Почему так много современных людей страдают психическими расстройствами? Глобальная распространённость хронической депрессии, синдрома дефицита внимания (СДВ), обсессивно-компульсивного расстройства (ОКР), аутизма и других психических расстройств сегодня довольно высока, и все эти состояния оказывают разрушительное воздействие на здоровье и качество жизни не только тех, кто ими страдает, но и тех, кто рядом с ними, любит их и искренне хочет им помочь.
Учитывая, что сегодня в мире так много людей, чьё психическое здоровье не на пике, неудивительно, что на разработку эффективных методов лечения различных психических расстройств тратится много времени, денег и ресурсов. В данный момент исследователи усердно работают над тем, чтобы выяснить, какие рецепторы и гены играют ключевую роль в развитии болезни Альцгеймера, какие фармацевтические соединения полезны при лечении аутизма и тд.
Исследования такого рода, безусловно, могут быть полезны в том смысле, что они могут способствовать прогрессу в разработке терапевтических решений для различных психических расстройств. Однако у них есть свои ограничения. Одна из вещей, о которых они нам не расскажут, - это причины возникновения психических расстройств, таких как те, что упомянуты в начале статьи. Чтобы ответить на этот вопрос, нам нужно обратиться к инструментарию дарвинизма, который поможет нам определить первопричины психических заболеваний. Это понимание потенциально может быть использовано для разработки эффективных методов лечения ОКР, СДВГ, аутизма и других подобных состояний.
Эволюционное несоответствие: основная причина психических заболеваний?
Тот факт, что существуют такие состояния, как аутизм и глубокая депрессия, интересен с точки зрения дарвинизма, учитывая, что эти состояния серьёзно ухудшают приспособленность организма к выживанию. Особенно, если он живёт в естественной среде. Давайте представим древнего охотника-собирателя, страдающего глубокой депрессией...очевидно, он будет в невыгодном положении в борьбе за выживание по сравнению со здоровым, процветающим охотником-собирателем. Скорее всего, он будет менее мотивирован оптимизировать своё поведение в поисках пищи, а его заболевание, вероятно, снизит его способность устанавливать прочные социальные связи и привлекать здоровую партнёршу. Проще говоря, у такого охотника было бы меньше шансов выжить и размножиться.
То, как человек взаимодействует с окружающей средой и какой образ жизни он выбирает, может повлиять на риск развития у него психических заболеваний.
Тот факт, что такие расстройства, как глубокая депрессия, снижают жизнеспособность организма, заставляет задуматься: почему естественный отбор не устранил - или хотя бы не снизил их частоту возникновения, ведь они все серьезно снижают жизнеспособность организма?
На мой взгляд, на этот вопрос есть только один хороший ответ: расстройство становится проблематичным только в условиях, которые отличаются от условий, в которых мы эволюционировали. В противном случае они не были бы так распространены. Эта идея подтверждается большим объемом исследований, в том числе отчетами исследователей, которые указывают на то, что охотники-собиратели и другие незападные, традиционные народы, как правило, здоровы и энергичны. Есть исследования, показывающие, что распространенность многих психических расстройств в последнее время возросла в странах, которые становятся все более ориентированы на запад. Интересно и то, что на различные психические расстройства влияют не только образ жизни, но и диеты. Другими словами, то, как человек взаимодействует с окружающей средой и какой образ жизни он выбирает, может повлиять на риск развития у него психических заболеваний.
Адаптивное значение древних особенностей мозга
Дарвиновская логика предполагает, что особенности организма, из-за которых мы подвержены психическим заболеваниям в современном мире, изначально развились потому, что выполняли адаптивную функцию. Возьмём, к примеру, хроническую депрессию. Недавние исследования показали, что воспаление является основной причиной многих случаев депрессии. И было доказано, что депрессивные состояния могут быть вызваны инъекциями провоспалительных цитокинов.
Эта негативная реакция на воспалительные раздражители, вероятно, служит адаптивной цели. Ведь, если бы охотник-собиратель из палеолита столкнулся с патогеном, который вызвал бы реакцию его иммунной системы, ему, скорее всего, было бы полезно изолироваться и отдохнуть, чему как раз способствуют негативные эмоции. Не только потому, что это ограничило бы его риск столкнуться с дополнительными провоспалительными факторами, но и потому, что это сохранило бы энергию его иммунной системы и, скорее всего, способствовало бы восстановлению и регенерации. Более того, это позволило бы ему заражать генетически близких людей, что важно, так как имеет дарвинистские последствия.
Проблема, с которой мы сталкиваемся сегодня, заключается в том, что наши геномы функционируют в среде, которая заметно отличается от той, для которой они были «созданы». В то время как иммунные нарушения, с которыми сталкивались наши первобытные предки, носили острый характер, многие иммунные нарушения, с которыми сталкивается современный человек, носят хронический характер.
В наши дни многие люди придерживаются несбалансированной для своего вида диеты, мало занимаются спортом, не получают достаточного количества качественного сна и имеют несбалансированную микробиоту (совокупность микроорганизмов человека, которые в норме и при патологии сосуществуют с ним). Поэтому неудивительно, что многие люди страдают от хронических воспалений и связанных с ними проблем со здоровьем, таких как депрессия.
Конечно, мы, современные люди, не всегда ищем орехи, фрукты и ягоды. Мы пытаемся получить социальные ресурсы, и это создаёт напряжение и конкуренцию. Не так-то просто отказаться от поиска партнёра для брака или от поиска работы, мы не можем просто взять и получить это по своему желанию.
Интуитивно очевидно, что когда организм, а не только человек, тратит энергию, пытаясь достичь цели и не продвигаясь вперёд, лучше подождать, замедлиться и не тратить энергию впустую. Затем, если ничего не помогает - даже если вы пытаетесь найти новую стратегию, - полностью отказаться от этой цели.
Но тогда где черта между нормальным спектром эмоций и патологией?
Мы не сможем понять, что нормально, а что нет, пока не поймём, в чём заключается обычная функция любого признака - будь то рвота, кашель, жар или тошнота. Мы начинаем с его нормальной функции и с того, в какой ситуации он даёт определённые преимущества. Но есть много мест, где естественный отбор сформировал механизмы, которые проявляют эти защитные функции, когда они не нужны, и очень часто эмоциональная реакция в этом случае болезненна и бесполезна. Кроме того, есть категория эмоций, которые заставляют нас чувствовать себя плохо, но приносят пользу нашим генам. Например, многие сексуальные желания (внебрачные связи или безответная любовь) вообще не приносят нам никакой пользы, но потенциально могут быть полезны нашим генам в долгосрочной перспективе.
Таким образом, это не значит, что эти эмоции всегда полезны. Полезной является способность испытывать эти эмоции. И системы регуляции (которые контролируют эмоции) сформировались в результате естественного отбора, поэтому иногда они полезны для нас, иногда - для наших генов, иногда это ложная тревога, а иногда мозг просто сломан. Мы не должны пытаться делать какие-либо глобальные обобщения, мы должны изучать каждую ситуацию индивидуально и пытаться понять, что происходит.
Но в любом случае, это подчеркивает важность изучения собственных истоков, поддержания традиций своей семьи/рода/нации. Если мы вернемся к примеру с охотником, то вполне можем предположить, что то, что является естественным для его ритма жизни в родной общине, может считаться совершенно ненормальным в другой общине. И если он по какой-то причине в ней окажется, на него будут смотреть как на сумасшедшего и в лучшем случае сторониться вступать в контакт. Сможет ли этот охотник адаптироваться в новым правилам, пище, обычаям, а самое главное, действительно ли ему это нужно. Быть может такая среда не позволит ему раскрыть свои таланты и потенциал или вовсе его уничтожит.
У тревожности есть свои преимущества и плохое настроение может что-то значить. Возможно, дело не только в том, что у нас что-то не так, возможно, наши эмоции пытаются нам что-то сказать. И к своим состояниям нужно прислушиваться и уважать их.
Таким образом, с помощью дарвиновского мышления мы можем определить, в чём заключается адаптивная функция различных моделей поведения и реакций мозга. Это, в свою очередь, может помочь нам бороться с эмоциональными расстройствами.
Статьи и исследования:
- М. Берк, Л. Дж. Уильямс, Ф. Н. Джека, А. О’Нил, Дж. А. Паско, С. Мойлан, Н. Б. Аллен, А. Л. Стюарт, А. К. Хейли, М. Л. Бирн и М. Маес, «Итак, депрессия - это воспалительное заболевание, но откуда берётся воспаление?», BMC Med, 11 (2013), 200.
- Педро Каррера-Бастос, Маэлан Фонтес-Вильяльба, Джеймс Х. О’Киф, Стаффан Линдеберг и Лорен Кордейн, «Западная диета, образ жизни и болезни цивилизации», DovePress, 2011 (2011).
- М. Гушковска, «[Влияние физических упражнений на тревожность, депрессию и настроение]», Psychiatr Pol, 38 (2004), 611-20.
- Брэндон Х. Хидака, «Депрессия как болезнь современности: причины роста распространённости», Журнал аффективных расстройств, 140 (2012), 205-14.
- Шиа Т. Кент, Лесли А. МакКлюр, Уильям Л. Кроссон, Донна К. Арнетт, Вирджиния Г. Уодли и Налини Сатьякумар, «Влияние солнечного света на когнитивные функции у участников с депрессией и без неё: обзорное поперечное исследование», «Здоровье окружающей среды», 8 (2009), 34-34.
- Алан С. Логан и Феличе Н. Джека, «Исследования в области диетологической психиатрии: новая дисциплина и её взаимосвязь с глобальной урбанизацией, экологическими проблемами и эволюционным несоответствием», Журнал физиологической антропологии, 33 (2014), 22-22.
- А. Х. Миллер и К. Л. Рейзон, «Роль воспаления при депрессии: от эволюционного императива до современной цели лечения», Nat Rev Immunol, 16 (2016), 22-34.
- У. А. Прайс, «Питание и физическое истощение», 8-е изд. (Фонд питания Прайса-Поттенджера, 2008).
- К. Л. Рейзон, Л. Капурон и А. Х. Миллер, «Цитокины поют блюз: воспаление и патогенез депрессии», Trends Immunol, 27 (2006), 24-31.
- К. Л. Рейзон и А. Х. Миллер, «Эволюционное значение депрессии в защите организма от патогенов (Pathos-D)», Mol Psychiatry, 18 (2013), 15-37.
- Э. М. Селхуб, А. К. Логан и А. К. Бестед, «Ферментированные продукты, микробиота и психическое здоровье: древняя практика в сочетании с нутриционной психиатрией», J Physiol Anthropol, 33 (2014), 2.
Каждый ваш лайк и подписка вдохновляют меня создавать больше интересных статей, я очень благодарна вам за поддержку ❤️