Позапрошлой весной родители съездили в Звенигород и прислали фотки. Там первый корабль Алексея Тишайшего, а я некстати вспомнила, что одна девочка написала:
- "Алексея очень хорошо воспитывали, у него были качественные игрушки, Алексея заставляли сидеть с нищими в трапезной... я считаю, что его родители были нарциссы!"
:) боюсь, что у меня теперь чересчур короткое знакомство с Рюриковичами и Романовыми. Очень много дополнительной информации теперь хранится в моей голове:
И немножко любимых перлов:
- Французы обошли Малаховый курган и начали заселять дома. К счастью, в них оказались сапёры.
- Забастовщики несли иконы и херугви.
- Молодёжь поехала в деревни, и вскоре узнала, что народ какой-то неприветливый и неприятный.
- Поднялась промышленность. Жизнь стала больше кипеть.
- У Александра был счастливый брак и шестеро детей. Дети спали на деревяшках, вставали в пять утра, обливались холодной водой. Царь был с чувством юмора.
- Считалось, что если тебе открыт путь на Босфор и Дарданеллы, то ты везучий. Но у Николая I ничего не получалоcь.
- Забастовщики громили квартиры, били окна, потом приходили казаки, били их нагайками и те усмирялись.
- "Спасая Турцию, англо-французская эстрада вошла в Чёрное море!"
Что будет? А в общем-то, ничего.
Большинство с концами сведет концы,
и в мире останется волшебство,
и чуть увеличатся подлецы -
в размере, в количестве: впрочем, мы
все это читали, сдавали даж.
А так - типичный конец зимы,
великорусский родной пейзаж.
И кто-то умрет, а кто-то вот
наоборот: meine Kinder, komm!
И женщина носит большой живот,
как чашу с серебряным молоком.
Нырнёшь в него - вынырнешь молодым,
шагнёшь на землю, пригож и свеж.
Отечество снова окутал дым,
конечно, сладкий. Читали все ж.
И в воздухе - розовая пыльца,
и лезут бархотки и ноготки.
И ты узнаешь в себе отца,
что в списках не значился никаких.
Мария Фроловская