22 ноября – День психолога. В России праздник получил официальный статус в 2023 году. Эта профессия возникла в XIX веке, однако люди и раньше решали свои психологические задачи с помощью разных инструментов. Один из такиз инструментов — голос и совместное пение. Сегодня мы поговорим с психологом, фольклористом, ведущей терапевтических занятий по народному вокалу Ольгой Логиновой.
Я приглашаю вас поразмышлять об актуальности традиций, культуры и ещё о двух словах — о традиционной культуре.
Выжить в 90-е
Более 35 лет назад я столкнулась со странной реакцией молодого организма: мне было приятно находиться в окружении поющих людей, в то время когда страна выживала и спасалась от разрушения, как могла.. Я говорю о 90-х.
В то время я не задавалась вопросом, что происходит внутри и снаружи, а просто открывала уши и глаза там, где мне было хорошо, и закрывала там, где мне было плохо.
Счастье петь легко
Спустя много лет я стала изучать эту реакцию. Что это за странное «хорошо»? Можно же выпить водки, и будет хорошо… некоторое время. А можно найти кого-то и спеть с ним песню — и будет хорошо значительно дольше, чем после водки. Ну, конечно можно разводить кур на балконе, танцевать сальсу и много чего ещё, но меня коснулось пение. Его я и стала изучать так, что теперь многие, кто оказывается рядом со мной, рано или поздно начинают петь, делают это легко и естественно и становятся счастливыми людьми.
Познать себя через со-творение культуры
Любая культура устроена так, что делает жизнь человека лучше. Вернее, человек делает культуру именно такой. И человек, будучи существом социальным, познаёт свою природу через других людей, через соприкосновение, столкновение, растворение, острые углы и так далее. Всё это — в индивидуальном масштабе.
А в коллективном масштабе люди узнают себя через природу — ту самую, с веточками, дождём, стихиями, умиранием, катаклизмами. Они наблюдают, изучают, проводят параллели, находят символы и метафоры, встраивают и встраиваются сами, потому что зависят от природы. Даже сейчас, когда мы стали умными и понимаем (как нам кажется) почти все физические и химические процессы, мы от них всё равно зависим — и если атмосферное давление низкое, то мы расплющиваемся вместе со своим знанием.
Рождение творчества
Люди, живущие на земле и зависящие от неё в прямом смысле, как от кормилицы, научились встраиваться в ритмы природы, чтобы не просто выжить, а получать удовольствие от этой игры — природа эдак, и мы вот эдак, — во взаимном уважении и любовании! И в момент, когда удовольствие от игры доходит до высшей точки, то есть всё классно и хочется себя наградить, возникает такой прилив эмоций, что возникает творчество: на первый взгляд, не необходимое для выживания действие, но без него и полноты красок нет, да и человека нет. Человек же не хорёк, чтобы только о еде думать.
Выход в невесомое
Создав великое множество прекрасных обрядов, обычаев и ритуалов, человек стал считать себя соТворцом, тем, кто как-то может влиять на будущее. Создавались и особенные формы одежды, и особенное поведение, и еда, и, конечно, пение. Именно пение активнее всего переключает человека из земного состояния в невесомое, где можно быть собой и не быть собой одновременно. Здесь можно быть творцом уникального мира, который рождается и умирает в одно мгновение, что в масштабах космоса так похоже на земную жизнь. Но в момент пения ты — Творец!
Сохранение психики
Но лучше всего традиции, культура (и пение в моём текущем фокусе внимания) помогали, когда человеку было трудно. Чем сложнее были условия для выживания, тем больше возникала необходимость не разрушиться внутри. Это отличительная черта человека не отчаявшегося, Spei Homo (человек верующий, надеющийся): если ты ещё веришь в то, что «тебе можно жить», ты ищешь способ сохраниться психически — и только после этого возникают решительные действия деятельного уровня. Иначе при разрушенной психике любые действия будут вести к разрушению физическому. Та же водка.
Зачем всё это сейчас
Так вот, пение, для нас, не живущих на земле, не соблюдающих обряды ради ощущения влияния на реальность, но по-прежнему испытывающих те же радости и горести и так же несущих в себе потенциал Творца, — это сейчас возможность быть всецело наполненным своей жизнью, обнимаемым социумом, зависающим иногда над своими стрессами в безвременье. Звучит красиво. Но как же петь, если сказали, что не умеешь?
Что ж, попробую убедить, что умеете!
Как когда-то кто-то вас убедил в обратном. Если пение — это действие, в котором есть свои категории «хуже», «лучше» или вообще «никак», то кто-то эти категории установил, некий поющий человек.
Категории очень полезны и нужны, чтобы проводить исследования, строить планы, распределять, управлять: хуже — налево, лучше — направо, вообще никак — уйдите! То есть это некоторая структурирующая функция, и какой-то поющий (а может, и нет) человек установил её для своего удобства — и в ней вы, со своей уникальной жизнью, не рассматриваетесь, рассматривается масса.
Из этой массы, конечно, выделяются уникумы, но и их выделяют для того, чтобы показать остальным уровень. И если вы хотите петь так, чтобы остальным показывать их уровень, то да: путь долог, труден, конкурентен и неясен.
Петь можно всем!
Гораздо яснее и проще, если вы испытываете сейчас досаду по этому поводу и высказываете её хрипло и честно. А после этого высказывания вы вдруг почувствуете, что ваше тело издаёт протяжные эмоциональные сигналы, — это первый уровень пения.
Искренность этих сигналов привлекает другие тела, в которых откликается ваше состояние, — а это уже многоголосие. Это второй уровень пения.
Третий уровень — вы поёте всегда и везде, потому что вы всегда и везде живой человек!
Мы ловко перепрыгнули из одних категорий в другие, и в этих категориях вы — певец. А на фразу «Ты не умеешь петь», есть ответ: «Для своей категории я пою отлично!»
Если вы хотите петь, но не решаетесь начать, пишите мне. Аргументов за пение у меня меньше, чем песен, а вот опыта обучения достаточно.
Автор: Ольга Логинова