Ближний Восток больше не «консервативный». Скорее, вызревает совсем иное «Пробуждение», считает бывший британский дипломат, основатель и директор базирующегося в Бейруте Форума конфликтов Аластер Крук
Долгая война за подтверждение западного и израильского превосходства претерпевает изменение формы. На одном фронте изменились расчеты в отношении России и войны на Украине. А на Ближнем Востоке место и форма войны меняются отчетливым образом.
Знаменитая доктрина сдерживания Джорджа Кеннана долгое время была основой политики США, направленной сначала на Советский Союз, а затем на Россию. Тезис Кеннана от 1946 года состоял в том, что Соединенным Штатам необходимо терпеливо и решительно работать, чтобы предотвратить советскую угрозу, а также усиливать и усугублять внутренние трещины в советской системе, пока её противоречия не спровоцируют крах изнутри.
Совсем недавно Атлантический совет опирался на доктрину Кеннана, чтобы предположить, что её общие положения должны служить основой политики США в отношении Ирана. «Угроза, которую Иран представляет для США, напоминает ту, которую представлял Советский Союз после Второй мировой войны. В этом отношении политика, которую Джордж Кеннан изложил для взаимодействия с Советским Союзом, имеет некоторые приложения для Ирана», — говорится в отчете Атлантического совета.
За эти годы эта доктрина окостенела в целую сеть договоренностей по безопасности, основанных на архетипическом убеждении, что Америка сильна, а Россия слаба. Россия должна «знать это», и поэтому, как утверждалось, не может быть никакой логики для российских стратегов воображать, что у них есть другой выбор, кроме как подчиниться превосходству, представленному объединенной военной мощью НАТО против «слабой» России. И если российские стратеги неразумно продолжат бросать вызов Западу, как утверждалось, то присущее им противоречие просто приведёт к расколу России.
Американские неоконсерваторы и западная разведка не прислушались ни к какому другому мнению, поскольку они были привержены(и в значительной степени всё ещё в ней убеждены) формулировке Кеннана. Американский класс внешней политики просто не мог принять возможность того, что такой основной тезис был неверным. Весь подход отражал скорее глубоко укоренившуюся культуру, чем какой-либо рациональный анализ – даже когда видимые факты на местах указывали им на иную реальность.
Таким образом, Америка усиливает давление на Россию, постепенно поставляя дополнительные системы вооружений в Украину, размещая ракеты средней дальности с ядерными боеголовками все ближе к российским границам, а в последнее время обстреливая из ПТРК «старую Россию».
Цель этого - оказать давление на Россию, создав ситуацию, в которой она чувствовала бы себя обязанной пойти на уступки Украине, например, согласиться на замораживание конфликта и вести переговоры против украинских «карт», призванных обеспечить приемлемое для США решение. Или, в качестве альтернативы, загнать Россию в «ядерный угол».
Американская стратегия в конечном итоге основывается на убеждении, что США могут вступить в ядерную войну с Россией - и победить; что Россия понимает, что если она начнёт ядерную войну, то «потеряет мир». Или же, под давлением НАТО, гнев россиян, вероятно, сметёт Путина с поста президента, если он пойдет на значительные уступки Украине. С точки зрения США, это был «беспроигрышный» исход.
Однако неожиданно на сцене появилось новое оружие, которое как раз освобождает президента Путина от выбора «всё или ничего» — уступить Украине «руку» для переговоров или прибегнуть к ядерному сдерживанию. Вместо этого войну можно урегулировать фактами на местах. По сути, «ловушка» Джорджа Кеннана лопнула.
Ракета «Орешник» (которая использовалась для атаки на комплекс «Южмаш» в Днепропетровске) даёт России оружие, подобного которому ранее не было: ракетную систему средней дальности, которая эффективно нейтрализует западную ядерную угрозу.
Россия теперь может управлять западной эскалацией с помощью правдоподобной угрозы возмездия, которое одновременно является чрезвычайно разрушительным – и в то же время обычным. Это переворачивает парадигму. Теперь эскалация Запада должна либо стать ядерной, либо ограничиться поставкой Украине оружия, такого как ATACMS или Storm Shadow, которое не изменит ход войны. Если НАТО пойдет на дальнейшую эскалацию, оно рискует получить удар «Орешника» в ответ, либо по Украине, либо по какой-то цели в Европе, оставив Запад перед дилеммой, что делать дальше.
Путин предупредил: «Если вы снова нанесёте удар по России, мы ответим ударом «Орешника» по военному объекту в другой стране. Мы предупредим, чтобы гражданское население могло эвакуироваться. Вы ничего не сможете сделать, чтобы предотвратить это; у вас нет противоракетной системы, которая может остановить атаку со скоростью 10 Махов».
Ситуация изменилась.
Конечно, есть и другие причины, выходящие за рамки желания постоянных сотрудников службы безопасности заставить Трампа продолжать войну на Украине, чтобы запятнать его войной, которую он обещал немедленно прекратить.
В частности, британцы и другие европейцы хотят, чтобы война продолжалась, потому что они находятся на финансовом крючке из-за их владения украинскими облигациями на сумму около 20 миллиардов долларов, которые находятся в состоянии «дефолта", или из-за их гарантий МВФ по кредитам, предоставленным Украине. Европа просто не может позволить себе расходы, связанные с полным дефолтом. Европа также не может позволить себе взять на себя это бремя, если администрация Трампа откажется от финансовой поддержки Украины. Поэтому они вступают в сговор с американской межведомственной структурой, чтобы сделать продолжение войны защищенным от разворота политики Трампа: Европа - из финансовых соображений, а «Глубинное государство» - потому что хочет сорвать внутреннюю повестку дня Трампа.
Другое крыло «глобальной войны» отражает зеркальный парадокс: то есть «Израиль силен, а Иран слаб». Центральным моментом является не только его культурная основа, но и то, что весь израильский и американский аппарат является участником нарратива о том, что Иран является слабой и технически отсталой страной.
Наиболее существенным аспектом является многолетняя неспособность учитывать такие факторы, как умение понимать стратегии и распознавать изменения в возможностях, взглядах и понимании других сторон.
Россия, похоже, решила некоторые общефизические проблемы объектов, летящих с гиперзвуковой скоростью. Использование новых композиционных материалов позволило обеспечить глиссирующему крылатому блоку дальний управляемый полет практически в условиях плазменного образования. Он летит к цели как метеорит, как огненный шар. Температура на его поверхности достигает 1 600-2 000 градусов Цельсия, но крылатый блок при этом надёжно управляем.
Иран, похоже, решил проблемы, связанные с доминированием противника в воздухе. Иран создал систему сдерживания, основанную на эволюции дешёвых беспилотников, оснащенных баллистическими ракетами с высокоточными гиперзвуковыми боеголовками. Дроны стоимостью 1000 долларов и дешевые высокоточные ракеты противостоят дорогостоящим пилотируемым самолетам - инверсия войны, которая готовилась двадцать лет.
Израильская война, однако, претерпевает метаморфозы в других отношениях. Война в Газе и Ливане истощила израильские людские ресурсы; Армия обороны Израиля понесла тяжелые потери; ее войска истощены; а резервисты теряют приверженность войнам Израиля и не выходят на службу.
Израиль достиг предела своих возможностей по выдвижению военных требований (за исключением призыва на военную службу студентов ортодоксальной харедимской ешивы — акта, который может привести к падению прительстенной коалиции).
Короче говоря, численность войск израильской армии упала ниже нынешних военных обязательств, предписанных командованием. Экономика рушится, а внутренние разногласия грубы и болезненны. Это особенно актуально из-за несправедливости, когда светские израильтяне умирают, в то время как другие остаются освобожденными от военной службы — судьба, зарезервированная для некоторых, но не для других.
Эта напряженность сыграла важную роль в решении Нетаньяху согласиться на прекращение огня в Ливане. Растущая враждебность по поводу освобождения ортодоксальных харедим рисковала разрушить коалицию.
Метафорически говоря, теперь существует два Израиля: Иудейское царство против Государства Израиль. Ввиду столь глубоких антагонизмов многие израильтяне теперь рассматривают войну с Ираном как катарсис, который снова объединит раздробленный народ и — в случае победы — положит конец всем войнам Израиля.
Снаружи война расширяется и меняет форму: Ливан пока находится в состоянии угасания, но Турция начала крупную военную операцию (по сообщениям, около 15 000 человек) в нападении на Алеппо, используя обученных США и Турцией джихадистов и ополченцев из Идлиба. У турецкой разведки, несомненно, есть свои собственные цели, но США и Израиль особенно заинтересованы в том, чтобы прервать маршруты поставок оружия «Хезболле» в Ливане.
Израильское бессмысленное нападение на некомбатантов, женщин и детей – и его явная этническая чистка палестинского населения – сделали регион (и Глобальный Юг) бурлящим и радикализированным. Израиль своими действиями разрушает старый этос. Регион больше не является «консервативным». Скорее, вынашивается совсем другое «Пробуждение».
© Перевод с английского Александра Жабского.