То ли разговор с детьми не прошел бесследно для Сергея Анатольевича, то ли сказалось напряжение, в котором он жил в последние годы – куда не кинь, бизнес – это жестокий бой, в котором нельзя расслабляться, а только Никитина надолго уложили в больницу. Врачи говорили о том, что ему один шаг остался до ин-фаркта, который может стать фатальным. Так что нечего думать о скором возвращении к делам, а нужно подбирать хороший санаторий, и после выписки – провести еще месяц там.
- Ну он же дед уже, настоящий дед, – чуть ли не стонал Максим, – Ну куда он рвется рулить всем...При таком состоянии здоровья уже место на кл—ад—бище присматривают, и меню на поминки составляют, а он по-прежнему хочет командовать.... Старый ду—рак!
Сестра его, Людмила, молчала. После резкой отповеди отца – она вела себя очень осторожно, избегала любых слов, которые кто-то может передать отцу, и они ему не понравятся.
Людмила не видели ничего трагичного для себя в том, что отец лишит Максима наследства. В душе она была уверена в том, что ее-то интересы не совпадают. Людмила всегда была любимицей отца, и он не раз повторял, что дочерей нужно защищать, так как у них гораздо меньше возможностей пробитья в жизни, чем у сыновей.
О существовании Жени наследники Никитина были прекрасно осведомлены. Но ни ее мать, ни сама Женя - до сей поры им нисколько не мешали. Для Максима и Людмилы – Женя была чем-то вроде недорогого хобби отца. Подарки, которые он делал дочери, представлялись им совершенно незначительными.
Краем уха слышали они и о том, что Женя потеряла ребенка, и до сих пор не обзавелась новым.
Максим работал, и это отвлекало мысли, позволяло ему в какой-то степени держать себя в руках. Людмила же откровенно тосковала в России. Стоял октябрь. Осень в этом году была на редкость теплой, но Людмила привыкла проводить осень и зиму в теплых краях, и теперь не знала, чем себя занять. Брат запретил ей уезжать, пока отец в больнице, и она бродила по своему огромному дому, изнывая от скуки.
Лишь вечера, когда к ней приходили подруги – и велись долгие разговоры под французское вино – только эти часы Людмила не считала потерянными зря.
Брат позвонил ей в один из таких вечеров.
- Ты дома? – спросил он. И уточнил, – Ты одна?...
- Дома, но я..., – Людмила обвела взглядом своих «девчонок». Она не собиралась их выгонять, они так хорошо сидели...
- Ладно. Даю вам время до десяти вечера, потом разгоняй свою ша-йку-лейку, я подъеду поговорить – есть очень интересные новости.
Это произвело на Людмилу впечатление. Она знала – для Максима мало что может показаться «интересным». Поэтому к тому времени как брат подъехал, Людмила освободилась – и ждала его в гостиной, откуда еще не выветрился сигаретный дым – несколько ее подружек «дымили как паровозы».
- Ты помнишь Кирюху? – спросил Максим, усаживаясь.
- Какого?
- Того при—дур-ка, который пошел в семинарию.
Людмила поняла о ком речь.
- Зря ты его обзываешь. Он весьма ушлый и далеко пойдет. Пяти лет не служит, а уже успел «сож-рать» благочинного, который его опекал, и занять его место.... Комсомолец-доброволец, бл-ин... Всегда в первых рядах....
- Речь не об этом...Исповедовалась ему тут на днях одна бабка... И рассказала такую любопытную вещь...
- Постой, а как же тайна исповеди?
- Да ладно тебе, сними розовые очки. К тому же, нас это касается напрямую. Бабка эта раньше работала в родильном доме. И долгие годы мучилась, что совершила страшный грех....
Максим коротко пересказал всю историю. Бабка эта, то бишь, Нелли Александровна, рассказала о происшедшем, не скрывая имен и фамилий. Она-то в тайну исповеди верила...
- И Кирилл совершенно верно рассудил, что эта новость может меня заинтересовать. Нас с тобой.
- То есть, погоди...., – Людмила поднесла руку ко лбу, – Выходит, Женя не знает, что ее дочь жива?
- Точно. Но, судя по тому, что других детей у нее нет – там что-то серьезное. Может быть, она больна, и больше родить не может...В любом случае – если она узнает про девочку, то просто с ума сойдет...
Максим поднялся с дивана и стал ходить по гостиной.
- И вот, что нам нужно сделать. Разыскать эту девчонку.... Я думаю, это будет нетрудно. Имя-фамилия-адрес той бом-жихи, которая ее забрала – сохранились же.... Короче, когда мы ее найдем – мы ее увезем, сделаем тест ДНК, и тогда, когда все козыри будут в наших руках – свяжемся с Женей....Пусть откажется от любого наследства – и получит дочку. Это надежный способ решить вопрос....
- А может быть, нужно действовать как-то иначе, – прикидывала Людмила, – Если мы просто поговорим с Женей, объясним ей, что для нашей семьи – она никто, и звать ее - никак....
Максим воззрился на сестру с искренним изумлением.
- Ты чё, сегодня перепила? Скажи мне, кто в здравом уме откажется от ТАКИХ денег? Ты чё, думаешь Женька ответит: «Да-да, конечно, забирайте всё, мне ничего не нужно»? Да я просто уверен, что она нен-авидит нас с тобой. Потому что всю жизнь нам доставалось всё, а ей – почти ничего. Она будет считать, что справедливость, наконец, восторжествовала... И ф-иг мы с тобой увидим хоть копейку, если отец отпишет ей своё состояние.
Максим видел – Людмиле страшно. Сестра помолчала, разглаживая на коленях юбку, потом сказала:
- От меня ты чего хочешь? Или это я - на твой взгляд - должна это девчонку отлавливать и прятать?
- Не беспокойся. Я рассказал про всё это просто, чтобы ты была в курсе. Есть у меня люди, еще не забывшие благословенные девяностые годы... Им – что найти человека, что ук-расть его – раз плю-нуть... Вижу, вижу, что ты хочешь сказать. Хорошо...Значит, если отец тебя спросит – ты совершенно ничего не знала, и вообще тут не при делах.
*
Рита и Соня и вправду никогда не надоедали друг другу, и с годами сделались почти неразлучны. До того, как обе обзавелись мобильными телефонами, достаточно было одной подружке постучать по трубе, чтобы другая знала – ее зовут, и тут же мчалась в гости.
Мать Сони, Светлана, не раз говорила в шутку, что пора уже сделать дверь из одной квартиры в другую. Так будет еще проще. Эта мысль приходила ей в голову еще и оттого, что Олег так и не женился.
- Столько времени упустил! – пеняла ему Светлана, – Ты выглядишь моложе своих лет, а Рите уже без пяти минут шестнадцать. Теперь, когда вы идете по улице, вас за пару можно принять...Но у Ритки уже скоро начнется своя жизнь, а ты, пока не поздно – заводи жену и детей.
Олег только пожимал плечами. Что ж делать, если любовь так и не встретилась на его пути, а «заводить жену» просто для собственного удобства, и потому что «так положено» в глазах общества – он не собирался.
Все эти годы Олег уделял много внимания обеим девочкам. С малых лет он брал их в походы – сначала короткие, по окрестностям. Но все равно – познакомиться с тайнами леса, научиться пользоваться компасом и различать голоса птиц, устроить пикник на поляне – все это было захватывающе интересным. Когда девочки стали старше – и маршруты сделались длиннее. А отпуск Олега всегда превращался для них в настоящее большое путешествие. Они уже обошли «живой ногой» побережье Черного моря, побывали на Урале и замахивались на Алтай.
При этом девочки очень отличались по характеру. Собственная мать звала Соню «вертихвосткой». Девчонка любила наряды, всегда имела несколько поклонников одновременно, и ей ничего не стоило пуститься в какую-нибудь рискованную авантюру.
Глядя же на Риту, Олег не раз задумывался о том, кто ее отец – потому что на его сестру девушка не была похожа абсолютно.
Олег знал, что из роддома Аллу забрали не на машине, она шла пешком. А ее очередной друг нес маленькую Маргариту. Выглядел он эпично – с синяком на половину лица.
- С электричкой столкнулся. – хихикая, объяснила Алка.
Не было сомнения -она не могла дождаться момента, когда окажется дома, чтобы обмыть рождение дочки. Возможно, этот парень с фингалом и считал себя отцом Маргариты, но Олег в этом очень сомневался.
Рита с детства много читала, всегда была не по возрасту развита, и понимала Олега с полуслова. И еще была в ней какая-то изысканная красота – порой на девчонку оборачивались на улице.
«Какая же генетика нужна, чтобы уравновесить Алкину», – думал Олег.
Рите не было еще десяти, а Олег ловил себя на том, что разговаривает с ней, как со взрослой. И ни с кем он не был так искренен, и никого не было для него дороже этой девочки с черными глазами.
«А ведь если бы я не ввязался в эту историю, Рита могла остаться у Алки, в ее квартире, где постоянно трутся какие-то хахали, и где дня не проходит без пьянок», – думал Олег и цепенел от этих мыслей.
- Как бы ты хотела отпраздновать свое шестнадцатилетие? – спросил он Риту.
- Соня еще ничего не говорила.
Обычно подружки обдумывали подобные моменты сообща. Но на этот раз Соня заявилась с предложением самым неожиданным.
- Слушай... Хочешь получить незабываемые ощущения на свою дню-ху?
- Ну, – осторожно начала Рита, зная, что подруге в голову могут прийти самые бредовые мысли.
- Ты же знаешь, что твоему Олегу принадлежит этот проклятый дом?
Рита даже не поняла сначала – о чем речь. Потом догадалась.
- Боже мой, ты говоришь об этой развалине... Ты что, хочешь пригласить туда гостей?
Обычно в этот день к Рите приходило несколько девчонок из ее класса. Принять их в «этих руинах» – была дурная идея, которая могла прийти в голову только Соне. Но оказывается, подружка пошла дальше.
- Да нет, – объяснила она нетерпеливо, – Девчонки могут посидеть у тебя как всегда – с тортом и шампанским. А мы с тобой...Короче, давай пойдем туда вечером и останемся там до утра...
Рита выразительно покрутила пальцем у виска, но Соня проигнорировала этот жест. Она рассуждала вслух:
- Ключ придется попросить у Олега, хотя ключ, собственно, не нужен, там можно залезть через выбитое окно. Но ты же все равно ему скажешь, куда пошла. Или нет...можно не говорить... Скажем с тобой вместе, что решили заночевать у Ирки Латышёвой....Ирку я предупрежу.
- Олегу я врать не буду, – твердо сказала Рита.
- Ну тогда просто отпросишься у него. Прикинь, как будет круто....
- Что там крутого? – не выдержала Рита, – Мыши? Битые стекла?
- Мышей там нет, там же жр-ать, извини, нечего...Зато если мы увидим призрака....Я у отца фотоаппарат возьму – были случаи, что их удавалось сфотографировать...Привидения...
- Может, ты лучше с фотошопом посидишь? Там ты не только призрака, там ты любого монстра за пять минут наклепаешь....
- Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста...
Рита терпеть не могла, когда подруга складывала руки на груди и начинала вот так умоляюще частить, будто от ответа зависела ее жизнь. Обычно Рита говорила в таких случаях: «Хватит играть в деточку!»
- Мы просто замерзнем и не выспимся, – сказала Рита, – Но если для тебя это вопрос жизни и с-м-ерти – хорошо, я поговорю с Олегом.
И вечером она завела разговор на эту тему.
- Сонина задумка? – сразу догадался Олег.
К удивлению Риты, он не отверг сразу план ее подружки. Олег сказал.
- Ты знаешь, почему ходят легенды про этом дом? Он принадлежал моему другу...
- Об этом я слышала.
- Но может быть, я не говорил тебе о том, что он тра-гич-ески по-гиб, и, возможно, так и не нашел покоя – и дух его до сих пор обитает в этих стенах. Так что не на пустом месте появились эти слухи. Я сам однажды его видел. Поэтому я и не продаю дом – это все равно, что продать последнее пристанище.
Продолжение следует