- Седа... Ты понаписывала жуткую хрень... Она очень страшная. Это... Это похоже на книгу о дьяволе... Как такое из тебя пролилось?! Знаешь, мне не нравится начало...
- Когда я выглядела молодой, и Гарника ещё на свете не было, я познакомилась здесь со старухой. Она жила в нашем лесу. Старуха не была ни родственницей мне, ни подругой. Ни мне, ни моей матери. Мать тоже растила меня одну, как я своего Гарника. Гарник у меня красивым вышел, может оттого ты с ним и дружишь. Хоть он говорить не может, и глухой... А я с детства была некрасивая. И за душу меня никто особо не любил. Я грустная была, как ты сейчас, а то и хуже. Бывает, некрасивый человек, урод, а внутри хороший, в нём как будто лампа светит. Но у меня такого света не было. Я грустная ходила, вот и всё.
Седа засмеялась, но я остановила её взглядом.
- Старуха поведала тебе весь этот ужас? Обычно так бывает. Я видела в кино и книгах. Старуха-ведьма перед смертью должна поведать кому-нибудь о том, что земли вокруг её избушки прокляты. И виноваты в этом жители соседних сёл и деревень. Потому-то, когда придёт время, лес станет дверью, через которую к людям заглянут черти прямиком из ада. И затянут в черную дыру всех этих грешников... Ну-у-у, это не очень интересно, Седа. Я уже знаю такие истории. Просто... написано... Жутко.
- Стой, расскажу тебе дальше. Эта старуха, она была без имени. Она безымянная была. Она хранила своё имя, как большой секрет. И моего не спрашивала. Говорила, что так лучше будет. Я ходила к ней, мы сидели вместе за столом. Она тогда зажигала большую вонючую свечку из жира, которая коптила в потолок. Старуха рассказывала мне историю. Длинную, на много дней. А когда закончила, сказала, что больше мне к ней будет не попасть. Никогда, и всё тут. Я не искала её год, и не приходила к её дому. Так она велела. А когда я пришла снова в лес... Думала, вдруг получится проведать. Дом её пропал, как и она сама. Только три бревна остались на том месте. Пару лет прошло. Я всё над старухиными россказнями думала, всё вспоминала их. Потом стала забывать. Но как-то ночью вся история ко мне пришла во сне. Я испугалась, взяла и записала её среди ночи. Её хватило на три книги. Ты таких книг нигде больше не увидишь!
- Я знаю, о чём ты говоришь. Я видела, видела те брёвна! В форме треугольника. Это место... Но когда ты шла к старухе, что говорила твоя мать? Она была не против? Боялась за тебя? Она получше моей матери была же, да?
- Мать меня любила. Как я теперь люблю своего Гарника. Когда я ей призналась про старуху, что зазывает в гости... Мать спросила, как её зовут и откуда пришла сюда эта старая женщина. Сказала, что спросит у людей о ней. Спросила. Говорила потом не ходить к ней, не знают тут про старуху. И не видел никто, чтоб какой-то старый человек по нашим дорогам бродил. А я к старухе всё равно ходила. Мы долго сидели. Она, помню, под свои россказни всё заплесневелый хлеб жевала. Но мне не давала и не предлагала даже. Я призналась потом маме, что к бабке этой всё-таки хожу. Мама засмеялась лошадиным смехом и сказала, что давно б уже заметила, если я б её ослушалась. Что мне б взаправду хоть разок на улицу сходить, развлечься. Мама ничего и не узнала. Как так вышло, мне уже не выяснить... Но ЭТО БЫЛО, БЫЛО. Я не врала ни ей, ни тебе сейчас.