Денис сидел в теплом доме, кутаясь в старый халат, который дал ему Федор. Телефон Федора лежал на столе, парень уже успел позвонить Максиму, своему другу. Тот был в шоке от услышанного и обещал немедленно приехать. Федор с матерью переглянулись. Женщина покачала головой и тихо вздохнула. — Не нравится мне все это, — сказала она, — друг твой, надеюсь, действительно поможет, а не усложнит положение. Денис устало провел рукой по лицу. — Но кто еще мне поможет? — Ты точно уверен, что ему можно доверять? —задумчиво глядя в окно спросил Федор. — Пока у меня нет выбора, — Денис поморщился, — он влиятельный, у него связи. Надеюсь, он сможет разобраться с этим. Через полчаса во дворе раздался звук подъехавшей машины. Денис поднялся, глубоко вздохнул и вышел на крыльцо. Федор с матерью последовали за ним, поддерживая его. Максим выбрался из салона, запахнув на ходу дорогой пуховик. На его лице застыло выражение показного сочувствия, но в глазах вспыхнуло нечто иное — интерес, даже азарт. — Ну ты даешь, Ден! — воскликнул он, подходя ближе, — кто тебя так? — Долгая история, — Денис взглянул на Федора и его мать, затем снова на друга. Максим оглядел деревенский двор с легким презрением, но тут же вернул лицу дружеское выражение. —Разберемся. Давай в машину, по дороге расскажешь. — Мы тут тоже за Дениса переживаем, — неожиданно вмешалась мать Федора, — обязательно дайте знать нам, все ли в порядке. Максим задержал на ней взгляд, затем кивнул. — Конечно. Не волнуйтесь, я его в беде не оставлю. Но в голосе его прозвучало что-то такое, что заставило Федора нахмуриться. Он с самого начала смотрел на Максима с подозрением. Как только тот вышел из машины, стало ясно — этот человек не привык к деревенской жизни и уж точно не уважает ее. Взгляд Максима, скользнувший по старым постройкам, крыльцу, забору, а потом и по нему самому с матерью, говорил больше любых слов. Презрение, скрытое за маской показного дружелюбия, сквозило во всем его облике.
Этот тип даже не пытался скрыть своего отношения. Для него деревня — не место, где люди живут, работают, растят детей. Нет, для таких, как он, это просто дикая глушь, в которую можно попасть только по нелепой случайности.
Федор внимательно наблюдая за гостем, сделал вывод — в нем что-то не так. Да, Максим держался уверенно, говорил убедительно, но в его словах сквозила какая-то фальшь. Казалось, он играет роль заботливого друга, но на самом деле его интересовало что-то другое. Он перевел взгляд на Дениса.
Тот, казалось, не замечал или не хотел замечать всего этого. Может привык, может Максим всегда так себя вел? Но если так, то почему Денис ему доверяет? Неужели не видит этой высокомерной ухмылки, не слышит скрытой насмешки в голосе? Федор решил — этот тип не тот, кто станет помогать просто так. Он что-то задумал.
Федор проводил взглядом удаляющуюся машину и только вздохнул. Он не привык лезть в чужие дела, но история Дениса его зацепила. Однако жизнь не стояла на месте — его ждала работа, мать, хозяйство.
Он вернулся в дом, где мать уже прибирала посуду после ужина. Федор бросил взгляд в окно. Надо было завтра починить трактор, да и дрова в сарае подкинуть — зима в этом году стояла суровая. — Спать иди, мама, — только и сказал он. Забот у него хватало, и чужие проблемы он на себя брать не планировал.
Денис не собирался задерживаться в особняке. Он понимал, что каждая минута здесь – риск столкнуться с Зоей, а после ее последнего предложения ему хотелось как можно быстрее покинуть этот дом. Он зашел в свою комнату, бросил дорожную сумку на кровать и быстро начал собирать вещи. Документы, немного одежды, несколько личных вещей – все, что могло пригодиться. Он не планировал возвращаться. Как назло, Зоя не заставила себя ждать. —Вернулся? — Да. Собрать вещи и уйти, — ответил Денис не поворачиваясь. Она зашла в комнату, неторопливо облокотилась о дверной косяк. — Ты обиделся, милый? А зря. Я ведь дала тебе шанс… — Шанс? — он резко обернулся, — быть твоей игрушкой? Ты с ума сошла! — Ну, тогда катись отсюда, — Зоя лишь усмехнулась, — только помни, что ты сам отказался от хорошей жизни. Денис промолчал. Он не хотел больше ничего слышать. Застегнул сумку, закинул ее на плечо и, не оглядываясь, вышел из комнаты. Максим встретил его в просторной квартире с бокалом вина в руке. — Ну, вот и ты, — усмехнулся он, — с чемоданами, как беженец. — Не смешно, — буркнул Денис, ставя сумку у входа. — Расслабься, дружище. У меня тут места навалом. Живи сколько хочешь. — Спасибо, — Денис устало провел рукой по лицу, — я пока не знаю, что дальше делать. — Ты сам виноват, что не захотел принять ее условия. Согласился бы – жил бы в золоте, —проговорил Максим, опускаясь в кресло и небрежно покачивая бокал. — Я не собираюсь быть ее любовником ради денег! — вспыхнул Денис. — Ах, какая принципиальность… Ну, ладно. Пока поживи здесь. Но запомни: в этом мире все решают связи и деньги. А гордость – это роскошь, которую не каждый может себе позволить. Денис промолчал, глядя в окно. Теперь ему предстояло строить жизнь заново. Он не мог избавиться от чувства, что все это — не просто череда несчастливых случайностей. Чем больше он размышлял, тем яснее становилось: Зоя не могла так просто отступить. Сидя в гостиной квартиры Максима, он машинально крутил в руках стакан с водой, погруженный в свои мысли. Все складывалось слишком уж логично: сначала давление, потом угрозы, потом избиение и чудом спасенная жизнь. — Ты чего такой хмурый? — Максим бросил на него взгляд из-за ноутбука. — Думаю. — Опасное занятие. — Я не верю, что меня просто так избили и бросили умирать. — И кто, по-твоему, за этим стоит? — Максим задумчиво посмотрел на друга — Зоя, — Денис посмотрел на него. — Ну, а ты что думал? Конечно, она, — Максим откинулся на спинку кресла, крутя в пальцах зажигалку. Денис устало провел рукой по лицу. — Мне нужно доказать это. — И что ты собираешься делать? — Максим задумчиво посмотрел на него. Денис поднял на него взгляд. — Разузнать все, и вернуть все обратно. Спустя несколько дней Денис наконец вышел на одного человека, который мог ему помочь. Это был Аркадий Мельников — опытный юрист, который когда-то работал у его отца, но был уволен под давлением Зои. Если кто и знал подноготную ее махинаций, так это он. Денис договорился о встрече в небольшом кафе на окраине города. Аркадий пришел вовремя. Это был средних лет мужчина с усталыми глазами, но твердой осанкой. — Денис? — уточнил он, садясь за стол. — Да. Спасибо, что согласились встретиться. — Ваш отец был хорошим человеком. Мне жаль, что все так обернулось. Денис сжал губы. — Я хочу вернуть то, что принадлежало нашей семье. Вы можете помочь? — Я подозревал, что Зоя неспроста заняла свое место, но не мог доказать. Теперь, когда ее влияние немного ослабло, шанс есть, — сказал Аркадий, посмотрев внимательно на парня.
— Что мне делать? — Во-первых, я изучу документы, которые у меня остались. Возможно, найду зацепки. Во-вторых, вам нужно быть осторожным. Если Зоя действительно причастна к нападению на вас, она не остановится. — Я готов ко всему, — кивнул Денис. — Тогда давайте вернем вам вашу жизнь, —Аркадий слегка улыбнулся.
Прошло пару недель. Федор стоял у крыльца, всматриваясь в серое небо. Морозы отступили, и в воздухе пахло сыростью, талым снегом, землей, пробуждающейся после долгого сна. Он глубоко вдохнул, прислушиваясь к едва заметному капельному стуку с крыши. Это был хороший знак — весна не за горами. В последние дни все вокруг преобразилось: снег на дорогах потемнел, в деревне появились первые лужи, а по утрам вдали раздавались звонкие капели. Федор с детства любил это время года — момент, когда зима ее не отпустила окончательно, но природа уже делает первые шаги к теплу. Он посмотрел на свой трактор, припорошенный грязным снегом, и невольно улыбнулся.
Скоро он снова сядет за руль, будет пахать поля, помогать людям, делать то, что умеет лучше всего. Вся эта суета с Денисом, его проблемами, внезапно всплывшими интригами, конечно, выбила из привычной колеи, но Федору всегда было ясно: его жизнь — это земля, работа, простой труд, без хитросплетений городских махинаций. Он мечтал скорее бы сесть за рычаги, почувствовать под руками мощь машины.
Ему нравилось работать в поле, любил смотреть, как под лезвиями плуга раскрывается темная, влажная почва, вдыхать запах земли, который ни с чем не спутаешь. Работа на тракторе приносила ему особенное удовлетворение. Федор знал, что через пару недель начнется настоящая оттепель, а там и весна вступит в свои права, растает снег, выйдут в поле трактористы, оживятся фермеры, зашумит река, освободившись ото льда. Сельская жизнь снова забурлит, наполнится привычной работой и радостным ожиданием нового урожая.
От этих мыслей на душе становилось легко. Да, было трудно — мать болела, денег впритык, но у него были руки, была работа, а значит, и будущее. Федор снова вдохнул полной грудью и улыбнулся: весна будет хорошей. Он в этом не сомневался. Федор как раз чинил забор во дворе, когда к нему подошла Галя. Ее тонкое лицо слегка порозовело от свежего воздуха, а в глазах читалась усталость, смешанная с легким воодушевлением. Она натянула шарф повыше, обхватила себя руками и, глубоко вдохнув, медленно выдохнула, наслаждаясь морозной свежестью.
Когда-то Галя уехала из этой деревни вместе с родителями. Тогда ей казалось, что впереди новая, интересная жизнь, полная возможностей. Город затянул, поглотил своей суетой, но в итоге оставил ее совершенно одну. Родителей не стало, друзей, как оказалось, тоже. Никто не спешил прийти на помощь, когда стало трудно. Теперь она вернулась в места, где прошло ее детство. Пусть деревня за эти годы изменилась, и многие лица стали незнакомыми, но здесь все равно все было родное. — Тепло сегодня, — начала она, глядя на капли талой воды, стекающие с крыши, — весна чувствуется. Федор вытер руки о штаны, оперся на лопату и посмотрел на нее с легкой улыбкой. — Ага. Днем солнце пригревает, ночью еще прихватывает, но уже не то. Скоро работа начнется. — Ты рад? — Галя слегка наклонила голову, внимательно глядя на него. — Конечно. Поля ждут, трактор вон — чищу, подготавливаю. Да и матери легче будет, не любит она зиму. Галя проследила за его взглядом, остановив его на небольшом аккуратном доме с резными ставнями. Там, за окном, мелькнула фигура пожилой женщины. Галя уже успела немного пообщаться с тетей Катей и прониклась к ней теплыми чувствами. — Она добрая. Видно, что душевный человек, — тихо сказала Галя. — Да, мать у меня хорошая, — Федор сдержанно кивнул, —только вот тяжело ей стало. Возраст, болячки… Ты сама-то как тут? Нравится? Галя задумалась. Она перевела взгляд на деревенскую улицу, где тянулись дома, заборы, кое-где еще оставались сугробы, но уже подтаявшие, рыхлые. — Честно? Я пока не знаю, — призналась она, — здесь тише, чем я привыкла. В городе всегда спешка, шум, люди вечно куда-то бегут. А тут — словно время остановилось. И люди другие. — Какие? — Федор усмехнулся. — Простые, — честно ответила Галя, — спокойные, без лишней суеты. Не скажу, что я сразу привыкла, но в этом есть что-то правильное. Может, мне тоже пора научиться такой жизни. Меня же родители давно увезли в город, отвыкла я от тишины. Она перевела взгляд на свой дом. Это был небольшой, старый, видавший виды домишко, явно требовавший серьезного ремонта. — Только вот с жильем мне не повезло, — Галя вздохнула, — я, конечно, понимала, что покупаю не дворец, но думала, что жить можно. А теперь вот не знаю, что делать. — Дом надо крепче смотреть, прежде чем покупать, — Федор взглянул на ее дом и покачал головой, — особенно в деревне. Тут ведь не так просто — если что, мастера не вызовешь, сам все делать будешь. — Я теперь это понимаю, — горько усмехнулась Галя, — но назад уже не повернешь. Буду как-то справляться. Федор задумался. Он вырос в деревне, с детства привык к труду и знал, что такое ремонт. Да и Галя ему не чужая — родственница все-таки. Бросить ее в такой ситуации было бы неправильно. — С ремонтом помочь могу, — наконец сказал он, — но не сразу. Как сезон начнется, времени в обрез будет.
— Спасибо, Федя, —Галя посмотрела на него с благодарностью, — я не хотела бы навязываться, но если подскажешь, с чего начать, уже будет легче. — Начать надо с крыши. Если ее перекроешь, внутри сырость не будет разводиться. Потом окна, двери… Проводку не проверяла? — Нет, — Галя покачала головой, —да и боюсь я в этом ничего не понимаю. — Вот и зря. Надо проверить, чтобы пожара не вышло, — Федор взглянул на нее серьезнее, — ладно, я потом зайду, гляну, что там. Может, не все так плохо, как кажется. Галя облегченно выдохнула. В последние дни она чувствовала себя потерянной, но теперь появилась хоть какая-то надежда. — Ты добрый, знаешь? — она вдруг посмотрела на Федора с легкой улыбкой. Федор усмехнулся, но не ответил. Он не считал себя особенно добрым — просто делал то, что считал правильным. Да и Галя… Она ведь не чужая. Так что он поможет. Насколько сможет.
Федор был занят работой во дворе, когда услышал, как во двор въехала машина. Он выпрямился, прищурился на солнце и тут же узнал — это был Денис. Дверца хлопнула, и тот вышел из машины, поежившись от прохладного ветерка. Он выглядел лучше, чем в тот вечер, когда его нашли на трассе, но все же в его облике оставались следы пережитого. Тень усталости в глазах, чуть напряженная осанка. Федор бросил взгляд на его одежду – дорогая куртка, хорошие ботинки, но выглядел он как человек, который еще не до конца нашел себя. — Ну, привет, — сказал Денис, подходя ближе, — вот решил навестить тебя. — Привет, — Федор кивнул, вытирая руки о старую ветошь, — как ты? — Да нормально вроде. Дела двигаются… — Денис замялся, оглядел двор, — решил вот заехать, сказать спасибо. Ты ведь мне тогда жизнь спас. — Чего уж там, любой бы помог, — буркнул Федор. — Ну, любой – не любой, но ты помог, и я это ценю. Денис сделал шаг к машине, открыл дверцу и достал конверт. — Вот. Это тебе. Федор посмотрел на него, нахмурясь. — Что это? — Деньги. Просто возьми. Не надо отказываться. Федор сжал челюсть, не двигаясь. Его словно окатили холодной водой. Он помогал Денису не ради выгоды, и сама мысль о том, что кто-то пытается расплатиться с ним, резанула по сердцу. — Денис, ты чего? — голос у него стал жестче, — я тебе не за деньги помогал. — Да я понимаю, — Денис вздохнул, убирая конверт обратно, — просто мне хотелось как-то отблагодарить тебя. Это не плата, это знак благодарности. Федор молчал, раздумывая. Он понимал, что Денис искренен, но все равно что-то внутри протестовало против этого. — Если тебе нужны деньги, говори прямо, я помогу, чем смогу, — продолжил Денис, — только, пожалуйста, не обижайся. Я же понимаю — мама болеет, лекарства дорогие, и помощи нет. Федор покачал головой и чуть смягчился. — Я не обижаюсь, просто не привык к такому. Дружба не меряется деньгами. — Ну, с дружбой у меня всегда было сложно, — Денис усмехнулся, — видимо, поэтому и не знаю, как правильно. Они оба замолчали. Ветер шевелил засохшие ветки кустов у забора, где-то вдалеке каркнула ворона. — Ладно, раз деньги не хочешь, может, хоть выпьем чаю? — наконец предложил Денис. — Пойдем, только без этих церемоний, — Федор посмотрел на него, вздохнул и кивнул, — я тебе не чужой человек. Денис улыбнулся. Ему было важно, чтобы Федор понял: он не просто хотел рассчитаться, он действительно ценил его помощь. Федор налил в чашки горячий чай, аромат которого наполнял всю кухню, создавая уютную атмосферу. Денис, откинувшись на спинку стула, обхватил ладонями чашку, наслаждаясь теплом. Он почувствовал себя неожиданно спокойно здесь, в этом простом доме.
Дверь приоткрылась, и в дом вошла Галя. В одной руке она держала авоську с какими-то свертками, в другой — небольшой букетик подснежников. — Здравствуйте, — улыбнулась она, окидывая взглядом сидящих за столом мужчин, — надеюсь, не помешала? — Да ну что ты, Галь, проходи! — Федор встал, чтобы подвинуть ей стул, — как раз чай пьем. — Для тети Кати. Пусть порадуется, —кивнула она , ставя авоську на табурет и аккуратно выкладывая букетик на стол рядом с чашками. — Спасибо, доченька, — раздался голос матери Федора из соседней комнаты, — проходи, сама-то как? Пока Федор возился с новой чашкой, Денис украдкой посмотрел на Галю. Она была совсем не в его вкусе — слишком простая, без вычурности, без столичной ухоженности, к которой он привык. И все же в ней было что-то настоящее — искренность, простота. Он сам не мог понять, почему не мог отвести глаз. Галя тоже почувствовала на себе его пристальный взгляд и слегка смутилась. Отвела глаза, поправила прядь волос за ухо и села за стол. — Денис, — представился он откашливаясь, словно горло вдруг взяло и пересохло, — друг Федора... Ну, почти. Он мне помог, вот заехал сказать спасибо. —Галина, —кивнула девушка, беря чашку с чаем, —Федор у нас человек хороший. Всегда помогает, если кому-то тяжело. — Да уж, убедился, — Денис усмехнулся, стараясь выглядеть непринужденно, хотя внутри чувствовал странное волнение. Федор, замечая этот странный обмен взглядами, усмехнулся про себя, но ничего не сказал. В воздухе повисло легкое напряжение, но никто из них не спешил его развеивать. — Ну, раз вы тут уже знакомитесь, я схожу к маме, посмотрю, как она там, — бросил он, скрывая ухмылку, и вышел из кухни, оставив их наедине. Денис опустил взгляд в чашку, словно увидел там что-то очень важное. Галя тоже молчала, разглядывая подснежники, которые сама же принесла. — Красивые цветы, — сказал Денис, нарушая молчание. — Простые, но милые, — Галя слегка улыбнулась. И снова тишина. Будто каждый пытался понять, почему их присутствие друг рядом с другом вызывает такое странное ощущение. Но никто не хотел это признать. Денис допил чай, поставил кружку на стол и огляделся. В доме было тепло, пахло травами и чем-то сладким.
Федор пришел от матери и молча сел напротив, изредка поглядывая на него. Галя же будто полностью сосредоточилась на своей кружке, но Денис чувствовал на себе ее мимолетные взгляды.
— Ну что, мне пора, —хлопнув ладонями по коленям проговорил Денис. Федор кивнул в ответ, но ничего не сказал. — Спасибо за все, — Денис чуть улыбнулся, —хорошего вечера вам. Федор поднялся и пошел следом, провожая его до машины. На улице уже смеркалось и похолодало, ветер трепал одежду. — Ну, давай, береги себя, — сказал Федор, постукивая пальцами по капоту. Денис сел за руль, завел двигатель, но перед тем как нажать на газ, еще раз бросил взгляд на дом. В окне мелькнула тень – возможно, это была Галя, но он не был уверен. Он усмехнулся про себя, включил фары и, плавно нажав на педаль, тронулся с места. В зеркале заднего вида он еще видел, как Федор стоит у ворот, сунув руки в карманы, но через пару минут деревенские огоньки остались позади. Когда Денис вошел в квартиру Максима, его охватило странное чувство тревоги. Он бросил сумку на диван и, пройдя в кухню, налил себе воды. Внезапно его взгляд упал на что-то блестящее на столе. Это была небольшая камера, незаметно замаскированная под обычный предмет интерьера.
Сердце Дениса забилось быстрее, и по спине пробежал холодок. Он подошел ближе, и мысли начали метаться в хаотичном танце. Кто мог установить камеру, почему он не заметил ее раньше? В голове пронеслась мысль о том, что его жизнь, казалось бы, вернулась в нормальное русло после всех переживаний, но теперь он снова оказался в центре опасности.
Воспоминания о том, как Федор спас его, напомнили о попытках начать новую жизнь, но теперь, похоже, кто-то следил за каждым его шагом. Возможно, это как-то связано с тем, что произошло на трассе. Мысли о людях, которые могли быть заинтересованы в его истории, о Зое, заполнили его разум. Может, это просто совпадение, может, Максим сам не в курсе?
Денис пытался успокоить себя, но внутренний голос шептал, что это не случайность. Он ощутил, как страх сжимает грудь. Что, если кто-то знает, что он собирается делать, что, если они хотят его остановить? Денис быстро вытащил камеру и осмотрел ее на предмет опознавательных знаков или следов, указывающих на владельца. Нужно было выяснить, кто за всем этим стоит. Возможно, это просто способ запугать его, попытка заставить замолчать. Чуть позже домой приехал Максим. Войдя в квартиру, он не ожидал увидеть Дениса с находкой в руке, поджидающего его в кресле. —Ты, ничего не хочешь мне объяснить, друг? Ты для этого предложил пожить у тебя, чтобы следить за мной? — с негодованием спросил Денис. Максим не ожидал такого поворота, и даже не знал, что ответить. Звонок телефона переключил на себя его внимание. Денис не сразу заметил, но как только увидел номер опешил, и больше от того, как был записан абонент — конфетка. — Зоя? — с недоумением выдохнул Денис, не в силах поверить своим глазам. Этот номер был знаком ему, слишком знаком. Как могла эта женщина быть связана с Максимом? Он не знал, что сказать, и на какое-то время остался в полной растерянности. Максим замолчал, заметив его реакцию. Он понимал, что для Дениса это откровение было шоком. С минуту он молчал, не зная, с чего начать, а потом решился и сникнув, заговорил. — Да, я встречался с Зоей, — Максим опустил глаза, и его голос стал тише, — знаешь, Денис, у меня с тобой… я всегда завидовал. Ты родился с золотой ложкой во рту, и тебе все доставалось легко. А мои родители… да, они богатые, но мне пришлось пробиваться самому, сам зарабатывал каждый кусок. И вот ты — со своей стабильностью, с любовью отца, с его вниманием, а я был один. И ты все это не ценил. Ты думал, что все само собой приходит.
Денис почувствовал, как в его груди стало тяжело. Он не знал, что ответить. В голове крутились сотни мыслей, но ни одна не могла помочь ему понять, как ему быть с этим человеком. — Поэтому ты стал встречаться с моей мачехой, которая после смерти отца лишила меня всего? — голос Дениса был хриплым от удивления и злости, — ты серьезно? — Я знаю, что это было неправильно. Но она предложила мне карьеру, а ты даже не замечал, что у тебя все есть, что ты мог бы ценить. Я думал, если я рядом с ней, может, я что-то получу, но это все лишь попытка найти выход. К нападению на тебя я не имею никакого отношения. Ты мне не враг, Денис. Ты даже не знаешь, как мне было сложно. Денис стоял, сжимая в руках камеру. В голове по-прежнему не укладывалась вся эта информация. Зоя, нападение, Максим… Это было слишком сложное переплетение, которое невозможно было понять сразу. Он молчал, стараясь переварить все слова Максима, но в его сердце осталась боль от предательства, которое казалось невозможным. Поняв, что разговор затянулся и не принес ясных решений, Денис встал с места и подошел к двери. Он огляделся еще раз на Максима. — Я думаю, мне нужно немного побыть одному, — сказал он, приоткрыв дверь, — поживу в гостинице. Денис не сказал больше ни слова, просто вышел, закрыв дверь за собой. В коридоре было тихо, и только слабое свечение уличного фонаря проникало сквозь окно. Он спустился по лестнице и вышел на улицу, где свежий ветер немного освежил его мысли. Он шел по пустынным улицам, думая о том, как странно сложилась его жизнь за последнее время. Он не был уверен, что гостиница станет решением всех его проблем, но хотя бы там он будет в одиночестве, без лишних напоминаний о том, что происходит вокруг. Тем временем, у Федора в жизни тоже наступали трудные времена. Как тракторист, он привык к тяжелой работе и был привязан к ферме, на которой трудился уже много лет. Но сейчас ситуация изменилась. Ферма, на которой он работал, на грани краха. Когда-то планировали расширяться, набрали кредитов на покупку земель и модернизацию оборудования, но в какой-то момент деловые партнеры отказались продолжать сотрудничество. Это оказалось решающим ударом для всей фермы.
Теперь, с каждым днем ситуация становилась все хуже. Из-за краха фермы не было ни работы, ни перспектив. Федор чувствовал, как уходят последние надежды на стабильность. На его глазах люди вокруг теряли свои места, потому что работы в деревне становилось все меньше. Фермерский бизнес рухнул, а с ним и все, что с ним было связано. Сам Федор понимал, что он может работать только трактористом, но в деревне практически не осталось работы для таких специалистов.
Все, что осталось — это старые сельские угодья и поля, которые уже не приносили дохода, а их владельцы все чаще уезжали, закрывая свои хозяйства. Не было ни новых проектов, ни перспектив для того, чтобы остаться в деревне. Для Федора это был тяжелый выбор — или остаться, и потерять все, или пытаться найти работу где-то за пределами родных мест, но это было не реально. Как оставить больную мать одну?
Он сидел на крыльце своего дома, обдумывая, что делать дальше. Ветер с той стороны, от фермы, принес ту самую тишину, которая всегда предшествовала переменам. Трактор, стоящий у ворот, казался частью этого забытого мира — мощный и громоздкий, но уже бесполезный, не способный приносить доход.
Федор знал, что время перемен пришло, и он уже не мог сделать то, что раньше казалось естественным. Ветер трепал старые ветки деревьев, а мысли все возвращались к ферме. Его взгляд был усталым, а в глазах читалась боль. — Феденька, — услышал он голос матери из окна,— ты что, не хочешь зайти? Ужин скоро остынет. Он встал и подошел к двери, потянувшись к ручке. — Иду, мам, — ответил он, стараясь скрыть беспокойство в голосе, — сейчас. Когда он вошел в дом, мать уже накрывала на стол, ставя на старый деревянный поднос куски хлеба и картошку с мясом. На кухне было тепло, но Федор не чувствовал этого. Он сел за стол, стараясь не смотреть матери в глаза. — Ты что-то задумался, — сказала Катя, кладя перед ним тарелку, — может, расскажешь? Он вздохнул, отвел взгляд. — Да все хуже, мама. Ферма, наверное, скоро закроется. Партнеры отказываются, кредиты не отдают, а новых людей нанять уже некуда. Здесь работы нет. Катерина села напротив, положив руку на стол. — Но ведь ты же всегда был сильным. Мы с тобой все пройдем, ты же знаешь. Федор молчал, не зная, как ей объяснить, что уже не верит в такие слова. Он тяжело вздохнул. — Сил-то, мам, не хватает. Раньше все было как-то по-другому. Но теперь... что делать? Все в деревне на грани. Кто останется без работы, кто уедет. Даже трактор не нужен. Мать посмотрела на него с тревогой, но старалась не показывать, как ей больно. Федор долго молчал, после чего медленно заговорил, как будто сомневаясь в каждом слове. — Но что делать, мам? Как дальше-то? У меня нет других вариантов. Мать тихо вздохнула, а потом посмотрела ему в глаза. — Ты найдешь. Ты всегда находил выход из любых ситуаций. И я верю, что ты снова что-то придумаешь. Не думай об этом как о конце, а как о начале чего-то нового. Верь в себя. Федор не был уверен, что он верит в это, но чувствовал, что не может расстраивать свою мать. — Ладно, мам, — сказал он тихо, — будем надеяться. Екатерина взяла в руки чашку, но слова не нужны были больше. Они сидели в тишине, а Федор понимал, что в этот момент она просто хочет быть рядом.
Ещё больше историй здесь
Как подключить Премиум
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.