1. Первый велосипед.
Странно, что нигде, ни в каких интернет-источниках Леночка не смогла найти "своего" первого велосипеда, - фабрики "Восход", тёмно-вишнёвого цвета. И ни в каких старых фильмах она его не увидела.
Сидение у него было белое с розовыми, чёрными, жёлтыми и голубыми "бликами", - небрежными мазками такими, и оно поднималось и опускалось, - надо только было дедушке подкрутить винт. Так же регулировался и руль.
Вот вверху фото её питерской 3-юродной сестры Тани Никольской, с которой Леночка так и не успела познакомиться в этой жизни, хотя, возможно, встречалась в раннем детстве, на таком же, - а скорее всего, том же самом, - велосипеде.
Скорее всего, этот велик попал к Леночке сложным путём, - через 3-юродную сестрёнку Олю-московскую, - после того, как она из него выросла. Она не помнит, чтобы с ней выходили с этим велосипедом на улицу, - скорее всего, бабушка запрещала, - боялась, что не уследят за ребёнком, и он укатит куда-нибудь, - на проезжую часть. Она помнит только, как ездит по квартире. Прямо по желтоватому, "медовому", уложенному сложной "ёлочкой", паркету. Девочка катается, проезжает мимо большого напольного зеркала, видит в нём своё отражение на велосипеде, но просто видит, - ещё безоценочно, как видит и отражающуюся комнату, и бабушку и дедушку, спокойно и мирно существующих в этом зазеркалье... Дедушка сидит с развёрнутой газетой, бабушка ходит и что-то говорит...
2. С молочным братиком Лёшей; их игрушки
Они называли друг друга "Нетя" (Лена) и "Лётя"(Лёша), - эти молочные братик и сестричка. Они часто гуляли вместе в саду Баумана, а порой играли дома у Леночки. Им дарили одинаковые игрушки, - божьих коровок, - у Леночки была малиновая, у Лёши - бирюзовая. У них колёсики раскатывались, и они хорошо катились, далеко, - если пустить по доске-качелям.
Так же заводных пингвинов, которые ходили, сверкали глазами, и взмахивали крыльями. Детей специально посадили на полу в тёмной комнате, и включили кнопочки у этих новых, только что купленных, пингвинов, - дети смотрели на них, а взрослые наблюдали из освещённого коридора, как они играют. И мама, как всегда, смеялась, видя в этом что-то смешное.
Ещё были у них заводная обезьянка, кувыркающаяся через голову,
медведь, танцующий с бочонком мёда,
и соловей, скачущий и поющий ( или не поющий? Не помним...).
3. Дом в Колпачном. Легенда о зачатии. Оля. Белочка на окне. Юла.
Есть такая легенда, что в этом доме Леночку и зачали. Никак не получалось первого ребёнка у её молодых родителей. Они ездили в Иркутск, где проходил практику после института (МИИГАиК) Виктор, думали, что ребёнок родится в Сибири, и будет сибиряк, потом вернулись в Москву, а беременности у Светы всё не было ... Под конец лета 1965 года в их комнатке (4,5 кв. метра) на Садовой-Черногрязской стало невозможно жарко и душно, а вот в тенистом переулке, в полуподвале, где жила семья тёти Лиды, в старом доме с толстыми стенами, - напротив, было прохладно. И однажды Светлане и Виктору не захотелось уходить на ночь к себе домой, и они остались в этом доме, - благо, старики с маленькой внучкой Олечкой находились тогда на даче в Аникеевке. Гостей уложили в нишу за занавеской, где когда-то спала "бедная Катя", - другая тётка Светланы, - её подруга, няня и наперсница, - рано умершая от рака. Там было самое прохладное место. И через некоторое время Светлана почувствовала изменения в себе...
Тем временем, у её кузины Галины подрастала чудесная дочка Олечка, которая родилась такой красивой, что акушерки сказали, что никогда ещё не видели такого красивого ребёнка. И Екатерине Гордеевне тоже очень нравилась кареглазая Олечка, и она чуть не каждый день бывала в Колпачном и любовалась на девочку. А потом, когда Света забеременела, стала приговаривать: "Да... у вас-то - красавица, а у нас - ещё неизвестно, что будет!"...
Но когда внучка получилась очень даже удачной, и даже, пожалуй, лучше Олечки, Катя стала приходить с ней к окнам кухни в Колпачном, стучать мыском туфельки в стекло, и весело объявлять: "Это мы пришли!"... И навстречу им открывалась тяжёлая дверь заднего входа, и Катя ловко спускалась, с девочкой на руках, по ступенькам.
Леночка, конечно, этого не помнила. Это потом, через много лет, рассказала ей постаревшая тётя Галя.
Из всех этих прогулок в Колпачный трёхлетняя Леночка запомнила только одну прогулку с бабушкой. Они шли и шли с бабушкой по улице. И улица эта называлась "Покровка", - как сказала бабушка. И когда девочке уже надоело идти всё прямо и прямо по этой улице, они вдруг свернули в переулок, который назывался, как сказала бабушка, "Колпачный", - и там вдруг стало тихо и пустынно, - они были совсем одни в этом переулке! И машин там не было, и люди не ходили. Они шли по тротуару с левой стороны, и дом, к которому они шли, оказался напротив. И бабушка присела перед Леночкой на корточки, и показала рукой: "Смотри, Леночка, белочка!" На одном окне висела клетка с колесом, в котором бегала рыжая белка с пушистым хвостом. Девочке не очень понравилось это всё вместе: белочка, колесо, клетка...
А потом они оказались в комнате, где сидела на полу Олечка и заводила интересную разноцветную игрушку. Игрушка заворожила Леночку. Когда она просто стояла на полу, то ничего особенного в ней не было, но когда, несколько раз с силой опустив штырёк, её заводили, она сверкала разноцветными кругами, и было в этом что-то волшебное. "Дай, я!" - Леночка завладела Олиной игрушкой, и, в совершенном самозабвении, снова и снова запускала "волшебные круги"... - Что это? - спрашивала девочка, и ей ответили: "Это - юла".
Продолжение следует.