18+
Начало просмотра =>
Предыдущая глава =>
Глава 8. Дежавю
«Хэй, Света! Отлично держишься, – Птичка подмигивает смайлом. – Если бы Эрик был моим мужем, он бы у меня на этой пресс-конференции в ногах ползал, моля о прощении. А ты – удобная жена, молодец».
Стерва!
Напрягаю всю силу воли, чтобы не выдать своего бешенства. На меня ведь все еще смотрят десятки фото- и видеокамер.
Эрик с журналистами обсуждают открытие спортивного комплекса для детей и подростков, который мы из-за Коршунова целый год не могли ввести в эксплуатацию. В администрации буквально к каждой закорючке придирались. Пришлось выполнить все в строжайшем соответствии с устаревшими ГОСТами, чтобы сдать проект. Раньше это было моей работой, но долгожданное открытие комплекса почему-то никак меня не трогает. Теперь у меня другие заботы: малышка, здоровье, подготовка к материнству. Я отстранена от всей текучки и должна появиться только на открытии, да и то не как ассистентка директора, а как жена кандидата в мэры. Виталь заставляет Эрика брать меня на все публичные мероприятия, чтобы избиратели видели, какой он семьянин.
Семьянин. Удобная жена. Материнство. Малышка. Публичные мероприятия.
Арх! Все крутится в голове, и сомнения набирают обороты. Бывшая чайка Эрика только добавляет им скорости и подпитывает энергией, отрицательно заряженной.
«Выглядит так, будто ты искренне веришь своему супругу. А зря. Никакой это не двойник, а сам Эрик хорошо покутил вчера в «Бабочках». Уж я-то его ни с кем не спутаю. Сначала он ко мне пытался приставать, но получив жесткий отказ, пошел утешаться с этими…»
За нее усталость выражает эмодзи, который закатывает глаза. Я закипаю.
Эрик? К ней? Приставал? Какого хрена?!
Ах ты ж дрянь! Да Эрик тебя во все щели давно отымел и бросил! Он имя твое запомнил только благодаря пранку, который я устроила. Так что не надейся, сучка! У него таких чаек, как ты, целая популяция до меня была! Будет он за вами бегать, приставать еще… Нашлась тоже, царевна.
Меня протыкает настороженный взгляд Виталя. Эрик не замечает ничего – увлечен беседой. Теперь разговор именно в таком ключе строится. Журналисты вдруг все стали лапочками-слушателями. Я вспоминаю, что Ася смотрит нашу пресс-конференцию онлайн и наверняка смакует мою реакцию. Поэтому поднимаю голову и улыбаюсь, окидывая взглядом зал.
Птичка продолжает голосить новыми сообщениями.
«Камеры в клубе, конечно, все засняли. Лицезри, кого ты защищаешь».
Видео быстро подгружается, и я снова вижу Эрика в ночном клубе, пьяного, буйного. Он тщетно пытается схватить за туфлю длинноногую девушку – Асю. Она его отталкивает. Один раз ему все же удается поцеловать ее в косточку на лодыжке, куда он любит целовать меня.
Во мне снова все обрывается. Как утром. Дежавю, которое не проходит. Я сижу так минуту. Просто в ступоре. Гляжу вниз, чтобы не видеть публики. И Эрика. Только Виталь на меня поглядывает.
Да, мне надо проявить интерес к происходящему, хотя бы поднять голову и оглядеть людей, сделать вид, что я все слушаю. Но в ушах звенит беззвучие видео, а перед глазами стоят кадры с раскрепощенным Эриком.
«Единственная причина, по которой это видео не пошло в паблик, – я. Эрик правильно заметил, я не хочу пачкаться вашей грязью. Директор клуба – порядочный человек. Сперва спросил у меня разрешение и по моей просьбе не выдал папарацци записи со мной.
Это Эрик у нас хочет стать слугой народа и обязан выставлять себя на всеобщее обозрение, а я не желаю себе такой славы.
Но ты, как жена, должна видеть картину полностью. Люди не меняются, Света. Эрик всегда был ловеласом. Никакая любовь это не лечит. Ты мне когда-то помогла это понять про него. Я искренне хочу отплатить тем же».
Никаких смайлов – мне просто мерещится ее коварная ухмылочка. Мразь!
– Всем спасибо за участие. Хорошего вечера! – очень кстати заключает модератор пресс-конференции, и Эрик поднимается, а за ним Виталь с Никитой.
Одна я торможу.
– Светыч, – Эрик теребит меня за плечо.
Перевожу на него пустой взгляд. Как жаль, что мы все еще на публике. И я уже его поддержала…
Вот Ася, сучка, не могла это видео раньше прислать?! Хитрожопая стерва, решила выставить меня дурой. Мда уж, отомстила.
Блядь!
Я Эрика порвать готова. Вот выйдем...
Справедливости ради я, конечно, у него поинтересуюсь, как он эту встречу с Асей Птичкой мне объяснит. Когда-то он ее именно в этих «Бабочках» и подцепил. Она там постоянно тусуется в поисках «папика». Эрик, значит, напился и за ней туда побежал? Где-то по дороге потеряв однокурсника. Если тот вообще был.
Последними остатками воли сдерживаю внутренний вулкан. Терплю, пока мы не окажемся одни в машине. Эрик уже чувствует, что я напряжена, поэтому лишний раз меня не трогает. Понимает, что нужно быстро смываться, и прощается со всеми наскоро. До машины мы идем молча. Я шагаю широко, размахивая руками. Эрик нехотя плетется за мной, чует, гад, неладное.
– Что случилось? – спрашивает первым, заводя мотор.
Дебильная тачка даже дверью хлопнуть не дает! Доводчик ее останавливает в сантиметрах и закрывает плавно. Вот захочешь выбеситься – фиг! Умные дяди из «Мерседеса» все уже продумали, наверное, сами не раз становились жертвами бешеных жен. Арх!
Вжимаюсь попой в кресло и скрещиваю все, что могу скрестить. Из последних сил удерживаю ярость внутри. Там пылает. До жжения.
– На, – швыряю телефон Эрику на колени с уже открытым видео от Аси. – Шалава твоя бывшая утверждает, что не было никакого двойника, ты якобы сам вчера развлекался в «Бабочках». И к ней тоже приставал.
Каждое слово через глотку, как через мясорубку, проходит. Острые ножи шинкуют все звуки и вываливают их в воздух кровавым фаршем.
Эрик долго всматривается в себя пьяного на маленьком экране. Перематывает, щурится, молчит. Я сверлю его взглядом – в нем тоже острые лезвия. Я вся сейчас – сосредоточие колюще-режущих инструментов.
– Свет, ну это же она, скорее всего, и подстроила. Разумеется, она скажет, что это я, – наконец, выдыхает он. В этом выдохе скопилась вся усталость сегодняшнего дня.
– Разумеется, – передразниваю и увожу взгляд в лобовое стекло.
Машина трогается. Эрик медленно ведет ее по парковке, постоянно озираясь, лишь бы на меня не смотреть.
– А друг твой куда подевался? С тобой в «Бабочках» только полуголые телки.
Может, его там не было как раз потому, что он своей жене верен и не стал опускаться до уровня Эрика?
– Если бы я помнил, – отвечает Эрик с напряжением. – Мы контактами обменяться, очевидно, не успели. Да че там, я даже его фамилии не помню. На курсе его все Кротом звали. Может, он Кротов, но фиг знает.
– Как удобно все для тебя складывается. Неизвестно откуда взявшийся друг, единственный свидетель, так же быстро пропадает со всех радаров. Главное, не отыскать, – вскидываю руки, подражая фокусникам.
– Сам удивляюсь, – усмехается Эрик.
Хмыкаю и отворачиваюсь. И долгое время мы молчим. Я вглядываюсь в темень неба, но меня постоянно сбивают яркие огни вечернего города. Уличный шум сливается в один протяжный заунывный фоновый звук, а салон забит тягучей тишиной. Кажется, проведешь рукой, и она в этой густоте застрянет.
В моей груди такая же густота, желе из обиды и злости. Сердце в нем задыхается, но бьется вопреки с удвоенной силой. И кровь закипает. Если бы не Ася Птичка… Ох, если бы не она, теория Эрика казалась бы очень убедительной. Но на ее видео Эрик целует эту шваль в лодыжку! Он говорил, что обожает эту мою косточку, а выходит… он всех своих шалав обожал.
Бабник! Подлец! Козел! Нет, хуже – козлиное копыто!
– Все? Ты больше ничего не хочешь мне сказать? – хватаюсь за последнюю соломинку и впиваю в Эрика жаждущий правды взгляд.
– Я те-бя лю-блю, – отвечает он размеренно и по-собачьи верно улыбается. – Пока это единственное, в чем ты можешь не сомневаться.
Сердце меня подводит, переворачивается, довольное, плавает в луже собственной наивности.
Хмыкаю специально презрительно, чтобы отвадить саму себя от этих глупых чувств.
– Светыч, мы же вроде договорились, а ты сразу поверила этой клювошлепке. Дай мне разобраться, – Эрик смотрит на меня с упреком.
Конечно, дорогой, разбирайся. Я тоже буду. Начну с твоего таинственного друга. Где-то же должна быть зацепка. Хотя бы старое фото.
– Ладно, – киваю от злости, как будто у меня не шея, а пружина. – Раз договорились. Но пока я сомневаюсь в твоей верности, не подходи ко мне. Отныне мы – муж и жена только на публике.
Лицо Эрика от каждого моего слова перекашивается, словно его полосуют невидимой бритвой.
Пусть не надеется на мою благосклонность. Дурой на всеувидение и во всеуслышание мне прослыть не хочется. Раз я согласилась его поддержать на глазах у всего города, так и быть, останусь удобной женой. По крайней мере, пока результат выборов не станет известен.
– Светыч, это жестко.
– Зато справедливо, – вскидываю подбородок и подтягиваюсь поближе к двери, подальше от Эрика.
Ему нечего возразить. Он стучит по рулю со всей дури и топит на перекрестке, проезжая уже на красный.
– Всех урою! – рычит куда-то в космос, грозно озираясь по сторонам.
Хм. Слежу за ним – наслаждаюсь его бешенством. Бесись, бесись, муженек. Дома я буду максимально неудобной женой.
Следующая глава =>