— «Ты что, совсем?» — голос Лены сорвался на тонкую, нервную ноту. Она с трудом удерживала ребёнка на руках, пока пятимесячный Илья тянул в рот плюшевого зайца, который уже в третий раз падал на пол.
— «Да ладно тебе, всё будет нормально. У меня племянник в год пошёл — здоровый, как бык!» — Антон, её парень, откинулся на спинку стула, глядя на экран телефона.
Лена чуть не швырнула игрушку в угол. «Здоровый, как бык? Ну да, конечно! Сказал и отошёл в сторону! А я тут одна — и за маму, и за папу, и за доктора!»
Их первая ссора, казалось, нависла над комнатой плотным облаком. Антон всегда уходил от разговоров. Когда Лена пыталась обсудить аллергию Ильи или его ночные плачи, он отмахивался. Для него всё это было мелочью. Но для неё каждый день был испытанием.
Они познакомились на втором курсе института. Лена училась на педагога, Антон — на инженера. Весёлый, уверенный в себе, он сразу покорил её. Ещё вчера они мечтали о путешествиях, успешной карьере и общем будущем. Сегодня Лена могла думать только о подгузниках, бессонных ночах и смеси, которую приходилось готовить каждые три часа.
Её родители осудили выбор дочери. Мама наотрез отказалась помогать, назвав её «глупой и безрассудной». Антон, поначалу полный энтузиазма, всё больше отдалялся.
— «Мы просто ещё молоды, Лена! Давай ты хотя бы один вечер не будешь о нём думать? Мы же тоже люди, а?» — он почти кричал, когда она отказалась пойти на его вечеринку.
— «Не буду думать? А кто будет, Антон? Ты? Ты даже не знаешь, как держать бутылочку, чтобы он не захлебнулся!»
Эти слова вспыхнули, как искра, разжигая пожар. Они поссорились, как никогда прежде. Антон хлопнул дверью и ушёл.
Лена долго сидела на кухне, держа сына на руках. «Как всё стало так сложно? Разве я что-то сделала не так?»
На следующий день она рискнула позвонить своей соседке по лестничной площадке, Ирине. Тридцатилетняя мать двоих детей, она всегда казалась доброжелательной. Лена выговорилась, и Ирину это не удивило.
— «Ох, Леночка, я через всё это прошла. Хочешь, я зайду завтра? Вместе что-нибудь придумаем».
На следующее утро Ирина действительно пришла. Она принесла пакет с фруктами, тёплую запеканку и, самое главное, свои истории. О том, как её младший сын тоже плохо спал, как муж уходил, оставляя её наедине с хлопотами, как она училась просить о помощи.
— «Я поняла главное: чтобы справиться, ты должна любить себя. Ты ведь хорошая мама, ты стараешься изо всех сил! Но позаботься и о себе. Это не стыдно — это правильно».
Лена плакала, слушая её. Чужие слова вдруг пробудили в ней что-то новое — чувство, что она больше не одна.
Вечером, когда Антон вернулся домой, Лена уже знала, что сказать. Её голос был твёрдым:
— «Антон, я понимаю, что тебе тяжело. Но мы семья. Если ты хочешь быть с нами, ты должен участвовать. Я не могу тянуть всё это одна».
— «Я…» — он замялся, но в его взгляде мелькнуло что-то новое — растерянность, может быть, даже осознание.
Их разговор длился до ночи. Впервые за долгое время они говорили честно.
Теперь Лена понимала, что ей всё ещё будет трудно. Но она больше не боялась просить о помощи. Ирина стала для неё примером того, что даже в самых сложных обстоятельствах можно найти поддержку.
А Антон — он наконец научился держать бутылочку. И это стало началом чего-то нового.