Записка десятая, нацарапанная на большом чане с кашей В каком году это было не знаю, ибо не помню. Маленькая была. Бабушка Надя рассказывала. Так получается, что все мое детство в памяти связано с фисташковым краем, с местом, где под неусыпным взором моей мудрой бабушки я была счастлива. Это был обычный беленый дом мазанка, отдельная кухня, двор со своим виноградным небом и качелями, огород и хозяйство. Куры, кролики, индюки... А когда дед был жив, держали и свиней. Вот сегодня про них вспомнила!) Отправляя меня на лето в Киргизию, московская бабушка Валя, сильно переживающая за мое здоровье, звонит по межгороду бабушке Наде, мол вы там, Надежда Константиновна, смотрите, чтоб Полина со свиньями не ела. Ну, в смысле, чтобы я со свиньями из одной бадьи калории не хватала. Городской женщине жизнь в частном доме представляется чем-то ужасно пещерным, где люди-коровы-куры едят и спят в одном большом помещении. В общем, уехала. Вернее, улетела. С мамой. В счастливое и беззаботное! Дома