучалась хорошо – видимо, они что-то читали на эти темы из Германии.
Так вот, уже до войны нацисты имели телевидение; они были пионерами в этом отношении – задолго до американцев…. Правда, они бросили этим заниматься из-за дороговизны. Уже до войны нацисты использовали широко цветную фотографию. Известны мифы о разработке пресловутых «летающих дисков» (правда, много доказательств не обнаружено – несмотря на ряд публикаций, которые появились теперь и по-русски). То, что Вернер фон Браун потом был использован НАСА – это теперь знает каждый, кому не лень читать или смотреть ТВ (см. например проект К. Эрнста о покорении космоса).
И это ещё не всё. Немцы, говорят, изучали телепатию – в рамках Аненербе. Только эти бумаги осели – по слухам – где-то в США, и доступ к архивам Аненербе в США до сих пор засекречен. Никого это даже и не волнует; об этом почти никто и не слышал – поэтому и научного поиска нет. Хотя нацисты преследовали еврейских физиков, арийская физика тоже развивалась неплохо: отсутствие евреев им не мешало.
Вот ещё переводы с американского сайта revisionst.net на эту тему. Что ещё американцы вывезли из Германии???
В статье в журнале Harper’s Magazine, написанной чуть более чем через год после окончания войны, перечислены лишь некоторые из технологических чудес, которые американские и британские войска нашли и украли вместе со всеми немецкими патентами. Эти изобретения и технологии были переданы в пользование заинтересованным лицам, в основном в США.
Уокер, Лестер С. Военные секреты по тысяче долларов. Журнал Harper’s Октябрь 1946 г. (стр. 329)
Что мы нашли? Вам бы хотелось увидеть несколько выдающихся примеров из коллекции военных секретов?
Глава отдела связи технического подразделения промышленной разведки открыл ящик своего стола и достал самую маленькую вакуумную трубку, которую я когда-либо видел. Она была размером с половину большого пальца.
«Обратите внимание, что это тяжёлый фарфор, а не стекло, и поэтому он практически неразрушим. Он мощностью в тысячу ватт — в десять раз меньше, чем аналогичная американская лампа. Сегодня наши производители знают секрет его изготовления... И вот ещё что...»
Он снял с катушки коричневую, похожую на бумагу ленту. Она была шириной в четверть дюйма, с одной стороны тусклой, а с другой блестящей.
— Это магнитофонная лента, — сказал он. — Она пластиковая, металлизированная с одной стороны оксидом железа. В Германии она заменила граммофонные записи. На одной катушке можно намагнитить дневную радиопрограмму. Вы можете размагнитить её, стереть и в любой момент записать новую программу. Игла не нужна, поэтому нет ни шума, ни износа пластинки. Катушка на час стоит пятьдесят центов.
Затем он показал мне два самых тщательно охраняемых технических секрета войны: инфракрасный прибор, который немцы изобрели для ночного видения, и удивительный миниатюрный генератор, который его питал. Немецкие автомобили могли двигаться с любой скоростью в полной темноте, видя объекты так же ясно, как днём, в двухстах метрах впереди. Танки с этим прибором могли обнаруживать цели на расстоянии двух миль. В качестве снайперского прицела он позволял немецким стрелкам поражать цель в полной темноте.
Там была прицельная труба и селеновый экран спереди. Экран улавливал поступающий инфракрасный свет, который направлял электроны от селена по трубе к другому экрану, который был электрически заряжен и флуоресцировал. На этом экране появлялось видимое изображение. Его чёткость и точность для прицеливания были феноменальными. Внутри трубы даже учитывалось искажение потока электронов под воздействием земного магнетизма!
Крошечный генератор диаметром 12,5 см повышал напряжение обычной батарейки для фонарика до 15 000 вольт. В нём был мотор размером с грецкий орех, который вращал ротор со скоростью 10 000 оборотов в минуту — настолько быстро, что изначально он разрушал все смазочные материалы из-за большого количества вырабатываемого озона. Немцы разработали новую смазку: хлорированное парафиновое масло. После этого генератор проработал 3000 часов!
Устройство находилось в брезентовом мешке на спине снайпера. У его винтовки было два спусковых крючка. Он нажимал на один в течение нескольких секунд, чтобы включить генератор и прицел. Затем нажимал на другой, чтобы убить человека в темноте. «Этот трофейный секрет, — заявил мой проводник, — мы впервые использовали на Окинаве — к удивлению японцев».
В дополнение к этим ценным секретам мы получили технологию и машину для производства самого замечательного в мире электрического конденсатора. Миллионы конденсаторов необходимы для радио- и радиолокационной промышленности. Наши конденсаторы всегда изготавливались из металлической фольги. Этот конденсатор сделан из бумаги, покрытой слоем испаренного цинка толщиной в 1/250 000 дюйма. Он на 40% меньше и на 20% дешевле наших конденсаторов, а также обладает способностью к самовосстановлению. То есть, если происходит сбой (например, перегорает предохранитель), цинковая плёнка испаряется, бумага сразу же изолирует, и конденсатор снова работает. Он продолжает работать даже после нескольких сбоев — при напряжении на 50% выше, чем у наших конденсаторов! Для большинства американских радиоспециалистов это волшебство, дважды очищенное.
Слюда — совсем другое дело. В Германии её не добывают, поэтому во время войны наш корпус связи был озадачен. Откуда Германия её брала?
Однажды один из наших экспертов из Бюро по делам полезных ископаемых США получил на анализ и оценку образец слюды. «Натуральная слюда, — сообщил он, — без примесей».
Но слюда была синтетической. Институт силикатных исследований кайзера Вильгельма обнаружил способ её изготовления, и — что всегда ускользало от учёных — большими листами.
Теперь, благодаря командам FIAT, мы знаем, что ингредиенты из натуральной слюды плавились в тиглях из углерода, способного выдержать температуру 2350 градусов, а затем — и в этом был настоящий секрет — охлаждались особым образом. Первым необходимым условием было полное отсутствие вибрации. Затем применялись две силы, перпендикулярные друг другу. Одна из них, вертикальная, представляла собой контролируемый температурный градиент при охлаждении. Под прямым углом к ней, горизонтально, вводилось магнитное поле. Это привело к образованию кристаллов в виде больших многослойных пластин в этой плоскости.
«Вы видите это...», — сказал мне глава отдела коммуникаций TIIB. Это был металлический предмет, похожий на сложный кукольный домик без крыши. «Это шасси или каркас для радиоприёмника. Чтобы сделать то же самое, американцы вырезали бы детали на станке, делали бы выемки, придавали форму, подгоняли — использовали бы дюжину разных процессов. Это делается на прессе за одну операцию. Это называется «холодная экструзия». Мы делаем это с некоторыми мягкими, легко деформируемыми металлами. Но с помощью этого процесса немцы делают это с помощью холодной стали! Тысячи деталей, которые раньше изготавливались литьём, ковкой или из ковкого чугуна, теперь можно изготавливать таким способом. Увеличение скорости производства составляет примерно тысячу процентов».
Многие американские сталелитейщики считают, что одна только эта военная тайна произведёт революцию в десятках отраслей металлообработки.
В текстильной промышленности благодаря сбору военных секретов было сделано столько открытий, что у американских текстильщиков голова идёт кругом. Американская команда «Вязальная машина» год назад обнаружила немецкую машину для ткачества вискозы, которая увеличивает производительность на 150% по сравнению с занимаемой площадью. Их ткацкий станок «Линкс-Линкс» производит трикотажные изделия без латок и затяжек. Считается, что новое немецкое оборудование для производства игл произведёт революцию в этом бизнесе как в Соединённом Королевстве, так и в Соединённых Штатах. Существует немецкий метод удаления шерсти с овчины без повреждения шкуры или волокна с помощью фермента. Раньше «пуллер» — коммерческую тайну — изготавливали из поджелудочной железы животных на американских мясокомбинатах. Во время войны нацисты делали его из плесени под названием aspergil paraciticus, которую они выращивали на отрубях. Это позволяет не только улучшить качество шерсти, но и повысить урожайность на 10%.
Другим открытием стал способ гофрирования вискозных волокон, который придаёт им внешний вид, теплоту, износостойкость и устойчивость к красителям, как у шерсти. Наши исследователи обнаружили, что секрет заключается в добавлении к целлюлозе 25% рыбьего белка.
Но из всех промышленных секретов, пожалуй, самым большим богатством стали лаборатории и заводы крупнейшего немецкого картеля I. G. Farbenindustrie. Утверждается, что никогда прежде не существовало такого хранилища секретной информации. Оно охватывает жидкое и твёрдое топливо, металлургию, синтетический каучук, текстиль, химикаты, пластмассы, лекарства, красители. Один американский специалист по красителям заявляет:
«Сюда входят производственные ноу-хау и секретные формулы для более чем пятидесяти тысяч красителей. Многие из них быстрее и лучше наших. Многие из них — это цвета, которые мы никогда не могли получить. Американская индустрия красителей станет лучше как минимум на десять лет».
II
В области питания, медицины и военного дела находки поисковых групп были не менее впечатляющими. А в области авиации и управляемых ракет они оказались и вовсе пугающими. Одним из секретов питания, который открыли нацисты, был способ стерилизации фруктовых соков без нагревания. Сок фильтровали, затем охлаждали, после чего газировали и хранили под давлением углекислого газа в восемь атмосфер. Позже углекислый газ был удалён; сок прошёл через ещё один фильтр, который на этот раз защитил его от микробов, а затем был разлит по бутылкам. Возможно, американским производителям консервов есть над чем подумать.
В других странах пастеризация молока с помощью ультрафиолетового излучения всегда приводила к неудаче, но немцы нашли способ делать это с помощью длинных световых трубок и одновременно обогащать молоко витамином D.
На заводе в Киле британские разведчики из Объединённого комитета по целям разведки обнаружили, что сыр — «голландский и тильзитский» — производился по новому методу с невиданной скоростью. «Восемьдесят минут от внесения сычужного фермента до помещения творога в форму», — сообщают следователи. Сыродельная промышленность по всему миру никогда не могла сравниться с этим.
Сливочное масло (на маслобойне недалеко от Гамбурга) производилось с помощью того, о чём давно мечтали американские производители сливочного масла: машины для непрерывного производства сливочного масла. Изобретённая производителями молочного оборудования в Штутгарте, она занимала меньше места, чем американские маслобойки, и производила 1500 фунтов в час. Машина была незамедлительно отправлена в эту страну для тестирования Американским институтом сливочного масла.
Среди других пищевых инноваций был немецкий способ производства дрожжей в почти неограниченных количествах. Отработанный сульфитный щелок из буковой древесины, используемой для производства целлюлозы, обрабатывался микроорганизмом, известным бактериологам как Candida arborea, при более высоких температурах, чем когда-либо использовавшихся при производстве дрожжей. Готовый продукт использовался в качестве корма для животных и людей. Его калорийность в четыре раза выше, чем у постного мяса, и он содержит в два раза больше белка.
Немцы также разработали новые методы консервирования продуктов с помощью пластика и новые, более совершенные методы охлаждения. Охлаждение и кондиционирование воздуха на немецких подводных лодках стали настолько эффективными, что подводные лодки могли отправиться из Германии в Тихий океан, проплавать там два месяца, а затем вернуться в Германию, не набирая пресной воды для экипажа. Для покрытия хлеба и сыра использовалась секретная смесь из пластика (в состав которой входили поливинилацетат, мел и тальк). Свежий хлеб из духовки окунали в жидкость, сушили, снова окунали, а затем полчаса нагревали при температуре 285 градусов. Через восемь месяцев он оставался свежим и пригодным для употребления.
«Что касается медицинских секретов в этой коллекции, — заметил один армейский хирург, — некоторые из них сэкономят американской медицине годы исследований; некоторые из них революционны — например, немецкая методика лечения после длительного и обычно смертельного воздействия холода». Это открытие, о котором нам рассказал уже упомянутый майор Александер, перевернуло всё, что медицинская наука знала об этом предмете. В каждом из этих ужасных экспериментов подопытных наиболее успешно оживляли, как временно, так и навсегда, путём немедленного погружения в горячую воду. В двух случаях полного прекращения сердечной деятельности и остановки дыхания горячая ванна при температуре 122 градуса вернула обоих пациентов к жизни. До окончания нашей войны с Японией этот метод был принят в качестве лечения для всех американских служб спасения на море и в воздухе, и сегодня он широко используется в медицине.
Немецкие исследователи в области медицины нашли способ производить синтетическую плазму крови. Она называлась «капаин» и производилась в промышленных масштабах, а по результатам не уступала натуральной плазме. Другим открытием стал «перистон» — заменитель крови. Оксид адреналина (адренохром) успешно производился в больших количествах только нацистами и с хорошими результатами использовался для борьбы с высоким кровяным давлением (от которого ежегодно в США умирают 750 000 человек). Сегодня мы владеем секретом производства и значительной частью запасов.
Не менее важными с медицинской точки зрения были некоторые исследования доктора Бориса Роевского из Института биофизики кайзера Вильгельма во Франкфурте. Они были посвящены ионизации воздуха и её влиянию на здоровье. Было обнаружено, что положительно ионизированный воздух оказывает вредное воздействие на самочувствие человека и вызывает дискомфорт и подавленное состояние, когда барометр падает. У многих людей, как было обнаружено, его присутствие вызывало астму, сенную лихорадку и нервное напряжение. Он повышал артериальное давление, иногда до опасного уровня. Это вызовет симптомы, характерные для горной болезни: затруднённое и учащённое дыхание, головокружение, усталость, сонливость.
Однако отрицательно заряженный воздух действовал наоборот. Он бодрил, создавая ощущение приподнятого настроения и благополучия. Он избавлял от депрессии. В патологических случаях он стабилизировал дыхание, снижал высокое кровяное давление, помогал при аллергии и астме. Важность его присутствия там, где люди живут, работают или восстанавливаются после болезни, может однажды сделать его производство одной из основных функций кондиционирования воздуха.
III
Но наибольшее значение для будущего имели нацистские секреты в области авиации и различных типов ракет.
«Ракета Фау-2, которая бомбила Лондон, — сообщает издание ВВС США, — была просто игрушкой по сравнению с тем, что немцы припрятали в рукаве».
Теперь мы знаем, что к концу войны у них было 138 типов управляемых ракет на разных стадиях производства или разработки, использующих все известные виды дистанционного управления и взрывателей: радио, радиолокационные, проводные, непрерывные, акустические, инфракрасные, световые и магнитные, и это лишь некоторые из них; а в качестве двигателей — все виды реактивных двигателей для дозвуковых и сверхзвуковых скоростей.
Реактивные двигатели применялись даже в вертолётах. Топливо подавалось по трубам в камеры сгорания на концах лопастей ротора, где оно взрывалось, вращая лопасти, как разбрызгиватель для газона или вертушку. Что касается ракетной тяги, то их ракета A-4, производство которой только начиналось в больших масштабах к концу войны, была 14-метровой в длину, весила более 11 000 килограммов и пролетела 370 километров. Он поднимался на 100 километров над землёй и развивал максимальную скорость 6000 километров в час — в три раза больше скорости вращения Земли на экваторе. Секрет его сверхзвуковой скорости, как мы знаем сегодня, заключался в ракетном двигателе, который использовал в качестве топлива жидкий кислород и спирт. Он управлялся по радио или самостоятельно наводился на цель с помощью гироскопа. Поскольку его скорость была сверхзвуковой, его нельзя было услышать до того, как он наносил удар.
Другой немецкой ракетой, которая разрабатывалась, была A-9. Она была ещё больше — 29 000 фунтов — и имела крылья, которые обеспечивали дальность полёта 3000 миль. Она была изготовлена на знаменитой военной экспериментальной станции в Пенемюнде и развивала невероятную скорость 5870 миль в час.
Дальнемагистральный бомбардировщик с ракетным двигателем, который, как указано в военных документах, так и не был достроен из-за быстрого окончания войны, мог бы долететь из Германии в Нью-Йорк за 40 минут. Управляемый пилотом из герметичной кабины, он летел бы на высоте 154 мили. Запуск должен был осуществляться с помощью катапульты со скоростью 500 миль в час, и корабль поднимался бы на максимальную высоту всего за четыре минуты. Там, израсходовав топливо, он должен был пролететь через верхние слои атмосферы, направляясь к своей цели. С помощью сотни бомбардировщиков этого типа немцы надеялись уничтожить любой город на Земле за несколько дней.
Неудивительно, что сегодня эксперты ВВС США публично заявляют, что в области ракетной техники и управляемых ракет нацисты опережали нас как минимум на десять лет.
У немцев даже были готовы устройства, которые должны были позаботиться о пилотах, вынужденных покидать сверхзвуковые самолёты в полёте. Обычно пилоту, высунувшему голову из кабины на такой скорости, её отрубало. Его парашют при раскрытии разрывался в космосе. Чтобы предотвратить эти катастрофические события, было изобретено катапультируемое кресло, которое мгновенно выбрасывало пилота наружу. Его парашют уже был разорван, то есть состоял из сетчатых лент, которые замедляли падение только после того, как под действием силы тяжести пилота отверстия в них начинали закрываться.
Нацистской разновидностью управляемой воздушной ракеты была торпеда для подводных работ, которая безошибочно попадала в цель, ориентируясь на звук гребного винта корабля-жертвы на расстоянии до десяти миль. Эта ракета плыла на глубине тридцати футов со скоростью сорок миль в час и не оставляла следов. Когда она оказывалась прямо под целью, она взрывалась.
Все эти откровения, естественно, поднимают вопрос: была ли Германия настолько продвинута в исследованиях в области авиации, ракет и снарядов, что, если бы у неё было чуть больше времени, она могла бы выиграть войну? Её военные секреты, раскрытые сейчас, указывают на такую возможность. А заместитель командующего разведывательным управлением военно-воздушных сил США в последние несколько месяцев заявил Обществу авиационных инженеров:
«Немцы готовили ракетные сюрпризы для всего мира в целом и для Англии в частности, которые, как считается, изменили бы ход войны, если бы вторжение было отложено всего на полгода».
IV
Для публикации и распространения всех этих когда-то секретных материалов по приказу президента Трумэна в течение десяти дней после капитуляции Японии было создано Управление по публикациям. Приказ предписывал публиковать не только военные секреты противника, но и (за некоторыми исключениями) все американские секреты, научные и технические, всех правительственных военных комиссий. (Управление научных исследований и разработок, Национальный исследовательский совет и другие подобные организации.) Таким образом, была создана то, что сейчас называют самой масштабной проблемой в области публикаций, с которой когда-либо сталкивалось правительственное агентство.
Что касается военных секретов, которые обычно подсчитывались десятками, то их количество составит три четверти миллиона отдельных документальных материалов (две трети из них посвящены авиации), и для их проверки и подготовки к широкому использованию потребуется несколько лет и несколько сотен человек.
Сегодня переводчики и составители аннотаций из Управления технических служб, преемника OPB, обрабатывают их со скоростью около тысячи в неделю. Для индексирования и каталогизации той части коллекции, которая будет храниться постоянно, может потребоваться более двух миллионов карточек, а в Райт-Филд эта задача настолько сложна, что там необходимо установить электрические перфораторы. Пришлось составить целый новый глоссарий немецко-английских терминов — около сорока тысяч слов по новым техническим и научным темам.
Из-за большого количества документов, конечно, невозможно было перепечатать или воспроизвести более чем несколько из них из-за нехватки времени и денег. Поэтому, чтобы рассказать общественности о том, что доступно, OTS еженедельно публикует библиографию. В ней содержится новейшая информация о военных секретах, которая была обнародована, — с названиями, ценами на экземпляры, которые доступны в настоящее время или будут изготовлены, а также аннотацией.
Оригинал документа или микрофильмированная копия обычно отправляются в Библиотеку Конгресса, которая в настоящее время является крупнейшим хранилищем. Чтобы сделать их более доступными для общественности, Библиотека отправляет копии, когда их становится достаточно, примерно в 125 так называемых «депозитарных» библиотек по всей территории Соединённых Штатов.
А что общественность делает с этими бывшими военными секретами? Она их поглощает. За месяц было выполнено около двадцати тысяч заказов, и сейчас количество заказов составляет тысячу в день. Ученые и инженеры заявляют, что эта информация «сэкономит годы, которые мы потратили бы на решение проблем, уже изученных наукой». А американские бизнесмены...! Просмотр писем в архиве Издательского совета показывает следующее:
Компания Bendix из Саут-Бенда, штат Индиана, подала заявку на получение немецкого патента на устройство для смены пластинок «с пластинами, расположенными над проигрывателем». Компания Pillsbury Mills хочет получить информацию о немецких методах производства муки и хлеба. Компания Kendall Manufacturing («Soapine») хочет получить информацию о средствах от насекомых. Компания Pioneer Hi-Bred Corn, штат Айова, запрашивает информацию о «допросе научных сотрудников сельскохозяйственной высшей школы в Хоэнхайме». Компания Pacific Mills запрашивает у I. G. Farbenindustrie водоотталкивающее и устойчивое к сминанию покрытие для вискозы. Компания Polaroid хотела бы получить информацию о «состоянии развития фотографии и оптики в Германии». (Кстати, предстоит изучить от десяти до двадцати тысяч немецких патентов.)
Самым ненасытным заказчиком является «Амторг» — внешнеторговая организация Советского Союза. Один из её представителей пришёл в офис Издательского совета с библиографией в руках и сказал: «Мне нужны копии всего». В мае русские отправили один заказ на сумму 5594 доллара — две тысячи отдельных отчётов о военных секретах. В целом они покупают каждый выпущенный отчёт. Американцы тоже считают, что в военных секретах можно найти необычайно богатую жилу. Руководители компаний буквально дежурят у порога OTS, желая первыми получить доступ к определённому отчёту до его публикации. Некоторые сведения настолько ценны, что опередить конкурентов хотя бы на день может стоить тысячи долларов. Но OTS принимает тщательные меры предосторожности, чтобы ни один отчёт не стал доступен кому-либо до публикации.
После того, как одна американская авиастроительная компания заказала конкретный захваченный военный документ, её спросили, принесла ли эта информация ей какую-либо выгоду. Стоимость отчёта составляла несколько долларов. Компания ответила: «Да, по меньшей мере сто тысяч долларов».
Руководитель исследовательского отдела другой коммерческой фирмы однажды провёл три часа в офисе OTS, делая заметки. «Большое спасибо, — сказал он, вставая, чтобы уйти, — заметки из этих документов стоят моей компании не менее полумиллиона долларов».
И, ознакомившись с полным отчётом немецкой промышленности по производству синтетических волокон, один американский производитель заметил:
«Этот отчёт стоил бы моей компании двадцать миллионов долларов, если бы она могла получить его в своё распоряжение».
Конечно, теперь вы и любой другой человек можете получить эту и множество других когда-то секретных сведений всего за несколько долларов. Все военные секреты, ставшие достоянием общественности, полностью открыты.
V
Ещё одним прибыльным источником добычи была наука. В конце Второй мировой войны эксперты по научной разведке союзников сопровождали войска, вторгшиеся в Германию, чтобы собрать как можно больше оборудования и знаний из-под обломков. Они были в восторге и потрясены передовыми немецкими техническими достижениями, которые обнаружили. В мае 1945 года, когда Красная армия захватила лаборатории по исследованию атомного оружия под Берлином, американские войска вывезли ракеты «Фау-2» из Нордхаузена и в процессе захватили команду Вернера фон Брауна, которая создала «Фау-2», прежде чем передать город Советскому Союзу, как и было согласовано.
В различных национальных архивах и других местах эта фотография до сих пор ошибочно описывается как «снимок, сделанный 12 апреля 1945 года, на котором запечатлены последние жертвы нацистского концентрационного лагеря Нордхаузен, входящего в комплекс концентрационных лагерей Миттельбау-Дора». На самом деле на этой фотографии изображены заключённые лагеря Нордхаузен, погибшие в результате бомбардировок союзников.
24 августа 1944 года 11 бомбардировщиков B-17 «Летающая крепость» из 568-й миссии сбросили бомбы на Нордхаузен в качестве «случайной цели». Британцы неоднократно наносили удары по городу Нордхаузену, которому было 1000 лет, убив около 8800 мирных жителей. К моменту атаки 3 и 4 апреля 1945 года три четверти города было разрушено. Рабочий лагерь Миттельбау-Дора, расположенный на окраине города для обеспечения рабочей силой завода Mittelwerk по производству ракет Фау-2 в Конштайне, предположительно подвергся бомбардировке из-за того, что его ангары и складские помещения были «приняты американцами за немецкий склад боеприпасов». В результате бомбардировки погибли тысячи заключённых, которых позже ошибочно объявили погибшими от рук немцев. Американская армия под дулом пистолета собрала 400 местных жителей, немцев по национальности, и заставила их «эвакуировать» трупы. 20% гражданского населения Нордхаузена было убито бомбардировками союзников до того, как американская армия передала город коммунистам.
18 июля 1945 года советская администрация создала Институт Рабе для разработки советской ракетной техники на основе значительно более сложных ракет «Фау-2». В мае 1946 года институт объединился с новым институтом Нордхаузен в рамках расширенной исследовательской программы, которая включала новый институт в Берлине. 22 октября 1946 года в рамках операции «Осоавиахим» от 10 000 до 15 000 немецких учёных, инженеров и членов их семей были депортированы в Советский Союз, в том числе около 300 человек из Нордхаузена (остальные были вывезены США, см. ниже), вместе со своим оборудованием. Многие из них оставались там в рабстве до начала 1950-х годов.
В августе 1945 года президент США Трумэн санкционировал «Проект Скрепка» — операцию, в ходе которой 700 пленных немецких учёных тайно вывезли из Германии в США. Этот проект был лишь частью обширной организованной системы грабежа под эгидой «интеллектуальных репараций». В конце войны десятки групп американских экспертов из промышленности, торговли, правительства и университетов посетили сотни немецких учреждений и потребовали предоставить все чертежи, планы, схемы, исследовательские отчёты и документы. Предполагалось, что целью будет поиск и использование немецких научно-технических знаний для сокращения продолжительности войны с Японией.
Добившись этого, они стали жадными и начали масштабное технологическое разграбление практически всех областей немецкой науки: синтетического топлива и каучука, аэродинамических труб, магнитофонов, цветной плёнки [А Я ГОВОРИЛ!], станков, тяжёлого оборудования, керамики, оптического стекла, красителей и электронных микроскопов, чтобы, по благородной риторике госсекретаря Джорджа К. Маршаллла, Маршалл: «Сделайте его доступным для остального мира». На самом деле большая часть материалов была доступна только американскому правительству и частным компаниям, а материалы передавались напрямую из команд в их собственные фирмы для собственных целей, вероятно, на сумму не менее 10 миллиардов долларов (по меркам того времени – сейчас 175,36 млрд). Мало того, что эта астрономическая сумма так и не была зачислена на счёт Германии в качестве репараций, получатели награбленного сразу же присвоили себе передовые немецкие технологические материалы и изобретения!
Одним из самых суровых законов о «денацификации» был Закон о военном правительстве № 8, который запрещал любому бывшему члену нацистской партии (что касалось миллионов умных, образованных немецких специалистов) работать по любой специальности, кроме как простым рабочим. «Бывшие нацисты», владевшие бизнесом, обычно были вынуждены передавать свои предприятия военным властям, и тысячи таких предприятий были конфискованы военными в конце 1945 и 1946 годов, а их имущество было изъято.