Сегодня она напоминает развалины после бомбежки. Гнетущее впечатление усиливают тишина и безлюдье на улицах поселка, затерявшегося среди сопок. С фабрики будто по-живому содрали кожу. И стоит она, продуваемая всеми ветрами, постепенно разрушаясь, напоминая о былом. Сколько народу прошло через ее проходную, скольким лебединцам дала она работу, а вместе с ней и надежду на стабильность и уверенность в завтрашнем дне!
Теперь это все в прошлом. Воспоминания о тех далеких годах остались в памяти старожилов, сохранились в личном архиве бывшего председателя поселкового Совета, ныне учителя школы № 10 Е. И. Севостьяновой. В нем – историческая справка о строительстве и работе фабрики и шахт, письма земляков, разъехавшихся по разным регионам страны.
Всю жизнь прожив в Лебедином, Елизавета Илларионовна и сегодня остается человеком неравнодушным, бережно сохраняющим память о прошлом поселка.
После открытия богатых рудных залежей в конце 1932 года была построена первая временная амальгационная фабрика с одной парой бегунов. На дне огромной чаши один или два катка размельчали и смешивали различные вещества с золотоносной рудой. Работа на такой фабрике была тяжелой, малопроизводительной, так как многое приходилось делать вручную. В 1933 году за сутки она могла обрабатывать 1,3 тонны руды, которая доставлялась с гор Рудная и Крутая конным транспортом в деревянных таратайках. Через два года на фабрике была установлена вторая чаша, фабрику стали называть бегунной.
В 1934 году доставка руды на фабрику с горы Рудная была механизирована. В этом же году были отпущены средства на проведение капитальных подготовительных работ. На руднике были построены трансформаторная подстанция, механическая мастерская, в 1935 году горные работы были частично переведены на механическое бурение. Для подъема руды и пород были установлены лебедки. На фабрику руду доставляли с шахты № 5, которая была в самом поселке. Рудник зажил полной жизнью. Были построены жилье, склады, кузница, семилетняя школа, клуб, два общежития.
После открытия рудных тел на Ороченском увале в 1936 году в несколько раз увеличилась добыча руды и стала расширяться фабрика. Если в 1933 году добыча руды за год составляла 504 т, то в 1936-м – 3500 т. Добыча золота увеличилась почти на 300 %. К объектам добычи построили дороги, руду на фабрику стали возить автомашины. На руднике появился экскаватор, работавший на вскрытии торфов, погрузке руды. Производительность руды на фабрике резко возросла.
О переменах, происходивших тогда в поселке, о работе фабрики, которой была отдана вся жизнь, рассказала во время нашей встречи одна из старейших жительниц Лебединого Анастасия Ивановна Цыганкова. Приехала она сюда вместе с родителями в 1934 году. Было ей в ту пору 11 лет, и она была старшей в семье, где всего было семеро детей мал-мала меньше. Домов в поселке было мало, поселили их в старом клубе, затем в общежитии. В 1939 году купили дом. И тут их постигла большая беда – умер отец, оставив матери семерых детей. Пришлось Насте бросать школу и идти работать на фабрику. К тому времени на фабрике было уже шесть чаш. Руду загружали в бункера вручную, откуда она по желобу шла в чаши. Освоила она здесь такие профессии, как подгребщица, завальщица. Работа была очень тяжелая, и 16-летнюю Настю вскоре перевели на флотацию, где она отработала три года.
- Когда построили фабрику, нам говорили – будете в белых халатах работать, - рассказывает Анастасия Ивановна, - да не тут-то было. Неполадок поначалу много было, все вручную. Пошла сначала пробщицей, потом шлюзовой. Я безотказная была, хоть на какую тяжелую работу соглашалась, а сейчас-то все это сказывается на здоровье. Трудилась и в разварочном отделении, а в шламовом отработала 20 лет. Гоняли нас и на распиловку, и на сплав леса для Селигдарской и Якокутской электростанций. Во время войны после смены мыли золото из отходов фабрики, на полученные за него боны покупали продукты, другие товары. Помогали фронту – отправляли посылки. Всего 48 лет у меня стаж.
На фабрике в годы войны остались в основном женщины. Работали по 10-12 часов, часть заработка отчисляли в фонд помощи фронту.
В 1945 году еще работала бегунная фабрика. А в 1949 году был выдвинут проект ее расширения, и началось строительство, которое было закончено в 1952 году. Начальником строительства был Христофор Григорьевич Симон, а механиком – Николай Иннокентьевич Обедин. Фабрика стала называться фабрикой законченного цикла обработки (ФЗЦО).
После перестройки увеличен процент извлечения золота из руд, но потери металла в «хвостах» были все же немалые. В дальнейшем поступило много рационализаторских предложений, по которым стали переходить на более производительную и современную технологию оборудования. Для сульфидных руд был освоен метод гравитации и флотации.
В 1957 году на фабрику было запланировано поступление руды с участка «Боковой», которая была крайне глинистой. Для ее обработки началось строительство рамных фильтров, первые из которых были установлены в 1959 году. В этом же году были выброшены бегунные чаши, а на их место поставлены две шаровые мельницы.
В начале 60-х годов производительность фабрики составляла 600 тонн в сутки. Коллектив в короткие сроки справился с задачами по реконструкции, и к 1964 году было установлено 12 ванн рамного фильтра, одна мельница, шесть вакуумных насосов РВН-60 и другое оборудование.
На фабрике стали обрабатывать три различных по составу и технологии сорта руд.
После окончания Алданского горного техникума пришел на ФЗЦО в 1958 году молодой специалист Владимир Савватеев. Сначала работал механиком отделения, затем главным механиком фабрики, рудника. В 1984 году по состоянию здоровья перевелся слесарем, уволился в 1988 году.
- Я пришел на фабрику в 23 года, - рассказывает Владимир Иванович. – Оборудование я знал мало, в техникуме мы его только обзорно проходили. И чтобы научиться, в чем-то себя проявить и влиться в коллектив, надо было много работать. Я проводил на фабрике практически все свое время. Многому научили меня братья Татаренко, Владимир Горбун и другие опытные рабочие и механики.
В те годы как раз началась разработка Куранахского месторождения, и на фабрике мы начали внедрять обработку очищенных руд. Процесс довольно трудный, сложный, так как она от нашей сульфидной руды очень отличается, и процесс обогащения золота там совершенно другой. Технологи предлагали схемы, а наша задача была их отработать, внедрить. Начали наращивать производительность фабрики, для чего надо было монтировать новое оборудование. С вводом шаровых мельниц обработка руды значительно увеличилась, больше стали получать золота.
Следующим этапом реконструкции стало освоение новой технологии извлечения металла, которая позволяла сократить потери золота в «хвостах». С помощью специалистов научно-исследовательских институтов смонтировали ионообменную установку, которая была первой в стране и стала как бы опытным полигоном для того, чтобы смонтировать Куранахскую фабрику на окисленную руду, и в 1968 году начали внедрять на Куранахской ЗИФ. Оттуда к нам присылали на учебу молодежь, а наши опытные специалисты перешли работать в Куранах.
Была мечта перейти работать на более мощную и современную фабрику и у В. И. Савватеева. Но судьба распорядилась так, что отработал он всю свою жизнь в Лебедином, подал множество рационализаторских предложений, за что в 1972 году ему было присвоено звание «Заслуженный рационализатор РСФСР», через два года он был награжден орденом «Знак Почета», занесен на Всесоюзную Доску почета, в Книгу почета.
Здесь же, в Лебедином, в 1957 году познакомился со своей будущей женой Энгельсиной Феликсовной, которая трудилась сначала в библиотеке, а с начала шестидесятых – в электроцехе, шламовом отделении фабрики, лаборантом химводоочистки, диспетчером в гараже БелАЗов. Вместе с мужем воспитала двоих сыновей, теперь, будучи на пенсии, помогает растить внуков. Много вложено их труда в развитие Лебединской ЗИФ.
В 1978 году было принято решение о капитальном ремонте фабрики с последующим переводом ее на обработку окисленных руд. В 80-е годы, после реконструкции, фабрика была переведена на угольную технологию.
Коллектив Лебединской ЗИФ знал немало побед и неудач. Самым тяжелым для него стал 1991 год, когда на базе фабрики было решено создать старательскую артель «Лебединец». И силовым методом такое решение было принято. В 1994 году за невыполнение плана, нерентабельность руководство «Алданзолота» не стало заключать договор с артелью, подведя тем самым черту под существованием фабрики.
- Людей просто бессовестно выбросили, обманули, не выдав расчета. Сначала насильно затолкали в артель, а потом, закрыв ее, забыли о людях,оставили у разбитого корыта, - делится своим наболевшим В. И. Савватеев. – Вначале был создан комитет по защите прав, но, ничего не добившись, он распался. Сегодня здесь нет работы, не строится жилье, не работает даже клуб. Жизнь замерла. Обидно не столько за себя, мы хотя бы пенсию имеем, а за молодежь, которой приходится очень трудно из-за безработицы и безденежья. И все же хотелось бы пожелать своим землякам терпения и надежды на лучшее будущее, иначе, если опустишь руки, совсем пропадешь.
- Когда рудник строился, расширялся, мы даже не думали, что он может когда-нибудь закрыться, что фабрика не будет работать, говорит А. И. Цыганкова. – Я 65 лет здесь прожила, вырастила троих детей, похоронила мужа и сына. Поселок, фабрика для меня как родной дом, все с ними связано. А сейчас иду в магазин – обязательно пройду по территории фабрики. Сердце замирает при ее сегодняшнем виде, все растащили, разобрали и бросили. Дети зовут уезжать отсюда, а я все никак не решусь. Не могу расстаться с тем, что стало таким дорогим и близким, но, видимо, придется. Умом понимаю, что ехать надо, а сердце остается здесь, в Лебедином.
Я уезжала из Лебединого в пустом автобусе. Осталась позади разобранная фабрика, промелькнули домишки на окраине поселка, утонувшего в окружающей его красоте и тишине, а за холодным окном продолжалась жизнь, право на которую сейчас каждый лебединец отстаивает по-своему.
(Продолжение следует).
Людмила Павлюченко.
«Алданский рабочий», № 25-25 от 20 февраля 1999 года.