Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Как агент контрразведки пригрозил мне расправой и какое «химическое оружие» он применял против студенток филфака

31 марта 2025 года. Понедельник. Мы с мамой вчера так хохотались, забыла Вам рассказать. Сегодня будет необычная статья. Я публиковала эту историю уже на другом канале, но ей не дали показов и уже вряд ли дадут. А история знатная. Фильм можно снимать. Итак. Место действия – студенческая общага, 90-е, пятый этаж, филологи. За мной присылают с вахты. Меня там ждет высокий светловолосый мужик, который представился мужем моей двоюродной сестры. Мы не общаемся с родственниками по папиной линии, поэтому это вполне могло быть правдой. Они (мои сестры) выходят замуж, рожают детей, а мы ни сном, ни духом, как говорится. Он представился Алексом, спросил, поеду ли я к родителям на 8 марта. Я ответила, что да. Он тогда передал для сестры записку. Она была просто свернута один раз и там была одна фраза: «Всё в силе!». Почему эту фразу нельзя было передать устно, я не уточнила. Мужик в плаще ушел. Потом он стал ходить часто. Первый раз зашел, я по азиатской традиции предложила ему чай. Он разулся, и

31 марта 2025 года. Понедельник.

Мы с мамой вчера так хохотались, забыла Вам рассказать. Сегодня будет необычная статья. Я публиковала эту историю уже на другом канале, но ей не дали показов и уже вряд ли дадут. А история знатная. Фильм можно снимать.

Итак. Место действия – студенческая общага, 90-е, пятый этаж, филологи. За мной присылают с вахты. Меня там ждет высокий светловолосый мужик, который представился мужем моей двоюродной сестры. Мы не общаемся с родственниками по папиной линии, поэтому это вполне могло быть правдой. Они (мои сестры) выходят замуж, рожают детей, а мы ни сном, ни духом, как говорится.

Он представился Алексом, спросил, поеду ли я к родителям на 8 марта. Я ответила, что да. Он тогда передал для сестры записку. Она была просто свернута один раз и там была одна фраза: «Всё в силе!». Почему эту фразу нельзя было передать устно, я не уточнила. Мужик в плаще ушел.

Потом он стал ходить часто. Первый раз зашел, я по азиатской традиции предложила ему чай. Он разулся, и у меня потемнело в глазах. У нас у папы был такой друг, его носки могли убить лошадь, а хомячка разорвать на куски. «Ну, что ж, придется терпеть»,- стоически подумала я. Мало того, что стоял такой запах, от которого даже проснулась спавшая в комнате соседка по комнате, так он еще и начал плести такое, что ни в сказке сказать. Он стал рассказывать, что он агент. Что у него есть брат близнец по имени Отто. Что они иногда меняются, и сестра даже не подозревает об этом. Что он служил в Африке, еще чего-то там сочинял, я уже не помню.

Зашла моя Танька и без обиняков сказала: «Бабы! У нас так воняет!» Агент засобирался. Встал, и, схватившись за колени, сказал поморщившись: «Старые раны!» Я кивнула, как не понять, сложная жизнь, бандитские пули!

Короче, он проторил дорожку и стал ходить регулярно. Танька заявила , что с такими носками, то есть родственниками, чтоб я общалась в коридоре, тем более он плетет невесть что. Я сначала прямо оскорбилась, но потом поняла, что она была ой, как права.

То он придет, спросит какой-то задачник по физике. То просто сидит, ждет меня у окна на этаже, а мы с дискотеки только вернулись. Я уже стала прятаться, девчонки стали говорить, что меня нет. А он садился у входа в туалет и ждал.

Один раз наша соседка по этажу заметила его еще у входа в общежитие и бегом взлетела по второй лестнице на пятый этаж, забежала к нам в комнату и выдохнула: «Носки идут!» Мы, захихикали и закрылись. Он постучал, Маринка сказала меня нет. А он сел опять у своего наблюдательного пункта. Он был в шубе! Ребят, он был в женской шубе в августе!!! Потом он мне это объяснил конспирацией.

Как-то они пришли вдвоем. Сестра спросила у меня паспорт и полис, чтобы пойти в женскую консультацию. Вот не помню, я такая дурочка была, что, может и дала.

Потом они приходили, он мне что-то заливал про новую квартиру, а пока можно мы поживем у тебя? У меня???? В комнате, где нас и так трое и три кровати? Я отказала. Они обиделись.

В общем, они меня стали уже сильно напрягать. Я вот сейчас понимаю, что вся эта история длилась года два. Потому что к концу я уже жила в другой комнате. Какое всё-таки у меня терпение!

Мы только вернулись с пробежки с Мариной. Поднимаемся усталые на свой пятый этаж. А там стоят они у двери. Какие-то оба нечесаные, непонятные: «Нас пригласили на банкет. У тебя нет галстука?» То им жить негде, то банкет.

Я отвела сестру в сторону и сказала, что у меня нет галстука, и задачника тоже нет, и свободной кровати тоже нет, и что не надо ко мне больше ходить!

Они и, правда, перестали на какое-то время. А я в сердцах написала папе письмо, пожаловалась на всю эту ситуацию.

И последний аккорд прозвучал уже, по-моему, на последнем курсе.

Я жарила картошку на кухне. Вижу по коридору бежит сестра. «Пшшли!»- прошипела. И стала что-то выговаривать мне в коридоре, что я на них жалуюсь и т.д. и т.п. Из дверей повысовывались любопытные бошки. Я предложила им зайти в комнату. Но они не заходили. Сестра осталась в коридоре. А агент встал в дверях, картинно прислонился к косяку, достал пачку Мальборо.

«Я братву собирать не буду!»- заверил он меня. Они меня обвиняли, что я распускаю слухи в своем городке, что он мой любовник. Мама мия. Агент дал мне чистый листок и предложил мне внизу написать: «Всё вышесказанное ложь!» Папа потом меня ругал, что они могут использовать мою подпись куда–нибудь. Но я готова была подписать любой воздух, чтобы они от меня отстали.

Ну, согласитесь, это красиво? Подписать пустой лист, заверив, что всё - ложь! Это же гениально!

Они сами стёрлись, как-будто приснились мне.

Мы видели потом их пару раз. То они ходили по набережной с чемоданами. А то на рынке работали. Она, такая же темная как я, выкрасилась в белый цвет. А он свои три волосины покрасил в черный. «Конспирация!- сразу поняла я и не стала выдавать, что я их знаю.

Так вот самый смак вчерашнего вечера было, то, как мы за чаем вспоминали эту историю и смеялись с мамой. Знаете, когда смеешься, беззвучно трясясь, аж слезы выступают на глазах.

Интересно, где-нибудь сохранилось то мое письмо папе, или он отнес его моему дяде? Ведь там могло быть то, что я совсем не помню.

Вот такая жизнь!

А мы сегодня опять гребли! Ветер в лицо, а мы гребем окурки и радуемся жизни!

А сейчас будем смотреть или слушать что-нибудь. Пить кефир, улыбаться друг другу.

Завтра будет новый день, как новый чистый лист!

На котором Дудкина Ира напишет Вам чистую правду!

Спасибо за внимание!

Не забудьте поставить лайк !

Если Вам нравится мой дневник , пожалуйста , подпишитесь - Дзен засчитывает время просмотра подписчиками.