«Незабудка». Это слово преследовало меня следующие три дня. Оно крутилось в голове, как навязчивая мелодия, не давая покоя ни днем, ни ночью. Я перебирала все возможные варианты: имя любовницы? Название кафе или отеля для встречи? Или что-то совсем другое, чего я не могла даже представить? Андрей вел себя как обычно – отстраненно, погруженный в свои мысли или телефон, иногда бросая на меня странные, изучающие взгляды. Или мне это только казалось? Паранойя нарастала.
Пятница приближалась неотвратимо. Я чувствовала себя героиней плохого детектива, идущей по следу, но не знающей, что ждет ее в конце – опасный преступник или собственное разбитое сердце. Нужно было что-то делать, но что? Устроить скандал? Предъявить ему эту загадочную «Незабудку»? Но что я скажу? «Я рылась в твоем блокноте и нашла странное слово»? Он просто высмеет меня или разозлится еще больше.
Я решила действовать иначе. Взяла отгул на работе в пятницу, сославшись на недомогание. Сына отправила к бабушке с ночевкой – моя мама жила недалеко и всегда была рада внуку. Андрею сказала, что просто хочу отлежаться, голова болит. Он кивнул рассеянно, кажется, даже не услышав. Утром он ушел на работу как обычно.
И я начала ждать. Часы тянулись мучительно долго. Я ходила по квартире, не находя себе места. Достала старый «Зенит», повертела в руках, но снимать не хотелось. Тревога была слишком сильной. Ближе к обеду я не выдержала. Решила проследить за ним. Глупо? Возможно. Унизительно? Безусловно. Но неизвестность была еще хуже.
Я знала, что по пятницам он иногда обедает не в офисной столовой, а в небольшом кафе «Старый дворик» недалеко от работы. Я оделась неброско, накинула капюшон и поехала туда. Села за столик у окна, откуда был виден вход. Сердце колотилось так, что отдавало в ушах. Я заказала кофе, который не могла пить. Ждала.
Около часа дня появился Андрей. Но он был не один. Рядом с ним шла молодая, эффектная блондинка в строгом деловом костюме. Они о чем-то оживленно говорили, смеялись. Андрей открыл перед ней дверь кафе, пропустил вперед. Вот она? Та самая? Я вжалась в кресло, стараясь стать невидимой. Они сели за столик в дальнем углу. Я не могла слышать их разговор, но видела, как она что-то эмоционально ему объясняет, жестикулируя, как он внимательно слушает, кивает, иногда хмурится. Было ли это похоже на свидание любовников? Не совсем. Скорее, на деловую встречу. Но почему тогда он был таким скрытным?
Они просидели около часа. Потом блондинка достала из сумки папку с документами, Андрей что-то подписал. Они пожали друг другу руки и вышли. Он пошел в сторону офиса, а она – к припаркованной неподалеку дорогой иномарке. На ее капоте синей краской было выведено одно слово – «Незабудка». Название тюнинг-ателье или просто… ее машина?
Я сидела как громом пораженная. Деловая встреча? Документы? «Незабудка» на машине? Голова шла кругом. Это не укладывалось в картину измены. Но тогда что?
Я вернулась домой опустошенная и еще более растерянная. Что все это значит? Вечером Андрей пришел довольно поздно, но выглядел… странно довольным. Даже спросил, как мое самочувствие.
– Знаешь, Оль, – сказал он за ужином, избегая моего взгляда, – я тут подумал… Насчет твоего увлечения фотографией. Это, наверное, неплохая идея. Отвлечешься. Может, даже объектив тебе новый купим попозже?
Я смотрела на него во все глаза. Что это? Попытка загладить вину? Или что-то другое?
– Андрей, что происходит? – спросила я прямо. – Что было в пятницу? Что за «Незабудка»?
Он вздрогнул, чуть не выронив вилку. Посмотрел на меня испуганно.
– Ты… откуда ты знаешь?
– Неважно. Говори.
Он долго молчал, потом вздохнул и начал рассказывать. Оказалось, что «сложности с деньгами» были не выдумкой. Его друг и партнер по небольшому бизнесу (о котором я знала лишь в общих чертах) втянул их в рискованную авантюру, и фирма оказалась на грани банкротства. Андрей пытался все исправить, влез в долги, перезакладывал машину… Та блондинка была юристом, помогавшей ему разрулить ситуацию. А «Незабудка» – это было кодовое название их рискованного проекта, связанного с каким-то патентом, который мог либо спасти их, либо окончательно потопить. В пятницу они подписали последние документы, которые давали шанс на спасение.
– Почему ты мне ничего не сказал? – спросила я тихо, когда он закончил. Обида смешивалась с облегчением и… жалостью к нему.
– Боялся, – он посмотрел на меня виновато. – Боялся твоей реакции. Боялся, что ты начнешь паниковать, упрекать… Боялся показаться неудачником в твоих глазах. Проще было врать про авралы и задержки. И… да, я выходил на балкон говорить с кредиторами, с юристом… Думал, ты не слышишь.
Я молчала. Значит, не измена. Просто ложь, страх и… огромная пропасть между нами. Он не доверял мне настолько, что предпочел скрывать серьезные проблемы, которые касались нас обоих. Он видел во мне не партнера, не друга, а кого-то, от кого нужно прятать свои слабости.
– А про машину… ты говорил, что нужен дорогой ремонт? – спросила я, вспомнив его слова.
Он покраснел.
– Да… я продал ее на прошлой неделе. Чтобы… закрыть часть долга. Думал, потом скажу, что она в ремонте, а там… что-нибудь придумаю.
Вот оно как. Ложь на лжи. И все из-за страха.
– Андрей, – я посмотрела ему в глаза, – я не знаю, что будет с твоим бизнесом. Но я точно знаю, что так жить мы больше не можем. В этом молчании, в недоверии, во лжи.
– Я понимаю, – он кивнул, не поднимая глаз. – Ты… уходишь?
Я задумалась. Странно, но сейчас, когда худшие подозрения не подтвердились, ответ не был таким очевидным. Осталась ли любовь? Не знаю. Но пропасть между нами казалась почти непреодолимой. С другой стороны… он был честен сейчас. Впервые за долгое время.
– Я не знаю, Андрей, – честно ответила я. – Мне нужно время подумать. И тебе тоже. Но одно я решила точно – я буду жить своей жизнью. Я буду заниматься тем, что мне интересно. И я больше не буду молчать, когда мне что-то не нравится.
Я встала из-за стола. Подошла к окну. Достала свой старый «Зенит». Посмотрела сквозь объектив на вечерний город. Он был полон огней, теней, историй. И я хотела их увидеть. Своими глазами.
Андрей подошел сзади, постоял молча.
– Тот объектив… который я обещал… Я куплю, когда смогу, – тихо сказал он.
Я не обернулась.
– Спасибо. Но я, пожалуй, начну с этого, – я кивнула на свой верный «Зенит». – Иногда старые вещи оказываются надежнее новых.
Он ничего не ответил. Я не знала, что нас ждет. Сможем ли мы найти путь друг к другу через эту пропасть лжи и молчания? Или наши дороги разойдутся окончательно? Но одно я знала точно: тиканье часов больше не будет отсчитывать пустые секунды. Я начала свой собственный путь. И камера в моих руках была тому свидетелем.